"Фантастика 2025-87". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)
— Посмотрим, что тут у нас внутри… — пробормотал он, пробегая глазами замысловатые завитушки текста, писанного явно рукой церковного служки. — Однако! Порталы?
И тут же замолчал, осознав, что, возможно, дю Валье не тот человек, при котором стоит размышлять вслух. Но сам факт того, что какой-то клерикал из Синедриона общается с явно не самым добродетельным магом, который промышляет контрабандой и грабежами на границе ортодоксальных земель заставлял задуматься. В письме обсуждалась оплата, ингредиенты, время на подготовку и другие аспекты возможного создания портала в пределах десятиверстовой зоны вокруг Кесарии для отряда в полсотни человек. Это казалось более чем странным, но Рем заметил и еще кое-что, и протянул письмо Ёррину, как гному въедливому и придирчивому.
— Что скажешь по поводу начертания самих букв? Присмотрись, я не буду озвучивать свое предположение, нужно стороннее мнение…
— Так под копирку делали! Это сажа и мастика. Такую копировальную бумагу делают в Кесарии, для тамошних бюрократов. Наши крючкотворы из Ромсдар-Дума как-то закупили партию, потом какой-то младший дом освоил производство, — уверенно заявил Сверкер. — Тут и думать нечего — таких писем отправили не две и не три, минимум — десяток. Писец выводил каждую буквочку, сильно вдавливая перо. Я точно тебе говорю. И это послание было не самым важным — не самые яркие оттиски… Если бы адресата уважали — ему отправили бы или оригинал, или что-то из верхней части пачки.
— Очень интересно. Пожалуй, это стоит сохранить… — Рем сунул письмо за пазуху, а остальные бумаги высыпал в огонь, пояснив: — Магическая шелуха. Там ей самое место! Пусть горит.
Дю Валье, который собрался уже спать, не мигая наблюдал за происходящим некоторое время, а потом улегся на своем ложе на спину, сложил ладони на груди, вытянулся во весь рост и закрыл глаза.
— Кажется, уснул, — проговорил Ёррин. — Лежит — ну чисто помер! Гы-гы… Давайте жрать, желудок сводит. Что там у нас на ужин, маэстру шеф-повар?
— Эльфийская салфа! — Эадор зачерпнул деревянной ложкой, с видимым наслаждением вдохнул ароматы, попробовал и даже глаза закатил. — Да-а-а!
— Супец что ли? — гном потер руки. — Супец у тебя что надо получается! Давай, наливай! А я пока копченостей достану, чтоб вприкуску!
— Салфа с копченостями, о Небо! — эльфийский повар даже вздрогнул. — Ненасытная гномская утроба! Никакого чувства прекрасного, только бы брюхо набить!
— В каком смысле? Разве набить брюхо — это не прекрасно? — радостно осклабился Ёррин. — А давайте вы себе по мискам разольете, а я из котла прямо так? И посуды меньше мыть!
Аркан с удовольствием наблюдал за пикировкой друзей, но мысли его периодически возвращались к странному посланию. Использование копировальной бумаги говорило о том, что рассылка была массовой! Но зачем Синедриону столько порталов рядом с Кесарией? И куда они должны вести? Слишком большое войско отрядами по полсотни не перебросишь: даже если привлечь сотню магов, получится всего пять тысяч воинов! Конечно, окажись оно внезапно, к примеру, у Аскеронских стен, то беды наделать может немало. Но даже прорвись они в город — в конце концов, будут уничтожены. Пять тысяч — это крупные силы для гражданской заварушки, эдакой феодальной междоусобицы, какую устроили Массакры с Арканами. Но для настоящей, полномасштабной войны пять тысяч воинов — это всего лишь половина легиона. Кто воюет половиной легиона против целого герцогства, одного из самых населенных в Империи? Тогда — зачем порталы? Определенно — с этим стоило разобраться.
* * *На утро Эдгара дю Валье и в помине не было. Ни его, ни волчьей шубы, ни лошадки.
— Не стибрил ничего, и то хорошо, — прокомментировал его неожиданный отъезд гном. — Вроде и мужик красивый, и боец хоть куда, и при деле — вон, какое доверие ему от Деспота, а всё равно — с дерьмецой внутри человек. Я это носом чую.
