"Фантастика 2025-87". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)
— А вы — герцог? — она большой лопаткой перевернула очередной блин и он зашипел на сковороде.
— Самый настоящий. Герцог Аскеронский Тиберий Аркан Буревестник! — раскланялся Рем. — А это — мои верные вассалы.
— И этот — вассал? — она показала лопаткой на Ёррина, который в смущении не знал, куда деть руки.
Он теперь и не рад был, что попросил Аркана посвататься и похвалить его. Нет, просьба эта выполнялась, но как-то слишком по-аркановски: невозможно было понять, герцог глумиться и иронизирует, или вполне серьезно выполняет возложенную на него почетную миссию.
— И этот, — кивнул Рем с серьезным лицом. — Очень важная шишка в Ордене Зверобоя и Аскеронском герцогстве. У него во владении — Сверкер-Дум, это подземные чертоги величиной с дюжину дворцов Наместника!
— То есть — пристроен, при деле, место имеет? Жилплощадь… Ценное имущество? — в глазах кхазадки зажегся практичный огонек.
— В качестве свадебного подарка он подарил мне полтонны золота! — привел последний аргумент Аркан.
— Так! — блины продолжали готовиться, их стопка росла, разговор вовсе не мешал бойкой молодой женщине делать дело — и весьма ловко! — Меня зовут Гудрид Рамзай, и я хочу понять, что здесь происходит! Вы мне его сватаете что ли, ваше вроде как высочество?
— Мы сватаем тебя за него, — признал Аркан и развел руками. — У меня просто нет другого выхода! Этот гном как с ума сошел, примчался с утра и твердит — жениться хочу, на мифической женщине которая печет блины и имеет очень хорошо поставленный удар справа! Прямо сегодня, говорит, необходимо жениться!
— Ну, так-то парень он не промах! — признала Гудрид Рамзай, поглядывая на Ёррина с оценивающим прищуром. — Работать умеет, кушает хорошо, как мужчина вполне приятен и живот у него — рельефный, мускулистый…
Южане-зверобои хотя и общались в Цитадели Ордена с гномами из Сверкер-Дума, но все-таки не очень привыкли к их манере общения, и потому фыркали и улыбались.
— Слыхали? — впервые подал голос Ёррин. — У меня мускулистый живот! А никакое не пузо!
— Пузо у тебя будет, если ты на мне женишься! — усмехнулась Гудрид и вышла из-за прилавка с огромной стопкой блинов (и когда только успела?) и сковородой с горячей поджаркой. — Это я тебе обеспечу. А ты мне?
— И я тоже! Я тоже обеспечу и тебя, и пузо тебе, и всех, кто из этого пуза появится! — гаркнул гном. — Ты — женщина моей мечты, понимаешь? Гудрид Рамзай, стань уже скорее Гудрид Сверкер и… И нехрен ерепениться.
— Пойдем в муниципалитет? — она поставила на стол перед людьми блины и сковородку со шкворчащим салом и колбасками.
— Это зачем? — удивился гном. — Зачем нам туда идти?
— Так жениться. Тут у них эта, как бишь ее… Запись актов гражданского состояния! — отчеканила кхазадка. — Расписался в каком-то журнале и всё, женат!
— Дикость какая, — вздохнул Ёррин озадаченно. — Нет, я не против, я очень даже за, но… Расписался — и всё? А страшные клятвы и обеты? А таинственные обряды? Ладно, пошли распишемся, если тут так принято, но как доберемся до ортодоксального капеллана — он нас нормально поженит. А потом уже свадьба, когда в Сверкер-Дум приедем. Пригласим всю мою родню и всю твою родню, и родню моего сеньора. Посидим узким кругом, думаю — не больше шести тысяч гостей, скромненько… А! Да! Кстати, я — ортодокс, так получилось. Придется и тебе в ортодоксальную веру перейти, тут вариантов нет!
Кхазадка почесала затылок и очень по-хулигански наморщила нос.
— Ну ты же будешь мой муж! Я буду тебя слушаться,- решила она. — Буду делать все, что скажешь, куда деваться? Но если ты будешь говорить всякую херню — получишь в глаз!
— Во! — обрадовался гном и повернулся к Аркану и остальным. — Видите? Видите⁈ Я же говорил: она самая подходящая жена! Ну, вы сидите ешьте, а мы пойдем жениться.
И он эдак важно подошел к Гудрид Рамзай, оттопырил локоть, за который кхазадка мигом ухватилась, и они вышли из блинной, и пошли в сторону муниципалитета — покачивая бедрами и поглядывая друг на друга, чрезвычайно заинтересованные в происходящем и довольные собой.
— М-да… — Патрик озадаченно глядел им вслед. — Никогда не задумывался о том, как женятся гномы. Странное дело!
