"Фантастика 2025-87". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)
— М-да… — Буревестник остановился и сложил руки на груди, глядя на Змия. — Мне это интересно. К чему ты клонишь?
— Я перевожу активы в Лабуа. Буду закрепляться там. Анклав в устье Эдари — лакомый кусочек, но слишком уж он далеко располагается от моего домена. Я подумываю над тем, чтобы передать эти земли и воды тебе… — интриги не были сильной стороной старшего из братьев-Арканов, и он чувствовал себя явно неловко.
— Мне? — усмехнулся Рем. — Если Эадор — больше не твой вассал, но все еще владеет землей в Аскероне, то он автоматически подчиняется мне, как любой башелье, баннерет, граф, маркиз или барон в герцогстве. Де-юре. А де-факто — деспоту.
— Де-юре, — кивнул Децим Аркан. — Де факто! К чему юлить, брат? Я поиздержался. Мне не хватает ресурсов для устройства своих дел в Лабуа. У меня ведь теперь нет такого генерал-квартирмейстера, как в нашу прошлогоднюю кампанию против Массакров!
— Хо-хо! — самодовольно осклабился Буревестник. — Что, спорынью и сапоги вспомнил? А теперь — интенданты заедают? Что тебе нужно?
— Деньги, деньги, еще раз деньги и толковый снабженец, — развел руками Змий. — Я передаю тебе устье с островами, включая Аир, а ты помогаешь мне финансово… И дай кого-то из толковых людей в снабженцы, а? Мои рубаки явно не справляются. Купцы и маркитанты имеют нас в хвост и в гриву! Кто там у тебя: Гавор, Скавр, Оливьер? Откомандируй на годик кого-то, чтобы он натаскал Эйхена, Рошкотта или Фиданцу — я заставлю любого из своих, они землю будут рыть пока все тонкости не изучат.
— Гавор — на своем месте. Разведка нужна как воздух, без его коробейников мы ослепнем. Оливьера я сделаю… Хм!
Буревестник замолчал. Он еще не решил — посвящать ли брата в дела Ордена. А бывшего оптиматского купчину Аркан видел комтуром Монтаньи — главой местного представительства Зверобоев. Тем более родом он был как раз из этих мест… Поэтому, не договорив свою мысль про Оливьера он закончил:
— А Цирюльнику я обещал приключение.
— Что? — удивился Децим. — Какое приключение?
— Следующее. Любое следующее приключение. Скавр затаил на меня обиду, что я не взял его на Низац Роск, и я поклялся, что следующая авантюра будет с его участием. Выборы императора и есть та самая авантюра… Он будет нужен мне в Кесарии. Поэтому насчет интенданта даже не знаю… Есть один толковый гном, звать — Руада Сверкер. Если тебе подойдет гном. И если легендарный вождь кхазадов его отпустит.
— Нелюдь… — поморщился Змий.
— Не нравятся нелюди? Кушай хлеб со спорыньей, — пожал плечами младший Аркан. — Эадор в качестве командира спецотряда тебя устраивал… Или эльфы — это другое? «Не важно, какого цвета кошка, главное чтобы она ловила мышей!»
— Опять твои прежние? Не понимаю этого вашего увлечения седой древностью… Жить нужно сегодняшним днем! — Децим покачал головой. — Ладно, пусть будет гном. Если он толковый специалист — мне плевать. Не обижу. Говорят, у гномов отличные военные инженеры… Аркбаллисты они тебе собирали?
— Они. И башню в Дуал-Кульбе тоже кхазады обрушили.
— Однако! Считай, ты меня убедил. Я пришлю Фиданцу, он переговорит с твоими этими Сверкерами. Но всё-таки — что насчет денег? Ссудишь?
— Ты хочешь чтобы я купил у тебя острова в устье Эдари, на которых обосновались эльфы-полукровки? Острова, права на которые ты явочным порядком себе присвоил? Ловко, брат, ловко! — усмехнулся Рем. Выражение его лица явно обещало старшему некую каверзу. — Давай так… Это будет мой вклад в будущее племянников. Ты даешь им земли — сразу же, буквально завтра. Приличные, обширные лены, хорошие поместья с плодородной землей и крепкими замками. В Аскеронском герцогстве, не в Лабуа!
— Но… — глаза Змия широко раскрылись.
