Серега-самовар. Дилогия (СИ)

Это произошло мгновенно. Без боли. Без холода. Без того сопротивления, которое я чувствовал, когда пытался освоить «Плащ» минуту назад. Моя правая рука неожиданно изменилась. Тень не сформировала «Меч» отдельно — он просто стал продолжением моей ладони.
Я даже моргнул, недоумевая, что со мной произошло. Я думал, что мне показалось… Но ничего не исчезло — вместо кисти у меня теперь был клинок, сотканный из клубящегося чёрного дыма. Густого, вязкого, но при этом державшего форму. И он был частью меня.
  
— Как… — прошептал Агу, зависая прямо перед клинком. Его глаза в очередной раз за эту ночь расширились до размера блюдец. — Как ты это сделал?
— Я просто… захотел, — растерянно ответил я, поворачивая «запястье». Чёрный дым послушно потёк вслед за движением, не теряя очертаний. — Обалдеть можно! Я теперь прямо как жидкий Терминатор!
Агу облетел клинок вокруг, словно исследователь, наткнувшийся на неизвестный артефакт.
— Это невозможно для Ведуна твоего уровня… Или нет… — Он запнулся, потирая призрачный подбородок. — Я не знаю.
— Что не знаешь? — насторожился я, опуская руку к высокой траве.
— Тёмной иерархии, Сергей, — честно признал Агу. — Я же учился у Верховного шамана Девы. Это светлая сила. Жизненная. Я знаю путь Ведуна, знаю путь Шамана, Жреца… Но Тьма… Это другой путь. Я лишь слышал кое-что, и то — мельком. И могу только гадать о ступенях развития мага-Теневика.
— Ладно, дружище, разберёмся как-нибудь.
— Разберёмся? — Он указал на дымящееся лезвие, которое было продолжением моей руки. — Обычно, чтобы создать такое, нужно пройти через особый ритуал. Нужно накопить силу, открыть каналы, «договориться» с Тьмой. А у тебя… У тебя это произошло случайно! Так не бывает!
— Может, потому что у меня сейчас много силы? — предположил я.
— Возможно… — Призрак задумчиво посмотрел на меня, — после первых десяти поглощённых жизней ты перешёл какой-то невидимый порог, когда Тени начали подчиняться именно твоей воле и желаниям. А может быть повлияло твоё долгое нахождение во Тьме…
— Может быть, может быть, — сказал я и сделал лёгкий взмах кистью.
Дымный клинок рассёк воздух с тихим шипением. Но высокие стебли травы передо мной даже не дрогнули. Но через мгновение их верхушки медленно сползли вниз.
— Неплохо, — отметил я, рубанув клинком торчащий из земли валун.
«Меч Тьмы» прошел сквозь камень, даже не почувствовав сопротивления. А камешек развалился на две неравные половины. Срез был чистый и гладкий, словно камень срезали лазером, либо долго и упорно шлифовали. Похоже, что мой клинок действовал на молекулярном, либо на атомном уровне. Но ломать голову я над этим не стал. Сейчас я чувствовал себя хищником, который снова получил назад свои когти и зубы.
— Это опасно, Сергей, — серьёзно сказал Агу, наблюдая за моими действиями. — Если Тьма так легко реагирует на твои желания… Ей очень легко можно поддаться и не заметить, что ты — уже чудовище. А обратной дороги может уже не быть. Ты должен себя строго контролировать, Сергей!
— Я понял, старичок. Буду осторожен. Вот только как его убрать?
Но стоило мне только оформить желание, как чёрный дым сразу же потёк обратно в ладонь. И через мгновение рука снова стала выглядеть обычной. Человеческой. — Ух, ты! Здорово! Ладно, хватит на сегодня опытов — выдвигаемся к городу.
Мы двинулись по дороге, пролегающей вдоль границы леса. Я не использовал «теневой шаг», чтобы не нарушать договор с Лешим, хоть здесь, вроде бы, и не его территория. Шёл быстро, бесшумно. Вскоре лес остался позади, а мы вышли на каменистую грунтовку, ведущую к городу.
Пройдя несколько метров, мне показалось, что что-то не так. Я остановился, нырнув в придорожные кусты. Можно было бы уйти в Тень, но я не хотел лишний раз перенапрягать меридианы, чтобы они не отказали в самый нужный момент. Ведь даже у магии, как оказалось, имелись свои ограничения.
— Ты чего? — Агу завис над кустом, «всматриваясь» в темноту.
— Что-то не так, — прошептал я. — Только не могу понять… что не так…
— Странно, но я тоже ничего не чувствую… Хотя, какой-то знакомый запах… — произнёс призрак. — А я запахов особо и не чувствую, — признался он. — А тут словно ладаном тянет…
Я втянул носом воздух. И действительно — резкий, терпкий запах ладана смешивался с ночной свежестью. Этот запах не просто висел в воздухе — он давил. Словно невидимая волна накатывала на меня, обжигая изнутри.
— Агу, — прошептал я, чувствуя, как в груди начинает разливаться странное тепло. Нет, не тепло — жар. Будто кровь закипела в жилах. — Что происходит?
— Не знаю, — голос призрака звучал встревоженно. — Но тебе лучше уйти отсюда. Сейчас же!
Я попытался сделать шаг назад, но ноги не слушались. Попытался нырнуть в Тень, но безуспешно. Жар в груди усиливался. Ноги стали ватными. Земля качнулась. Мир поплыл, теряя контуры. Изумрудный свет Агу начал меркнуть, словно удаляясь от меня, хотя призрак находился рядом.
Через связь, которую я уже не осознавал полностью, в голову ворвался образ: «Берегись. Люди. Много». Это Бес поделился тем, что увидел. Но он опоздал со своим предупреждением.
— Это ловушка… — успел прошептать я, падая на колени.
Грудь сдавило. Воздух стал вязким, словно превратился в кисель. Я попытался вдохнуть, но лёгкие не слушались. Тень, которая ещё минуту назад была частью меня, начала сжиматься, отступая и прячась в резерве. А потом тьма накрыла меня. Но не та, что служила мне. Чужая. Пустая. Обычная. И моё сознание угасло в её неведомых глубинах.
  
