Ты мой грех (СИ)

— Ладно, иди ищи свою целку, — Соболев вновь хлопает Яна по плечу. — А то здесь быстро её оприходуют.
Кирилл и Ренат уходят, Ян начинает осматриваться по сторонам. Я быстро бегу вверх по лестнице. Кажется, он меня замечает — слышу его торопливые шаги за спиной, несмотря на громкую музыку. Мне становится страшно. Сердце как сумасшедшее стучит где-то в горле. Дыхание сбивается, а пульс зашкаливает. Пробежав половину второго этажа, оборачиваюсь. Ян двигается следом за мной, но постоянно врезается в людей, попадающихся на его пути. В какой-то момент, когда он снова натыкается на знакомых, и те отвлекают его разговором, я решаю укрыться в комнате. Первой попавшейся, лишь бы она была открыта. Быстро проверяю все ручки, и одна поддаётся. Вваливаюсь в чью-то спальню и закрываю дверь. Свет не включаю. Обегаю широкую кровать и ложусь на пол. Вслушиваюсь в шаги, которые сначала проскакивают мимо, замирают чуть дальше, а потом возвращаются. Дверь медленно открывается, и я вижу кроссовки парня.
Зажимаю рот ладонью. Сама загнала себя в угол, и теперь мне никто не поможет. Всерьёз раздумываю, не выбраться ли из своего укрытия и попытаться объяснить Яну, что он не так меня понял, и что я не нуждаюсь в его ухаживаниях. Но меня останавливает исходящая от него опасность с примесью какого-то безумия. Я остаюсь на месте. Через пару мгновений кроссовки шагают обратно в коридор, и дверь закрывается.
Кислород почти покинул мои лёгкие, потому что я не дышала. С жадностью глотаю воздух, но продолжаю лежать. Как только дверь закрывается, в комнате становится очень темно, и этот сумрак меня тоже пугает. А ещё я боюсь, что Ян просто меня караулит. Ждёт в коридоре, когда я выйду.
Лежу на полу достаточно долго, чтобы убедиться, что он не вернётся. Наверняка плюнул на такую пугливую девку. Однако, встав с пола, выйти в коридор не рискую. Наощупь прохожу по комнате. Замираю возле окна и открываю рулонные шторы. Это не помогает, потому что ночь слишком пасмурная. На небе ни звёзд, ни луны — всё заволокло тучами.
У меня нет с собой телефона, чтобы позвонить Ольге. Она всегда настаивала, чтобы я его не брала на тот случай, если мама будет мне названивать. Для неё я ночую у подруги. И, по мнению Оли, всегда можно сказать матери, что мы уже спали и не слышали звонка.
От нечего делать я исследую комнату дальше. Прохожу к большому письменному столу. Щурясь, разглядываю находящийся на нём миниатюрный макет города, кипы бумаг, компьютер, стереосистему.
Задаваясь вопросом: «Чья это комната?», в глубине души уже знаю ответ.
Нужно подождать ещё немного, чтобы точно не попасться Яну. А ещё мне вдруг начинает нравиться быть здесь. Исследовав шкаф и перенюхав рубашки, ещё больше убеждаюсь, что это комната Кирилла. И я словно под гипнозом от запаха, которым пропитаны его вещи. Едва уловимый запах табака, дорогого парфюма и самого парня. И даже в темноте вижу как здесь чисто и уютно…
Проходит около часа, прежде чем я решаюсь включить музыку. Мне хочется побыть в комнате Кирилла ещё немного…
Осторожно устраиваюсь на его кровати. Провожу руками по гладким простыням, чувствуя странное томление внизу живота. Прикрыв веки, вижу лицо парня. Его льдисто-серые глаза, которые всегда словно парализуют девушек. Его красиво очерченные пухлые губы, насмешливо изогнутые брови и мужественный подбородок. Этот человек не может не привлекать к себе внимания. И не только внешностью, но и невероятной харизмой, энергией, которая иногда выплёскивается через край.
Закрыв глаза, тихо напеваю себе под нос песню, которая звучит из стереосистемы. И не сразу замечаю, что в комнате я больше не одна. А когда открываю глаза, вижу чей-то силуэт, застывший возле открытой двери.
— Приятная неожиданность, — раздаётся насмешливый голос.
Это голос Кирилла…
  
Глава 7
 
Наши дни
Ася
Как только переступаю порог квартиры, мне в объятья прыгает Макс. Я подхватываю сына на руки, смотрю в его завораживающие, с озорными смешинками, серые глаза и невольно вижу в них его отца. В точно такие же глаза, я смотрела меньше получаса назад, когда сказала Соболеву, что сегодня нам не по пути. Вот зачем я это сказала?..
 
