(Не) Сокровище капитана (СИ)

Я покачала головой.
— Он мне угрожал. Не более. Я… отреагировала слишком бурно, и готова извиниться за это.
Может, баллады о поединках из-за взгляда прекрасной дамы и звучат красиво, но в жизни… В настоящей жизни смерть вовсе не прекрасна и не возвышенна, и мне не хотелось стать причиной чьей-то гибели.
— Чем именно угрожал?
Я перевела взгляд с хирурга на Генри. Попыталась подобрать слова — не вышло.
— Я не… не смогу это повторить.
— Потому что она лжет! — закричал Дезо. — Капитан, эта женщина не сказала ни слова правды!
Генри жестко усмехнулся.
— Пока что она вовсе ничего не сказала. Но я понял. Леди Белла, займитесь раненым.
— Капитан, я… — снова подал голос парень.
— Леди Белла — не ведьма. Это обычная магия. Такая же, как моя. — На его ладони вспыхнул и погас язычок пламени.
— Такая же, да не такая, — проворчал парень. Поколебавшись, спросил: — Капитан, вы клянетесь, что моей душе ничего не грозит?
— Сколько покойников на твоем счету?
— Я имел в виду — от ее магии. Насчет покойников мы с преподобным Дёллингером потолкуем.
— Клянусь, леди Белла не сможет навредить твоей бессмертной душе. Сядь и не мешай. — Он повернулся ко мне. — Миледи?
Я стиснула зубы. Руки тряслись. Поединок. Что со мной станет, если капитана убьют? Но спросить об этом вслух было невозможно, и потому я просто сделала, что мне велели: занялась раненым. Тем более, что там было чем заняться. Повязка слишком туго впилась в плоть из-за того, что рука под ней отекла. Сняв ткань, я обнаружила зашитую рана. Края покраснели, швы натянулись, грозя прорвать кожу — все из-за того же отека.
Я накрыла ее ладонью, вглядываясь внутрь тела. Клинок прошел наискось, рассек мышцы и оставил зазубрину на кости. С ней хирург ничего сделать не смог, сшил мышцы и кожу. Я просмотрела их, слой за слоем.
— Мышцы соединены правильно, — сказала я. — И швы…
— Что б ты понимала в швах! — взвился Дезо, который, видимо, решил, что терять уже нечего. — Я три года учился в Граяне, а ты…
— Это там вас научили втыкать иглу в сальные свечи? — не удержалась я.
Я училась, сколько себя помню, пусть мне и не довелось сидеть на лекционной скамье, повторяя вслух за лектором.
— Так игла лучше скользит!
Я промолчала. Бесполезно объяснять, что в прогорклом сале свечи размножается зараза, которая потом попадает в плоть — в дополнение к той, что уже занесена клинком и обрывками одежды. Хотела бы я посмотреть на тех «зверьков» в капле воды, чтобы понимать, как выглядит невидимая глазом зараза. Впрочем, не время об этом думать. Я убрала воспаление, немного ускорила заживление. Швы в самом деле были наложены хорошо, и обрывки мышц Дезо сопоставил правильно, так что не было необходимости уставать самой и тратить силы раненого, заставляя рану срастаться немедленно.
— Капитан, не найдется у вас чистого бинта?
Генри молча протянул мне скатку, я перевязала рану. Обратилась к раненому:
— Зайдешь ко мне завтра, покажешь, как заживает.
Парень кивнул, повел плечом, лицо его стало отстраненным, точно он вслушивался во что-то внутри себя.
— Дергать перестало, — заметил он. — А то прям как часы капитана, тик, тик…
— Ступай, — велел Генри, и раненый исчез.
Следом за ним попытался выскользнуть и хирург.
— А вас, господин Дезо, я попрошу остаться.
Пока тот медлил, в дверях возник лорд Джеймс.
— Что случилось, капитан?
— Господин Дезо объявил меня безумным и угрожал бунтом.
Квартирмейстер — знать бы еще, что означала эта должность[1]! — присвистнул.
— Я вовсе не… — начал было хирург.
— Вы говорили при свидетелях. И если леди Белла не часть команды, то Раулю люди поверят. — Он снова обернулся к лорду Джеймсу. — Я его вызвал. Право выбора оружия принадлежит мне, как оскорбленной стороне, но я уступлю его господину Дезо. Проследите, чтобы дело обошлось без магии?
— Да, капитан.
Насколько честен он будет? Насколько честен будет сам капитан? Воспользуется ли магией несмотря ни на что, если поймет, что дело плохо, и покроет ли его друг и помощник? Наверное, я должна была устыдиться подобных мыслей, но что, если Генри убьют?
 