Глава 19
 
Колонна из двух машин — «Опеля» Кранца и «Хорьха» жандармерии въехала на территорию штаба батальона уже ночью. Фары выхватывали из темноты пыльные клубы, которые медленно оседали на раскалённый за день асфальт. Ночь не принесла облегчения от жары; воздух всё ещё стоял плотный, душный, не позволяющий дышать полной грудью.
Первый автомобиль, чёрный «Опель» Кранца, остановился у парадного крыльца особняка, занятого штабом 22-го саперного батальона. Дверь открылась, и на землю ступил майор Хоффман. Он снял фуражку, провёл рукой по вспотевшему лбу, оставляя на коже грязную полосу. Его лицо было серым, осунувшимся, глаза запали глубоко в орбиты. Он выглядел не как офицер, вернувшийся из рейда, а как человек, который только что выползший из могилы.
Следом за майором вышел и Виктор Кранц. Он не спешил. Движения его были скованными, словно каждый шаг причинял ему боль. Он поправил чёрный плащ, плотно кутаясь в него, несмотря на духоту, стоявшую даже ночью. Его лицо было бледным, почти прозрачным. Проявившиеся в свете фонарей глубокие морщины делали его старше своих лет.
Из второго автомобиля — «Хорьха», начали спрыгивать солдаты. Их было всего двое. Остальные остались навечно в том жутком русском лесу. Унтер-офицер выпрыгнул последним, держа на коротком поводке собаку. Блиц дрожал всем телом, не лаял, не рычал, а лишь тихо скулил, прижимая уши к голове. А его янтарные глаза бегали по периметру двора, выискивая угрозу в каждой подозрительной тени.
Дежурный офицер, молодой лейтенант, выбежал навстречу командованию, но остановился в нескольких шагах, увидев состояние вернувшихся. Он ожидал увидеть бравых победителей, но на него смотрели настоящие призраки. Форма солдат была изодрана в клочья, испачкана землёй и запёкшейся кровью.
— Герр майор? Герр штурмбаннфюрер? — неуверенно начал лейтенант. — Вам нужна помощь? Медик?
Хоффман медленно повернул голову. В его взгляде не было жизни.
— Нет, — голос Хоффмана был хриплым — в горле пересохло. — Нам нужен отдых. И тишина… И распорядись насчёт ужина…
  
— Яволь, герр майор…
Хоффман прошёл мимо лейтенанта, тяжело ступая по ступеням. Внутри штаба было прохладнее, чем снаружи, но воздух казался спертым. Электрические лампы гудели и мерцали, создавая неприятный фон. Хоффман не стал идти к себе. Он направился прямо в кабинет Кранца, ожидая, что штурмбаннфюрер последует за ним.