"Фантастика 2025-87". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)

— Док, — повторил он, с трудом сдерживая клокочущий в груди кашель, — я жду.
Я глубоко вздохнул, собираясь с мыслями. Врать Роджерсу было бесполезно, да и опасно. Он не дурак, и ложь почувствует за версту. Оставалось одно — рассказать правду, но так, чтобы выставить себя в максимально выгодном свете.
— Капитан, — начал я спокойно и уверенно, — когда вам стало плохо, корабль оказался без управления.
  
Роджерс дернул головой, словно хотел что-то возразить, но я продолжил, не давая ему вставить ни слова:
— Команда была деморализована. Никто не знал, что делать. Стив… — я на секунду запнулся, вспомнив его вопрос о курсе, — Стив, конечно, храбрый матрос, но не ему же командовать кораблем, верно? — закончил я.
Тут я позволил себе легкую усмешку, и, к моему удивлению, Роджерс, Сквиббс и даже Бен — все трое — тоже усмехнулись. Действительно, представить Стива, командующим «Грозой Морей», было сложно. Он был отличным исполнителем, но никак не лидером. Вряд ли они и меня в этой роли видели, но я как бы темная лошадка, а Стив — простой в доску, они его знали как облупленного.
Роджерс хмыкнул, и я воспринял это как знак одобрения.
— Корабль остался без капитана, без квартирмейстера, без боцмана… — продолжил я, — Никто не знал что делать. А в этот момент к нам приближался пиратский корабль. Он шел прямо на абордаж. И поэтому, — я сделал многозначительную паузу, — поэтому я, как… эм-м… как единственный доктор на борту, счел своим долгом…
Тут Роджерс снова хмыкнул, на этот раз более скептически. Ну да, врач, взявший на себя командование кораблем, — это звучало, мягко говоря, необычно.
— … счел своим долгом спасти жизни экипажа, — закончил я, стараясь не обращать внимания на его реакцию. — В конце концов, это моя прямая обязанность — заботиться о здоровье команды.
Я замолчал, ожидая реакции Роджерса. Он все еще смотрел на меня с подозрением.
— И что же ты сделал, док? — спросил он, наконец. — Решил отбиваться от пиратов абордажным крюком?
В его голосе прозвучала ирония, но уже без прежней злости. Я позволил себе легкую улыбку.
— Почти, капитан, — ответил я. — Но не только крюком. Я использовал… — я сделал паузу, подбирая слова, — … свои знания.
— Знания? — переспросил Роджерс, приподняв бровь. — Ты хочешь сказать, что ты, сухопутная крыса, смог командовать кораблем в бою?
— Я, может, и сухопутная крыса, капитан, — парировал я, — но я, как вы изволили выразиться, Доктор Крюк. И я знаю толк в пушках.
Я замолчал, ожидая его реакции. Роджерс молчал, переваривая услышанное. Сквиббс и Бен переглянулись, в их глазах читалось удивление.
— И что же? — наконец, спросил Роджерс. — Ты хочешь сказать, что ты выиграл бой?
— Да, капитан, — ответил я, стараясь говорить как можно спокойнее. — Мы потопили вражеский корабль.
Наступила тишина. Роджерс, казалось, не мог поверить своим ушам. Он открыл рот, потом закрыл, потом снова открыл.
— Потопили? — переспросил он, наконец. — Ты ты потопил пиратский корабль?
— Да, капитан, — повторил я. — И мы захватили капитана. Он сейчас в трюме.
Роджерс медленно сел на кровати, опираясь на руки. Его лицо выражало смесь недоверия, удивления и гнева.
— Ты… — начал он, но запнулся. — Ты взял на себя командование… без моего приказа и…
Он замолчал, подбирая слова. Я понимал его чувства. С одной стороны, я спас корабль и команду, одержав победу над врагом. С другой — я действовал самостоятельно, не спрашивая его разрешения. Для капитана пиратского корабля это было непростительно. По крайней мере так я представлял логику его размышлений.
— Капитан, — я глубоко вздохнул, — я понимал, что рискую. Но у меня не было выбора. Корабль был в опасности, команда — не знает что делать. Нужно было действовать. И я сделал то, что должен был сделать.
Роджерс молчал, буравя меня взглядом. Не знаю, что творится у него в голове. Может, он обдумывает, как меня наказать? Или он все-таки признает, что я поступил правильно?
