"Фантастика 2025-87". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)
Разговоры, обрывки фраз, долетающие до меня. Они говорят о море, о погоде, о предстоящих делах. Ругаются, смеются, травят байки. Обычная жизнь, только на пиратском корабле.
Я пытаюсь заговорить с ними. Сначала — осторожно, задавая нейтральные вопросы: о названии корабля, о его возрасте, о маршруте плавания.
Отвечают неохотно. Бросают короткие, резкие фразы, словно не хотят тратить на меня время. В их глазах — настороженность, недоверие. Чувствуется, что меня считают чужаком, инородным телом в их сплоченном, хоть и разношерстном, коллективе.
Но постепенно, капля за каплей, лед начинает таять. Я узнаю, что «Гроза Морей» — один из самых грозных пиратских кораблей в этих водах. Так по крайней мере говорят эти аниматоры. Они же говорят, что капитан Роджерс, несмотря на свою жестокость, пользуется уважением команды за свою удачливость и умение вести дела. Что их основная «работа» — грабеж торговых судов, идущих из Нового Света в Европу и обратно.
— А где мы сейчас? — спрашиваю я у молодого пирата, который чинит сеть. Парень худощавый, с рыжими, выгоревшими на солнце волосами и россыпью веснушек на носу.
— На Карибах, док, — отвечает он, не отрываясь от своего занятия. — Где ж еще?
Карибы. Это я и так понял. Но какое именно место? Какое время? Кстати, да. А в каком году они все это отыгрывают? Просто любопытно. Или они не заморачиваются до таких мелочей?
— А год? Какой сейчас год? — пряча ухмылку задаю я вопрос.
Парень бросает на меня удивленный взгляд.
— Ты что, док, головой ударился? — Он усмехается, обнажая неровные, пожелтевшие от табака зубы. — Тысяча шестьсот пятьдесят седьмой. От Рождества Христова.
Ух ты! Смотри-ка, даже такую мелочь продумали. Молодцы, что еще скажешь.
Разговор прерывает громкий крик: «Земля по курсу!».
Пираты, как по команде, бросают свои дела и устремляются к борту. Я, следуя за ними, тоже подхожу к перилам.
Вдалеке, на горизонте, вырисовывается силуэт острова. Высокие, покрытые густой зеленью горы, спускающиеся к самому морю.
— Тортуга, — говорит рыжий пират, стоящий рядом со мной. — Наша база. Приплыли.
Тортуга? Остров, о котором я читал в книгах. Легендарное пристанище пиратов, флибустьеров, корсаров. Место, где царит беззаконие, где льются реки рома и где каждый день может стать последним.
Я смотрю на приближающийся остров. Не думаю, что для аниматоров создадут целый остров с полным погружением в эпоху.
Вечер опускается на море, окрашивая небо в багровые тона. Я сижу на палубе, облокотившись на пушку, и думаю. Думаю о своей прошлой жизни, о своих внуках.
Мысли прерывает тяжелая поступь. Ко мне подходит тот самый молчаливый громила, которого я видел в каюте капитана. Кажется, его зовут Люк. Он останавливается напротив, загораживая собой закатное солнце. Его фигура кажется огромной, почти нечеловеческой.
— Док, — произносит Люк низким, глухим голосом. — Ты ведь нашел Джима после шторма?
Джим? Это кто? Единственный, кого я видел после шторма, это тот самый матрос, который передал мне бутылочку с картой.
— Да, — отвечаю я, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Я подобрал его на берегу. Он был при смерти.
Громила кивает. Медленно, словно каждое движение дается ему с трудом.
— Я видел его тело, когда тебя забирали. Он что-нибудь говорил тебе? — спрашивает он, пристально глядя мне в глаза.
— Нет, — честно вру я. — Он был уже мертв.
Взгляд громилы становится еще тяжелее. Кажется, он видит меня насквозь.
— Джим был моим другом, — говорит он, и в его голосе звучит угроза. — И он кое-что искал. Очень важное.
Люк делает паузу, будто давая мне шанс признаться.
Я молчу. Что-то не хочется мне с ним трепаться. Да и от этого молчания зависит моя жизнь, судя по его взгляду. Вон как зенки вытаращил.
— Если ты что-нибудь знаешь, — продолжает громила, — лучше скажи мне.