— Не более странное, чем драться из-за напитков, — парировал Аркан. — Маэстру, тут у нас легендарные блины от легендарной гномской женщины остывают! Прежде чем покинуть Преторию — мы просто обязаны их попробовать!
— Почему попробовать? — зашумели зверобои. — Мы съедим их все!
* * *Драка в таверне имела неприятные последствия: Аквила прозрачно намекнул, что Аркану стоит уже покинуть Преторию. Несмотря на преступления, совершенные главой клана Галахеров, не замешанные в этом родичи притеснениям не подвергались, и обладали всеми правами аристократов. Избить их самым пошлым образом? Это наносило ущерб репутации целой фамилии! А тот факт, что среди победившей стороны был иноземец — Аркан и нелюдь — Ёррин только добавлял ситуации пикантности и придавал конфликту интернациональный и даже межрасовый характер.
Поэтому, убрать с глаз долой скандально известного герцога было самой лучшей идеей. Вергилий Аквила обещал навестить Буревестника на восточной границе, где тот со своим наемным войском должен был дожидаться окончания сбора урожая и прибытия последних рекрутов. Никаких препятствий наместник аскеронцу чинить не собирался, но и помогать — тоже. Разве что выделил свой дормез, чтобы Габриель могла с комфортом добраться до Тулламоры, этого самого восточного из портов Юга.
Этот ничем не примечательный приморский городишко с тремя или пятью тысячами населения почти ничем примечателен не был, кроме того, что здесь проживала самая большая ортодоксальная диаспора. И она тяготела не к условно-близкому географически Юго-Востоку и Первой Гавани, а к Аскерону. Даже священников сюда присылал аскеронский Экзарх! Все это было связано в первую очередь с торговлей: купечество Деспотии именно здесь закупало хлопок и шелк для переработки на мануфактурах герцогства. В местном порту на рейде всегда стояло множество аскеронских кораблей, совершавших каботажное плавание вдоль побережья Последнего моря, с заходом в море Зеленое. Теперь же ажиотаж и вовсе стал небывалым: несмотря на потасовку в таверне, все необходимые соглашения с Аквилой герцог подписал, так что хлопок, шелк, пряности и другие южные товары хлынули в портовые склады полноводной рекой. Разгром орочьего восстания и некая пауза в Войне Напитков из-за появления третьей силы — партии Ци способствовали оживлению экономической жизни.
Аркан подозревал, что навещал эти берега в бытность свою галерным гребцом: гёзы тогда имели наглость грабить прибрежные поселения и купеческие суда и в этих неспокойных водах. Однако ни подтвердить, ни опровергнуть такие догадки было невозможно: из трюма рассуждать о координатах сложно, а из пиратов не выжил никто, кто мог и хотел бы поделиться такой информацией. Так или иначе — многосотенная колонна наемных пикинеров и кавалеристов во главе с Буревестником и его людьми выдвинулась из Претории на Восток. По пути к ним присоединялись новые и новые отряды. Так, Рем с радостью приветствовал своих соратников: Шона Лоусона, Мерфи Гарви и других: Велветов, Тичеров, Дэниэлсов… Многие мужчины из пограничных округов, в основном — молодежь, позарились на щедрые посулы Аркана!
В Тулламоре меж тем кипела работа: корабли из флотилии маркиза Флоя и огромные купеческие каравеллы Имперско-Эльфийской Торговой Компании выгружали оружие, доспехи, продовольствие длительного срока хранения, а еще — людей. Орден Зверобоя почти в полном составе прибывал на Юг. Это было волевое решение Буревестника: не трогать войска Деспотии. Оставлять родину без защиты? Нет, не для этого он разыгрывал свой страшный гамбит… Децим Аркан, Бриан дю Грифон, Людовик Монтрей и другие военачальники останутся стеречь рубежи отечества — вместе со своими войсками.
Буревестник понимал, что собирается купить безопасность родного герцогства и всей Деспотии ценой жизни южан. Но и свою голову беречь не собирался. Он прекрасно представлял себе, с какими опасностями может столкнуться его наемное войско, и потому вызвал зверобоев. Тысяча матерых, обученных, закаленных в боях охотников на чудовищ могли стать той силой, которая позволит до безумия храбрым, но сумасбродным орра не растеряться в бою с врагом противоестественным и ужасным. Спускались по трапу на причал Оливьер и Сухарь, Шарль и Луи, Цудечкис и Разор, Скавр Цирюдльник и Гавор Коробейник — все те, с кем Буревестник прошел огонь и воду… Все они ждали в Тулламоре своего командора и герцога, чтобы по его слову выступить в поход. И каждый из них понимал — это поход может быть последним.