Холодный, расчётливый и нелюбимый (СИ)
— Тайлетта фон Ольденбург, ландграфиня Гженчальская, — еле сдерживаясь от злости, прошептала я. — Что вам нужно?
Знаю, что не должна показывать свои слёзы; враг не должен видеть мою слабость, но Херр Маршал словно играл со мной, он хмыкнул и обошёл меня.
— Что вам нужно?! — закричала в отчаянии, повторив вопрос.
Резко развернувшись, я схватила мужчину за плащ. Знаю, это было импульсивно, но ни на что другое сил не оставалось. Херр Маршал повернулся ко мне и грозно посмотрел в глаза.
— Вы — элемент воды, и Вам невероятно повезло. Я сохраню Вам жизнь в обмен на маленькую услугу.
Он что издевается? Думает, пойду у него на поводу, поверив в его жалкое «снисхождение»? Не бывать этому никогда!
— Маги Иосфании не заключают сделки с врагами! — крикнула я, вставая навстречу своей судьбе.
* * *Проснулась я относительно давно, но долго не могла открыть глаза. Всё тело было будто чужим: руки и ноги казались невероятно тяжёлыми, при малейшем движении ныли спина и конечности. Наконец, через некоторое время, я смогла разлепить веки.
Всё, что смогла разглядеть в царящем здесь полумраке — это ажурный, наверное, белый канделябр с тремя потушенными свечами на тумбочке справа, большую кровать, на которой лежала, да одеяло с подушками, на ощупь — из бархата.
Я немного привстала и облокотилась, подложив подушку, о деревянную спинку ложа. Хоть и не видела остальной части комнаты, но почему-то была уверена — здесь было красиво, но… Это было совершенно незнакомое мне место.
Где-то недалеко раздалось громкое шуршание, а после кто-то осторожно проскользнул к двери и скрылся за ней. Сердце бешено заколотилось, и мною овладела паника. Где я?
Как смогла, осмотрела себя — длинная ночная сорочка со множеством рюш и кружев. Но она была не моя! Да ещё и на запястьях были плотно прилегающие браслеты, которые почему-то никак не получалось снять.
Я обратно полностью закуталась в одеяло по самый нос, испуганно озираясь по сторонам и пытаясь понять, где же всё-таки находилась?
Может, это новая комната моей подруги Лукреции? Она давно мечтала изменить обстановку. А может… я у Гвентина? Я всегда мечтала оказаться у него дома, но скромность не позволяла идти самой к молодому человеку. Всё же это неприлично. Хотя нет, оба варианта не подходили — слишком дорогая даже для их статуса обстановка, да и не помнила я ничего, кроме…
Воспоминания мигом нахлынули на меня с нереальной силой. Тогда я, уставшая и подбитая, противостояла самому маршалу Эволетта. Был ли он один или в сопровождении своих солдат-харронов, не знала, однако в сражение со мной он вступил лично.
Я билась насмерть и, смела надеяться, что смогла ему дать достойный отпор. Но что произошло потом, смутно помнилось.
Кажется, он разозлился и схватил меня за горло. Каждой клеточкой своего тела я чувствовала, как лёд сковывал меня. Не снаружи, а изнутри. Этот лёд был намного холоднее, чем у Гвентина, и перед тем, как потерять сознание, подумала: «Надеюсь, я хоть чем-то смогла помочь тебе, любимый…»
Я вновь скинула с себя одеяло и опустила босые ноги на приятный длинный ворс ковра. Но едва успела встать, как в дверь комнаты негромко постучали и сразу же вошли.
Это был не Гвентин и, тем более, не моя Лукреция. Мужчина прошёл мимо меня и раздвинул плотные шторы, впуская дневной свет в помещение.
И я узнала его!
— Неужели проснулись? Долго же Вы, — проговорил Херр Маршал, по-хозяйски присаживаясь в кресло возле окна.
— Вы?! Да как Вы смеете?! — вскрикнула я и, немедленно схватив с тумбы подсвечник, в негодовании бросила в него.
Тяжелый предмет, к сожалению, не долетел до цели и с громким стуком упал на пол.
— Зачем так импульсивно? Вистакрилинский канделябр ни в чём не виноват, — ничуть не дрогнув, заметил мужчина и медленно развернулся ко мне.