Я вдруг поняла, что волнуюсь за него — за его жизнь — куда сильнее, чем за собственную участь.
— Капитан, можно вас на пару слов? — спросила я.
Он молча шагнул к спальне.
— Генри, пожалуйста, — прошептала я, едва за нами закрылась дверь. — Он оскорбил меня, это верно, но слова — лишь слова. Они не стоят жизни.
Наверное, я снова все делала неправильно, наверное, мне следовало бы радоваться, что нанесенное мне оскорбление смоют кровью, но…
— Что именно он сказал?
Я опустила глаза.
— Белла?
— Что ты позволяешь мне слишком многое потому что… — Нет, у меня язык не повернется это повторить! — Потому что я позволила тебе…
— Не продолжай, я понял. Это оскорбление, но не угроза. Что еще?
— И что, возможно, я буду знать свое место, если он сделает то же, что, якобы сделал ты… — На лице капитана заиграли желваки, и я поспешно добавила: — Но ведь это пустые слова!
— Не стоит угрожать тем, что не готов исполнить. — Генри улыбнулся, погладил меня по щеке. — Но дело не в тебе, сокровище мое, хотя будь ты в самом деле моей, я убил бы на месте за такие слова, не тратя времени на вызов.
Я поежилась — почему-то было понятно: он не шутил.
— Прежде всего он оскорбил меня, заявив, что я думаю не головой а… В общем, другим местом. Но даже не это самое важное. Важно, что он пытался мне угрожать. Помнишь, что я говорил про бунт?
— Но ведь ты сказал, что подчинишься голосованию.
— Подчинился бы. Но как ты думаешь, почему покойный Фрэнк не стал дожидаться, пока я в самом деле не отдам концы, чтобы выставить свою кандидатуру на голосование, а попытался захватить крюйт-камеру и прикончить Джеймса?
— Потому что не был уверен в исходе голосования?
— Именно. Команда… почти все готовы носить Джеймса на руках, несмотря на то, что он дворянин. А может, именно поэтому, поди пойми. А он на моей стороне. Сместят меня — капитаном почти наверняка станет он, и по большому счету мало что изменится, потерю роскошной каюты я как-нибудь переживу. Но если позволить Дезо будоражить людей россказнями, будто я лишился рассудка из-за козней ведьмы, смещением дело не обойдется. Люди начнут искать таких же якобы заколдованных, пойдут свары, и ничем хорошим это не кончится.
Я поежилась.
— Может, и правда запрешь меня, чтобы люди успокоились? Не хочу, чтобы из-за меня проливалась кровь.
— Не из-за тебя, Белла. Из-за невежества и глупости.
Он снова погладил меня по щеке, улыбнулся.
— Не переживай, сокровище мое. Даже если этот тип меня прикончит, Джеймс тебя защитит, я возьму с него слово.
Он исчез за дверью, а я так и осталась стоять, до боли стиснув руки. Нет, и вовсе не за него я волнуюсь, а исключительно за свою судьбу!
Господи, помоги мне!
Нет, не мне. Генри.
____________________
[1] Квартирмейстер на пиратском корабле отвечал за состояние судна, распределение добычи и наказание провинившихся, а также руководил абордажной командой.
  
Глава 15
 
— Ну так шпага или пистолеты? — донесся из-за двери веселый голос.
Что ответил Дезо, я не услышала. Выглянула в салон, где уже никого не было. Из-за стен доносились возбужденные голоса, возгласы, топот. Похоже, вся команда решила понаблюдать за представлением. А может, являться на поединок обязательно, кто знает? Уж точно не я.
Зря Генри не взял меня наверх. Как бы я ни волновалась, нашла бы в себе силы не визжать и не падать в обморок, тем более не стала бы соваться под руку. В трюме, убивая моих несостоявшихся насильников, Генри был страшен. Смотреть на поединок, наверное, было бы еще страшнее. Но сидеть здесь и ждать его исхода казалось невыносимым.
Я раскрыла «чудо господне», пытаясь читать, но знакомые с детства слова скользили мимо разума, не оставляя следа. Покосилась на потолок, словно могла что-то сквозь него разглядеть. Разумеется, доски палубы не стали прозрачными под моим взглядом. Возгласы стихли, сменившись настороженным гулом, словно из разворошенного осиного гнезда. Что там?