"Фантастика 2025-87". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)
— Ну наконец-то.
И прежде чем я успел что-то сказать, ее губы накрыли мои.
Глава 13
Ночь отпустила Тортугу из своих цепких лап и рассвет пробился сквозь густую пелену облаков. Я стоял на палубе «Принцессы Карибов», опершись о борт и смотрел, как солнце лениво выкатывается из-за горизонта, бросая золотые блики на воду. Ветер теребил мои волосы. Вежа постаралась на славу, я до сих пор не мог привыкнуть к этому телу — сильному, гибкому, без скрипа в костях. Но сегодня утром я думал не о ней, а о том, что было ночью. Улыбка сама собой растянула губы и я даже хмыкнул, поймав себя на этом. Давно мне не было так хорошо.
Изабелла. Кто бы мог подумать, что эта девчонка с ее аристократической выправкой окажется такой страстной? Я до сих пор чувствовал ее дыхание на своей шее, ее шепот. Она пришла ко мне и я даже не успел толком понять, чего она хочет, как все закрутилось. Ее волосы падали мне на лицо. Они пахли цветами, неуместным среди запахов пиратского корабля. А на рассвете она ушла, когда небо только начало светлеть. Легко чмокнула меня в щеку, будто мы старые друзья, и шепнула:
— Навещай меня почаще, Крюк.
И ушла, оставив смутное ощущение, что я попал в какую-то игру, правил которой пока не знаю.
Навещай меня почаще? А не Изабелла ли забралась в мою постель?
Ох уж эти женщины! Навещай почаще…
Я провел рукой по лицу, стирая остатки сна, и вдохнул морской воздух. Хорошая ночь. Черт возьми, отличная ночь. Впервые за долгое время я не ворочался на койке, проклиная скрип досок или думая о том, как бы не дать Роджерсу догнать меня. Нет, я спал как убитый после того, как она ушла.
А проснулся с чувством, будто снова живу, а не просто выживаю среди этих пиратов, карт и сокровищ. Изабелла удивила меня. Я думал, она холодная, расчетливая, с этими ее манерами. А она — страсть! В ней была настоящая страсть, не поддельная, как у девок в тавернах, которые за дублон готовы спеть тебе что угодно. И это сбивало с толку.
Нет, я не влюбился. Циник с семидесятилетним стажем всегда начеку. Но ночь у меня была лучшей в этом мире. Что есть, то есть.
Шум на пирсе отвлек меня от мыслей. Я глянул вниз и увидел, как моя команда возвращается с ночных гуляний. Вид у них был, мягко говоря, потрепанный. Кто-то ковылял, держась за голову, кто-то хрипло матерился, спотыкаясь о брусчатку. Морган шел впереди, и даже он выглядел так, будто его всю ночь таскали по канатам. Лицо помятое, волосы растрепаны, на щеке свежий синяк — видать, в таверне кто-то не оценил его шуточки. За ним тащился мой новый боцман Стив. Он потирал глаза и что-то ворчал себе под нос. Юнга Пит плелся сзади, еле переставляя ноги, а Джек Гром, канонир, ухмылялся, несмотря на свой подбитый глаз. Похоже, ром в «Пьяном Кракене» лился рекой, и не все вышли из этой битвы победителями.
Но вот Кит — этот парень меня удивил. Шел бодро, будто и не пил вовсе. Глаза ясные, шаг уверенный, даже улыбался, зараза. Я прищурился, глядя на него. Еще недавно он спас меня в переулке, зарубив тех бандитов, а потом еще и про джунгли рассказал — про озеро и пирамиды, что могут быть связаны с картой Дрейка. Я пока не доверял ему до конца, но держать рядом стоило. Такие, как он, либо верные псы, либо змеи, что ждут момента укусить. Время покажет.
— Доброе утро, капитан! — крикнул Стив, поднимаясь по сходням. — Ну как спалось?
— Лучше, чем вам, судя по вашим рожам, — бросил я, скрестив руки на груди. — Что, ром в таверне кончился, или вас просто выгнали?
Команда загоготала, хотя и вяло. Морган подошел ближе, потер синяк на щеке и ухмыльнулся.
— Да там один придурок решил, что я слишком громко рассказываю про свои похождения, — сказал он. — Пришлось объяснить, что он не прав. Руками.
— Вижу, объяснил ты знатно, — хмыкнул я. — А синяк тебе за что?
— А, это уже потом, — Морган пожал плечами. — Стив влез, начал орать, что он теперь боцман, а какой-то здоровяк решил проверить, правда ли. Ну и зацепило немного.
