Собственность короля Братвы (ЛП)

— Господи, неужели?
— Да, но, Юрий, — Максим звучит обеспокоенно. — Это были не мы.
Я хмурюсь. — Прости, что?
— Это были не мы, Юрий. Кое-кто из наших ребят получил наводку от одной из его горничных, которая только что пришла на работу, и у нее чуть не случился сердечный приступ. Мы только что подъехали прямо к его особняку, не встретив сопротивления. Все это гребаное место расстреляно, босс. И все до единого мертвы. Охранники, домашний персонал, все они.
  
— И Семен.
— То, что от него осталось, — ворчит Максим. — Похоже, кто-то разрядил в него противотанковое ружье.
Я хмурю брови. — Ты уверен, что это не кто-нибудь из наших...
— Я уверен, — осторожно бормочет он. — И, насколько я знаю, никто не спешит нам на помощь.
— Это не так, — ворчу я. Я бросаю взгляд в окно своего кабинета. Два здоровенных охранника, с которыми Петя всегда путешествует, помогают ему выбраться из внедорожника.
— Максим, мне нужно идти. Я перезвоню тебе, как только смогу. — Я останавливаюсь и улыбаюсь. — Черт, это была короткая война.
Он хихикает. — Возможно, было бы лучше не задаваться вопросом, как это произошло. Но да, все кончено. У меня была другая команда, которая собиралась нанести удар по одному из его транспортных складов. Они просто позвонили, чтобы сообщить мне, что место пусто — ни одного солдата поблизости, охраняющего Семена, — сказал он. — Я не знаю, что это.
Я тихонько присвистываю. — Я встречаюсь с Петей Гагариным прямо сейчас. Возможно, у него есть какие-то идеи.
Повесив трубку, я поднимаю глаза и вижу, что Ривер с любопытством смотрит на меня из дверного проема.
— Все в порядке?
Я ухмыляюсь. — Вообще-то, да.
Она улыбается той улыбкой, от которой мое сердце воспаряет. — Ну?
— Семен мертв.
У нее отвисает челюсть. — Подожди, правда?
Я киваю, когда она удивленно моргает.
— Вау, ну... Вау.
— Ага. Только это были не мы, — ворчу я. Я снова смотрю в окно. — Петя здесь. У него могут быть какие-то идеи. Или он может знать, кому начать задавать вопросы.
Она кивает, и я снова улыбаюсь, придвигаясь к ней поближе. Я обнимаю ее и притягиваю ближе. Я опускаю губы, чтобы нежно поцеловать ее.
— Готова?
Она выгибает бровь. — Для чего?
— Не хотела бы ты присутствовать на встрече с Петей?
Она усмехается. — Да?
Я пожимаю плечами. — Ты была со мной в окопах весь вчерашний день и прошлую ночь.
Она краснеет. — Юрий, я просто принесла тебе кофе и...
— И другие вещи, — рычу я. Она краснеет. — Я бы очень хотел, чтобы ты была со мной, котенок.
Она кусает губы и кивает. — Хорошо.
Моя рука все еще обнимает ее за талию, мы подходим к двери, и я широко распахиваю ее перед пожилым олигархом, стоящим снаружи. Петя поднимает голову и широко улыбается.
— Юрий! Рад тебя видеть. Его взгляд скользит к Ривер, и он усмехается. — И знаменитая Хелен.
Она закатывает глаза. — К сожалению, я с Лонг-Айленда, а не из Трои.
Он хихикает. — Красивая и начитанная. — Он поворачивается и подмигивает мне. — Очень хорошая работа, Юрий.
Я улыбаюсь и делаю шаг назад, чтобы впустить его внутрь. — Давай присядем и поговорим, хорошо?
Он кивает. Он поворачивается, чтобы что-то проворчать двум своим охранникам, которые остаются снаружи, пока мы все входим и закрываем дверь. Петя следует за нами в кабинет и садится в одно из кресел у камина, на которое указывает. Я сажусь в другое, Ривер держится за руку рядом со мной.
— Ты ведь не возражаешь против английского, правда?
Петя хмурится и качает головой. — Конечно, нет. — Он поворачивается к Ривер и ухмыляется. — Хотя, если ты планируешь проводить время с этим стариком, тебе следует немного выучить русский, нет?
— Да, — улыбается она, заливаясь румянцем.
Петя хихикает и откидывается на спинку стула.
— Что-нибудь будешь пить?
Он качает головой. — Нет, спасибо. Давай перейдем к делу, хорошо?
Я киваю. — Прежде чем мы начнем, я только что услышал кое-какие новости, которые могли бы... — Я пожимаю плечами. — Ускорить наш разговор.