Аркан никогда не считал дю Валье красавцем, но в целом был с кхазадом согласен. Но эта странная встреча, и интриги отца были делом дня завтрашнего. Сегодня цель была вполне определенной: вперед, к богатой, кипучей и никогда не спящей Смарагде!
Лошади фыркали, из их ноздрей валил горячий пар, подковы выбивали из дороги осколки льда. я Утреннее солнце появилось на небосклоне, освещая холодными лучами заснеженные холмистые равнины Запада. Кавалькада мчалась по Южному тракту, обгоняя редких пешеходов и купеческие караваны, возницы и охрана которых испуганно шарахалась, едва завидев странную, хорошо вооруженную троицу воинов. «Этим дорогу заступать — себе дороже!» — думали караванщики. И были тысячу раз правы.
XVIII ГОРОД СТУДЕНТОВ
Смарагда началась с университета. В Империи такой способ градообразования мог считаться феноменом: большая часть городов тут выросла из фортов имперских легионов, которые год за годом, век за веком двигались от Первой Гавани на Север, Запад и Восток, принося с собой порядок, дисциплину, Устав Надлежащий и Слово Сына Человеческого.
«Там где раз поднимался имперский штандарт — более опускаться он не должен!» — сказал кто-то из первых Императоров, и легионеры, руководствуясь этим принципом, строили фортификационные сооружения весьма основательно, с расчетом на века. И эта основательность привлекала: неспокойные просторы Раваарды предоставляли очень мало укромных мест, где не сожрут чудища, не нападут орки, не прилетит длинная эльфийская стрела… Лагери-крепости обрастали предместьями, торговыми и ремесленными слободами, корчевались леса и распахивалась земля — и появлялся город. А потом легион уходил — дальше, на Север, Запад или Восток, мечами раздвигать рубежи Империи Людей, потому что для любой Империи экспансия — суть вопрос выживания.
На Западе города чаще возникали вокруг феодальных замков или монастырей, в южных провинциях — на перепутье, у перекрестков и мостов, на Севере и вовсе кроме Байарада городов в полном смысле этого слова не было — только городища и селища.
Но так, чтобы местом притяжения стал университет — этим могла похвастаться только Смарагда. Храм науки и святилище духа выстроили тут благодаря деяниям святой императрицы Элии Анастасии, которая в середине V века (после Прибытия) единолично управляла Империей долгих сорок лет после смерти своего мужа. Придворные историки того периода единогласно провозгласили это время Золотым Веком культуры и просвещения. Правда, поздние оптиматские исследователи были не столь однозначны в оценках: многие из них сомневались в крепости рассудка императрицы и даже обвиняли ее в ведьмовстве и чернокнижии. Подумать только: в Смарагдском университете учились даже девицы! Обучать наукам женщин? Это же неслыханно! Только ортодоксальным безумцам такое может прийти в голову, твердили ваганты из Западных провинций. Место женщины — на кухне, в церкви, рядом с детьми. И не более того.
Лицемеры, превозносящие прекрасных дам и расписывающие возвышенную рыцарскую любовь в куртуазных романах, ставящие на пьедестал предмет своей любви, не видели никакой проблемы в том, чтобы отказывать женщинам в праве на образование, а иногда — и на грамотность. Если пустоголовая принцеска, которая кроме танцулек и вышивания ни о чем и поговорить не может, а верхом куртуазности считает ловлю вшей на камзоле кавалера и могла кому-то показаться идеалом избранницы, то точно не Аркану. И никому из ортодоксов — однозначно.
С парой таких умников Рем в свое время даже переводил ученые диспуты в иную плоскость, пуская в ход кулаки: он лично читал документы двухтысячелетней давности, в которых черным по белому самым чистым имперским языком было написано о равноправии мужчин и женщин в Первой Гавани. И о том, кто именно руководил Первым Ковчегом. Это была женщина, лекарь, офицер одной из величайших армий изначального мира людей! Об этом говорилось и в Писании, и потому в церковных ортодоксальных школах с одинаковым прилежанием обучались и мальчики, и девочки. Другой вопрос, что по достижению брачного возраста большей части девушек приходилось большую часть времени проводить с детьми, но ни одному ортодоксу и в голову бы не пришло бить жену плетью, завидев ее с книжкой или газетой в руках! А что, если она читает новый рецепт мясной кулебяки, или изучает, как извести долгоносика, который атаковал в этом году помидоры?