Я покачал головой. Эти ребята умудрились за ночь устроить целую историю, а я даже не удивлялся. Пираты есть пираты — дай им ром и повод, и они либо подружатся, либо передерутся. Главное, что все живы и на ногах. Почти.
— Ладно, — сказал я, повысив голос, чтобы слышали все. — Раз вы тут, собирайтесь на палубе. И приведите себя в порядок, а то от вас за милю ромом несет.
Матросы начали расходиться, кто-то пошел к бочке с водой умыться, кто-то просто плюхнулся на палубу, прислонившись к борту. Команда у меня хотя и шумная, но крепкая. Они уже доказали себя — и в бою, и на Монито, и в дележке добычи. А теперь еще и Морган с Китом в деле.
Пора было заняться делом. Карта Дрейка лежала в каюте, два потрепанных куска, которые я так и не свел вместе толком. Вчера Изабелла отвлекла меня, да и ночью потом была не до карт, но сейчас голова ясная, и я хотел понять, куда она ведет.
Надо было сесть, разложить эти куски на столе, прикинуть, где это место может быть.
Я уже сделал шаг в каюту, когда услышал стук колес по брусчатке. Обернулся. На пирс выехала темная карета, с резными боками, точь-в-точь как та, что привезла Изабеллу ночью. Я поймал себя на том, что снова улыбаюсь. Она что, решила вернуться? Забыла что-то? Или просто не могла дождаться вечера? Я даже шагнул к борту, готовый спуститься и встретить ее, но тут дверца кареты открылась, и улыбка сползла с моего лица, как парус с мачты в штиль.
Из кареты вышла не Изабелла. Это был губернатор. Жан-Филипп де Лонвийе. Седой, прямой, как мачта, с этим его взглядом, от которого хочется либо вытянуться по стойке смирно, либо схватиться за крюк. Я нахмурился. Вот уж кого я не ждал с утра пораньше. И вряд ли он пришел просто похвалить мой бриг или пожелать доброго дня. Что-то было не так. Узнал про то, что его дочь со мной была?
Он поднял глаза, заметил меня на палубе и кивнул, словно мы старые знакомые, случайно встретившиеся на рынке. А потом начал подниматься по сходням. Я смотрел, как он уверенно шагает.
К чему готовиться? К ссоре? К упрекам за то, что я провел ночь с его дочерью? Да я даже не знал, как он вообще мог об этом узнать. Изабелла ушла тихо, никто не видел. Или видел? Ну что ж, если он пришел разбираться, я готов. Почти.
— Доброе утро, капитан Крюк, — сказал он, ступив на палубу. — Хороший денек, не находите?
Я молча кивнул, не сводя с него глаз. Команда замерла, глядя на нас.
Губернатор Жан-Филипп де Лонвийе стоял на палубе моей «Принцессы Карибов». Его взгляд скользил по кораблю — по новым парусам, который поставил Томас Редвуд, по пушкам, молчаливо ждущие своего часа, по канатам, аккуратно смотанными командой брига.
Я стоял, скрестив руки на груди, и пытался понять, что он задумал. Улыбка, с которой я встретил утро, давно испарилась, оставив место настороженности. Этот человек не из тех, кто заходит просто поболтать о погоде. И уж точно не ради того, чтобы похвалить мой вкус в кораблях. Хотя, черт возьми, он мог бы — «Принцесса» была хороша, и я гордился ею, как врач гордится удачной операцией.
— Отличный бриг, Крюк, — сказал он, поворачиваясь ко мне. — Легкий, быстрый. Редвуд, говорят, мастер старой школы. Не ошибся ты с выбором.
Я кивнул, коротко, не разжимая губ. И про Редвуда знает, старый чертяка.
Комплимент был приятный, но я слишком долго жил среди пиратов, чтобы принимать такие слова за чистую монету. За похвалой всегда что-то стоит — просьба, угроза или сделка. А с губернатором Тортуги это могло быть что угодно. Я ждал, когда он перейдет к сути, но он не торопился.
Команда вокруг нас затихла — даже Морган, обычно не умеющий держать язык за зубами, молчал, только прищурился, глядя на де Лонвийе. А вот Кит следил за каждым движением губернатора.
— Спасибо, — сказал я. — Стараюсь держать ее в порядке. Но вы ведь не за этим пришли, верно?
Он едва заметно усмехнулся. Повернулся ко мне, заложил руки за спину и кивнул.