— Вот как?
— Семен Бельский мертв.
Брови Пети взлетают вверх. — Твоей рукой?
— Нет, но я не знаю, от чьего имени.
Он медленно кивает и, нахмурившись, откидывается на спинку стула. — Понятно...
— Ты знаешь, что мы с Семеном воевали со вчерашнего дня, да?
Он кивает.
— Но я бы обсудил это с тобой до того, как на самом деле убрал самого Семена.
Петя вздыхает. — Да, я знаю, ты бы так и сделал. — Он хмурится. — Могу я спросить... Эта эскалация войны между вашими двумя организациями?.. — он бросает взгляд на Ривер. — Это было из-за нее?
— Да, — рычу я. — Но также и нет. Семен привел все в движение, когда забрал ее у меня. — Моя рука скользит к руке Ривер. — Но вчера он оставил диктофон на ступеньках моего крыльца — запись, предназначенная для того, чтобы заставить меня думать, что он держит мою дочь в плену.
Петя хмурится. — Он что!?
— Это была подделка, — тихо говорит Ривер. — Ну, не подделка, но и не настоящая. Он соединил воедино реплики из диалога из одного из предстоящих фильмов Белль.
Петя медленно качает головой. — Невероятно. Да, я вижу, что этим он перешел черту, Юрий.
Я киваю. Но затем Ривер садится немного прямее, морщинка пролегает у ее лба. Я поворачиваюсь, чтобы улыбнуться ей. — Что такое?
— Просто... эта запись, которую он нам прислал... — Она качает головой. — Я все еще пытаюсь понять, как он ее получил.
Я хмурюсь. Я смутно припоминаю, что она говорила об этом вчера. Но я также все еще был в сильном шоке, услышав то, что звучало как "Белль в плену".
Петя приподнимает бровь. — Что ты имеешь в виду?
— Я знала, что это подделка, потому что видела этот фильм. Но он еще не вышел. Я посмотрела его только потому, что Белль — моя лучшая подруга. Но этот фильм существует только в двух местах — на защищенных брандмауэром серверах в охраняемом офисе ее продюсерской компании. И одна физическая копия в ее собственном доме. Но это все. — Она хмурится. — Итак, я думаю, единственное объяснение заключается в том, что Семен, должно быть, каким-то образом имел доступ к студии.
В ту секунду, когда она это произносит, я замираю. Потому что внезапно последний кусочек головоломки встает на место. Запись — это не то, что можно получить просто так. Это под замком. Постепенно кое-что, о чем Петя упоминал на днях, просачивается в мое сознание. Что-то о том, что компания Белль ищет внешние инвестиции, и о том, что он хочет вложиться по-крупному. Мое сердце бешено колотится.
У Семена не было доступа в продакшн-студию.
Был у Пети.
Точно так же Семен не знал о моем нахождении здесь, в хижине. Но Петя знал. Медленно, все еще сжимая челюсти, я поворачиваюсь к нему. Но в ту секунду, когда наши взгляды встречаются, становится ясно, что мы оба на одной волне.
Он знает, что я знаю.
Быстрее, чем я когда-либо поставил бы на человека его возраста, рука Пети взлетает вверх. Он хватает пистолет с маленького столика рядом со своим стулом. Ривер кричит и вскакивает со стула, когда он дергает его вверх. И внезапно он целится прямо мне в грудь, его глаза опасно сузились.
— Петя!
— Мне нравилось наше дело, Юрий, — хрипло ворчит он. — Как мне нравилось дело с твоим отцом до тебя. Но, — он пожимает плечами. — Бизнес должен быть на первом месте, да? А эта херня с Братвой? Эта постоянная угроза войны или насилия? Это невыносимо, и это не хорошо для бизнеса. Итак, я начинаю думать. Как бы то ни было, вы с Семеном были для меня кем-то вроде менеджеров — оба руководили разными секторами моего бизнеса. Но, возможно, именно я должен присматривать за всем этим.
  
Мои глаза прищуриваются, глядя на него. — Ты убил Семена.
Он улыбается. — Думай об этом как о завершении неудачной деловой сделки.
— А я? — Огрызаюсь я.
Он пожимает плечами. — Ничего личного, Юрий. Но бизнес не может продолжаться так, как сейчас. Боюсь, я прекращаю все свои деловые сделки.