— Ч-что Вы тут… Что я тут делаю? — слегка дрожащим голосом спросила я, прикрываясь руками, как щитом.
— Вы действительно хотите это знать? — спросил он, изогнув бровь и долго рассматривая меня.
Повисла тяжёлая пауза. Я гневно смотрела на Херра Маршала, пытаясь прожечь в нём дыру, однако он спокойно выдержал мой взгляд и жестом пригласил присесть, где у окна друг против друга стояли два красивых кресла на изящных ножках.
— Начну, пожалуй, с того, что Вы спали чуть больше недели. Но это не Ваша вина, это я не рассчитал силы. Война перетекла в фазу «затишье» — Цвердиния капитулировала, впрочем, это был вопрос времени, армия империи Эволетт, как и вашей Иосфании, понесла большие потери. Двое наших лучших генералов-харронов в заложниках… Я даже и предполагать не смел, что ваши маги окажутся серьёзными противниками.
— Неделю? Я спала неделю? Как же так? — растерялась я. Мысли путались, и никак не хотелось принимать действительность. — Что значит — «не рассчитал силу»? И… «затишье»…
В это просто не хотелось верить. Эволетт всегда был в состоянии войны то с одним государством, то с другим. Точнее не так, армия этой империи просто захватывала то, что хотела, однако Иосфания дала решительный отпор. По последним сводкам, насколько мне было известно, наша армия перешла в активное наступление и значительно поколебала силы Эволетта.
Так что же случилось за такое короткое время? Неужели Херр Маршал говорил правду? Но как проверить? Впрочем, на данный момент меня больше интересовало моё нынешнее положение и судьба моего возлюбленного.
— Не думаю, что Вы что-нибудь поймёте… — Херр Маршал интеллигентно перекинул ногу на ногу и, явно наслаждаясь превосходством, снисходительно сказал. — Хотя, я расскажу Вам кое-что более интересное.
— Гвентин, наверное, сильно переживает за меня… — прошептала я, опустив глаза под его пристальным взглядом и уставилась в одну точку на полу. — Да и остальные тоже…
Мужчина недовольно фыркнул, но быстро взял себя в руки и продолжил.
— Тело обычного человека примерно на шестьдесят — шестьдесят пять процентов состоит из воды, тогда как Ваше практически на восемьдесят. Я с детства интересовался такими штучками, поэтому предполагаю, что определил Вашу сущность. Ундины даже в нашем мире редко встречаются, — Херр Маршал с удовольствием отметил, как я удивилась. Он даже не стал скрывать этого. — Если говорить простым языком — Ундина появляется на свет один раз в сто лет, одна на всей планете…
— Подождите, что это значит?
Мужчина подошёл ко мне, предлагая свою руку. Я с неохотой приняла её и тут же пожалела. Херр Маршал буквально вырвал меня из кресла и резко притянул к себе. Его показная воспитанность мгновенно рассеялась, как туман при лучах солнца.
Охнув от такой внезапности, вдруг почувствовала, как что-то холодное вонзилось в моё предплечье. Я непроизвольно скривилась в лице, но не закричала при виде оружия в моём теле. Херр Маршал медленно вынул кинжал и указал на пронзённое место — бескровная рана на глазах затягивалась.
— Дайте угадаю, — мужчина вновь сел в кресло, оставив меня стоять в недоумении, и как ни в чём небывало продолжил. — Вы ведь всегда считали эту свою способность магией?
Я ошарашено машинально кивнула.
— Но это не так. Сейчас на Ваших руках антимагические браслеты, которые, к слову, могу снять только я. Вы не можете пользоваться магией. Тогда возникает вопрос: почему так произошло? — Херр Маршал посмотрел на меня с каким-то неприкрытым восхищением. — Я уверен, Вы — Ундина, элементаль воды.
— Спасибо, конечно, за такое открытие, но… — саркастически «поблагодарила» я и резко взглянула в глаза мужчины. — Вы так и не ответили, что я здесь делаю?!
Вместо ответа, Херр Маршал направился в сторону выхода и, бросив в меня кружевную шаль, поманил за собой. Вот нахал! Однако, поборов накативший страх, всё же послушно встала и последовала за ним.
Длинные коридоры сменялись один за другим, а Херр Маршал размашистым шагом шёл вперёд, держа за руку меня, едва поспевающую за ним.