Словно шанс ему даю. Будто рассматриваю варианты, что когда-нибудь это может измениться. Нет, не может! У меня есть Олег, и огромные скелеты в шкафу, о которых никто знать не должен. А Кирилл пусть оставит свои попытки флиртовать со мной. Перестанет меня касаться и смотреть на меня так, словно теперь я его цель. Сверхцель!
Он должен понять, что меня не получит. Больше не получит, и я надеюсь, что о той ночи он никогда не вспомнит… Нет, не должен вспомнить. Столько лет прошло. Сколько женщин побывало в постели Соболева за минувшие четыре года? Сотни? Десятки сотен?..
Нацеловываю щёчки сына, от чего он хохочет. Кружу Макса по узкой прихожей, и сама начинаю хохотать. Весь этот день, отходит на второй план, когда смотрю в его личико. Он моя самая большая гордость! И я ни за что не хотела бы, что-то поменять, не смотря на всю ложь и отчаяние, через которое мне пришлось пройти.
— Янка купила мне мороженое! — заявляет Макс с важностью, когда ставлю его на пол.
— Какое? — присаживаюсь на корточки.
— Шоколадное!
— Да, вижу, — хмыкнув стираю с его подбородка остатки шоколада и облизываю палец. — Ммм… вкусно.
— Тебе я тоже купила, — появляется в дверях кухни Янка.
Лучится счастьем глядя на нас с Максом.
Сегодня она приготовила для меня целое моральное испытание. Мой муж и Кирилл Соболев в одном баре, в совершенно недопустимой близости друг к другу. Так близко, что даже не очень прозорливый Олег мог понять, что глаза Кирилла напоминают ему глаза Макса. Боже… у меня до сих пор мороз по коже от этой встречи.
Однако знаю, что сестра действовала из самых добрых побуждений. Она в принципе не способна на подлость. Янка — самая лучшая из людей, каких только встречала за всю жизнь.
Ну как я могу на неё злиться?
Чмокнув сына в обе щёчки, отправляю его умываться. Разувшись прохожу на кухню. Слышу, как включается вода в ванной, а через мгновение выключается. Макс почти сразу появляется на кухне. Шоколад всё ещё растёрт по его подбородку, поэтому умываю его сама. Он тут же клянчит мультики, от чего я смотрю на него строго.
— Ну ладно тебе, Ась! Пусть посмотрит, — вступается за него Янка. — Он же в садик не ходит, хоть как-то должен развлекаться.
И вот они уже оба смотрят на меня щенячьими глазками.
— Ладно, — махнув рукой, сдаюсь. — Но только полчасика.
— Ура, — сестра подпрыгивает на месте, тоже ещё дитятко. — Я включу, — уводит Макса в его комнату, а я устало опускаюсь на стул, пристроив затылок на холодной стене.
Нужно всё обдумать. Решить, кто посидит с сыном, на случай если Олег будет поздно возвращаться с работы. Обычно я ухожу из дома в восемь вечера. На сцену выхожу в девять. Очень надеюсь, что у мужа будет нормированный день, и он успеет домой, до моего ухода. Иначе придётся пользоваться услугами няни, что противоречит моим принципам, потому что я почти никому не доверяю. Но и дёргать всё время сестру — это не красиво.
— О чём думаешь? — она заходит в кухню, сразу вторгаясь в мои мысли.
Начинает суетиться: открывает холодильник, достаёт кастрюлю с супом, тарелки с сушилки… Наверняка намеревается меня покормить…
У меня кусок в горло не полезет.
— Ян, не надо. Я поем попозже.
Она оборачивается и бросает недоумевающий взгляд мне в лицо.
— Что-то случилось? — сразу улавливает моё настроение.
— Олег получил работу у Соболева — вот, что случилось. А ещё Кирилл покупает бар, в котором я работаю. Получается, что он теперь начальник и у меня и у моего мужа…
Я горько усмехаюсь, а сестра присаживается рядом и говорит с пылом:
— Ты зря расстраиваешься, Ась. Кирилл нормальный парень. Не зазнайка. Всегда ведёт себя адекватно. Да я уверена, что ты его в этом баре будешь видеть от раза к разу.