— И кто же этот капитан? — спросил он, наконец, нарушив тишину. — Кого ты умудрился пленить? Рыбак, возомнивший себя пиратом? Может и не корабль это был, а лодка?
Сквиббс и Бен поддержали «шутку» Роджерса тихим смехом.
Этот вопрос дал мне небольшую надежду. Если Роджерс интересуется деталями, значит, он не собирается меня немедленно вешать.
— Это капитан Франсуа Олоне, — закончил я, внимательно следя за реакцией Роджерса.
Имя, казалось, подействовало на Роджерса, как выстрел из царь-пушки. Он вскочил на ноги, забыв о своей слабости. Его лицо исказилось ненавистью.
— Олоне⁈ — прорычал он. — Ты пленил Олоне⁈ Этого… этого французского щенка⁈
— Да, капитан.
Роджерс расхохотался, громко и злорадно. Он был в ярости, но в то же время — счастлив. Олоне, видимо, был его давним врагом, и новость о его пленении пришлась Роджерсу по душе.
— Черт возьми, док! — воскликнул он, хлопнув себя по бедру. — Да ты… ты герой! Ты спас корабль, потопил врага и пленил Олоне! Это… это невероятно!
Он снова расхохотался, и на этот раз к нему присоединились Сквиббс и Бен. Даже Маргарет, казалось, немного приободрилась, видя, что опасность миновала. Хотя ей было не до смеха. Речь ведь шла о ее суженном. Благо Анри не слышал нашего разговора, дремал.
— Но… — Роджерс снова запнулся, будто борясь с собой. — … но ты все равно действовал без моего приказа. И это нужно обсудить. — Он сел на кровать, скрестив руки на груди, принимая вид сурового, но справедливого капитана. — По пиратским законам, за самовольное принятие командования полагается наказание.
Я молчал, ожидая продолжения. Наказание? Какое наказание? Неужели он собирается меня выпороть? Или высадить на необитаемый остров? Совсем сдурел? Да я ж тогда просто реально отравлю тебя, вредный пиратишка! Флакончик с отравой я ношу с собой.
— Обычно, — продолжил Роджерс, выдержав паузу, — за такое лишают доли в добыче. И… — он многозначительно посмотрел на меня, — … иногда добавляют несколько ударов плетью. Для острастки.
Я сдержался, чтобы не ответить грубостью. Перспектива лишиться доли в добыче меня, конечно, не радовала, но перспектива получить порцию плетей — это же абсурд. Впрочем, я уже успел понять, что пиратские законы — штука суровая.
— Но… — Роджерс снова сделал паузу. Достал со своей театральщиной. — … но в данном случае… — он развел руками, будто признавая поражение, — … в данном случае, я, пожалуй, сделаю исключение.
Я сделал вид, что рад. Хорошо, что Роджерс не понимал, насколько близко он был на краю смерти. Кажется, пронесло. Его. Или меня?
— Твоя самодеятельность, док, — продолжил Роджерс, — привела к впечатляющим результатам. Ты не только спас корабль и команду, но и пленил Франсуа Олоне. Если это не шутка, конечно. Это перевешивает любой проступок.
Он встал, подошел ко мне и хлопнул по плечу, чуть не сбив с ног. Здоровый, бычара.
— Так уж и быть, — сказал он, усмехаясь, — на этот раз я прощаю тебе твое своеволие. И… — он сделал великодушный жест, — … и оставляю тебе твою долю. Считай, что это премия за Олоне.
Я криво улыбнулся. Роджерс, конечно, был пиратом до мозга костей, со своими причудами и жестокостью, но, кажется, он не умел быть справедливым. Вот прямо, справедливость — это не про него. А еще он слишком щедрый. Вот даже не знаю, как описать его щедрость. Если бы Вежа бесплатно разбрасывалась бы «очками щедрости» (если бы такие существовали), то Роджерс бы победил в межгалактическом турнире по уворачиванию от попадания этих очков в себя.
— Благодарю, капитан, — сказал я, стараясь выглядеть благодарным. — Я ценю вашу… щедрость.
  
Роджерс снова усмехнулся, довольный произведенным эффектом.
— То-то же, док, — сказал он. — Смотри, в следующий раз будь осторожнее. Не испытывай мое терпение.
Жмот. Ладно. Главное — я остался жив, здоров и при своей доле. А остальное приложится.
Не успел я толком осмыслить свою «победу» над Роджерсом, как в каюту вошел Ли, держа в руках дымящийся котелок.