— Я уверен — когда Приму и Секунду исполнится пятнадцать, они тебя возненавидят. Ты больше любого из нас похож на отца, так что я знаю, о чем говорю. И мне не хочется, чтобы они бежали в Смарагду, Низац Роск или куда угодно как нищие оборванцы, повторяя судьбу непутёвого дядюшки, то есть — меня. У парней должна быть неотчуждаемая собственность, которой они смогут воспользоваться в любое время. И черта с два ты об этом позаботишься, если у тебя не хватает ресурсов даже на войну против нищих лабуанских башелье…
— Брат, не перегибай! Я сам знаю, как мне заботиться о своих детях! — взгляд Децима потемнел, на лице появилась опасная, хищная гримаса. — Я воспитаю и выращу их как положено! Они станут настоящими мужчинами и воинами, и ты не смеешь…
— Вот и я об этом. Видел бы ты себя сейчас, а? Я сказал то, что сказал, и предложение мое останется неизменным. Есть у тебя подходящие феоды? Нужны тебе деньги? — уже давно прошли те времена, когда Рем благоговел перед старшим братом. Теперь они стояли вровень!
— Отдам Ларкеро — Приму, Баланитес — Секунду. В конце концов, это ведь мои сыновья, какого черта? Ты думаешь, нужно уговаривать меня выделить им земли? Эти поместья — анклавы, далеко от границы, и укрепления там в приличном состоянии… Такое тебя устроит? — Змий качнулся с пятки каблуков ботфорт на носки. — Ты стал очень… Очень…
— Арканом? — усмехнулся младший. — Как только увижу дарственные документы на имя племянников, тут же напишу в Цитадель, Скавр отправит караван под охраной. Монеты не обещаю, но серебряные слитки и драгоценности из добычи Низац Роск будут. Сумма тебя порадует, это точно.
Децим Тиберий Аркан Змий пристально вгляделся в лицо брата, а потом сунул руку за пазуху кафтана и вынул оттуда переплетенные ветви священной оливы.
— Держи, — он сунул вицы — этот символ принцепс электорум — в самые руки Буревестника. — Сим жестом я дарую тебе право голоса от моего имени и от имени всего герцогства Лабуа на имперском Сенате! Бумаги потом подпишу.
— Что? — удивился Рем. — Ты не поедешь в Кесарию?
— А за каким дьяволом? У меня есть очень расчетливый и очень умный братец, который уже спланировал для Синедриона и всей Империи какую-то гадость в аркановском духе… Колесом дорога! — развернувшись на каблуках, Децим вышел вон и хлопнул дверью.
Рем повертел вицы пальцами, потом сделал пару шагов к письменному столу, который от щедрот своих выделил ему герцог Монтаньи, и положил эти избирательные символы рядом с двумя такими же переплетенными оливковыми веточками. Вицы Аскерона также достались ему, а не отцу. Для Кесарии Сервий Аркан Деспот был пустым местом, кем-то вроде управляющего, вольнонаемного работника. Столичные бюрократы понятия не имел о том, что означает титул деспота и какую угрозу он в себе несет, и потому отправили герольда к герцогу Аскеронскому, как и полагается.
Так что теперь у Буревестника оказалось два голоса вместо одного, и это открывало очень интересные перспективы!
* * *Он не успел даже понять и обдумать толком, что означает выходка старшего брата, когда в дверь постучали. Это точно был не Децим, Змий никогда не стал бы стучать, и если забыл бы что-то, то вошел бы обратно вместе с ударом ноги.
— Войдите! — крикнул Рем.
— Ваше высочество! — сказал знакомый служка, тот самый, что прислуживал за столом в ложе. — Герцог и герцогиня Монтаньи просят вас к себе.
— Ну, раз просят… Не могу ведь я отказать хозяевам. Подожди за дверьми!
Аркан сменил рубашку на свежую, сунул руки в рукава парадного вызолоченного камзола, застегнулся, надел перевязь с мечом, пригладил перед зеркалом волосы и скептически оглядел себя: даже в помпезном наряде он выглядел скорее как главарь пиратов, или атаман грабителей с большой дороги, а никак не благоверный владетель богохранимого Аскеронского герцогства.
— Ну нет во мне придворного лоска! — сказал Буревестник своему отражению и поскреб слегка отросшую щетину. — Но я старался, видит Бог!
С сомнением поглядев на вечнозеленые листики, которыми были успыаны вицы, мирно лежащие на столе, он сунул их за пазуху, во внутренний карман, и вышел за дверь.
— Ведите, маэстру! — кивнул он служке.
Герцогские покои располагались на четвертом этаже башни, то есть — ровно на два этажа выше, чем гостевые покои Арканов. К удивлению Рема, проводник повел его не к узкой винтовой лестнице, типичной для интерьеров оптиматских замков, а в тупиковую комнату. Сунув руку за портьеру, служка дважды дернул за невидимый шнур и где-то внизу раздался сначала едва слышный звон колокольчика, а потом сиплые команды, скрип дерева и тихое звяканье цепей.