Он не договаривает. Разворачивается и медленно уходит, оставляя меня наедине с моими мыслями.
Люк знает. Или подозревает. Он ищет карту. Ту самую часть карты, которую мне передал Джим.
Да что там за карта такая, интересно?
А вот и остров. Тортуга.
Чем больше я смотрел на него, тек больше увеличивались мои глаза. Не может быть!
Глава 3
Первые дни на «Грозе Морей» стали для меня настоящим испытанием. Мое тело, привыкшее к комфорту и размеренной жизни, бунтовало против новой реальности. Бесконечная качка выматывала, выворачивая наизнанку. Сырость пронизывала до костей, въедалась в одежду, в постель, казалось, проникала в сами легкие. Я боялся, что скоро сам заплесневею, как старый, забытый всеми сундук в корабельном трюме.
Физический труд давался тяжело. На круизном лайнере, да и во время моей службы, мои обязанности были иными — осмотры, назначения, бумажная работа. Здесь же мне приходилось делать все ручками-ручками. А они, руки, отвыкшие от грубой работы, быстро покрылись мозолями. Спина ныла от непривычной нагрузки, ноги к вечеру гудели.
Каждый вечер я без сил падал на жесткий топчан, мечтая лишь об одном — о тишине и покое. Но отдых был коротким и тревожным. Нужно выжить.
Ради чего? Ради омоложения. Ради того призрачного шанса, который предоставила мне Вежа. Эта мысль была единственным якорем, удерживавшим меня на плаву среди бушующего моря отчаяния.
Голос Вежи стал моим постоянным спутником, внутренним голосом. Иногда он раздражал, иногда пугал своей нечеловеческой бесстрастностью. Но чаще всего он придавал сил, напоминая о цели.
«Для получения очков влияния вам необходимо активно взаимодействовать с окружающей средой и оказывать помощь другим носителям».
Другие носители. Кто они? Где их искать на этом пиратском судне?
Я не знал.
Ох и шок я испытал, когда узнал про то, что я действительно попал в прошлое. Вежа услышала от меня ряд очень ярких эпитетов в адрес своих электронных мозгов. Нет, ну а что? Не могла сказать, что ее «носитель» попал в 1657 год? Неужели она не читала мои мысли?
А эти аниматоры? Эти «актеры», чтоб их пронесло чем-нибудь с высоким содержанием острыго чили!
Ну как же так? Как я смог попасть в это время? А главное, зачем и почему? Вежа не отвечала мне. Игнорировала такие вопросы. Единственное, что меня успокаивало, так это то, что я попал в это время именно в этом месте, где был этот Джим, хранитель части карты. Думаю, что если соберу карту и найду эту точку с красным крестиком, то многие ответы будут найдены. Надеюсь.
А пока надо найти способ зарабатывать эти пресловутые очки. Желательно пассивным способом. Есть подозрение, что чем выше мой авторитет, тем больше я буду получать очков влияния. Эти мысли сформировались исходя из простейшего анализа действия системы. Да и само название «очки влияния» говорили сами за себя. Стать капитаном? Идея не плохая. Но сначала надо укрепиться в этом обществе.
И я решил использовать то, что знал и умел лучше всего, — свои медицинские знания. А что еще?
Пираты казались мне неотесанными дикарями. Но и они — простые люди. Они болеют, получают раны. Им тоже нужна помощь.
Я стал присматриваться, наблюдать, изучать обстановку. Вскоре я заметил, что многие из команды страдают кожными заболеваниями, старыми, плохо заживающими ранами.
Я видел, как они пытаются лечиться: прижигают раны каленым железом, пьют ром, словно воду, жуют какие-то сомнительные коренья и травы.
Это было варварство. Настоящее средневековье. Нужно исходить из того, что простого анальгина я здесь не найду.
А Тортуга меня удивила. Это был огромный средневековый город. На пристань, конечно, меня не выпустили, так как я обладал каким-то непонятным статусом то ли пленника, то ли юнги, то ли доктора. На землю сошли только несколько человек. И это было странно. Я не понял почему не пустили матросов на сушу. Капитан что-то темнит. Да и встали мы возле Тортуги будто в осадном положении. Каждая ночь была с усиленным дозорным. Мне кажется что-то происходит здесь. Почему-то капитан не высадился в Тортугу. Видать какие-то терки с местными.
