Избранница Мастера рун (СИ)

Самой нечисти рядом не оказалось — не пошёл в портал. Спросить совета или помощи было не у кого, так что я засучила рукава и начала действовать по наитию.
Следующие полчаса, не меньше, пришлось провести за прогулкой: я обходила высокую изгородь по кругу. Увы, так и не найдя запасного входа, вернулась к тем же запертым воротам. Пока ходила — кричала и просила людей отозваться. Иногда даже зачем-то стучала в белую стену. Но никто не ответил.
— Итак, это остров, — как можно спокойней проговорила я, с ненавистью глядя сквозь частые прутья, выкрашенные в цвет золота.
Там, за воротами, виднелся роскошный фруктовый сад и уходящая вдаль дорожка, выложенная из белых ромбовидных плит. А совсем вдали, над шапками деревьев, можно было рассмотреть верхушки белых зданий замысловатой конфигурации и куполообразные крыши, перемежающимися крышами-башнями.
По всему выходило, что Мастер рун обосновался в замке и не очень жаловал гостей. По крайней мере, магический колокольчик у закрытого входа он оставить не удосужился, так что простоять здесь можно было до конца дня… или до конца дней. Своих.
Вздохнув, я раздражённо откинула взмокшие пряди, выбившиеся из причёски, сняла порядком надоевшие туфли и, кажется, в сотый раз вытрясла из них набившийся по пути песок. С губ сами собой сорвались очень некрасивые ругательства. Я чувствовала себя обманутой, брошенной и несчастной. Надо же найти Ключ от Оборотного мира, попасть на порог дома Мастера и так бездарно застрять у входа!
Песок под ногами стал горячее, а с пальцев сорвалось несколько крупных искр, приземлившихся с тихим шипением. Я попыталась взять себя в руки, но выходило плохо. В воображении нарисовалась картина, как спустя несколько дней кто-то из прислуги Мастера выйдет по бытовой необходимости и обнаружит моё бренное тело. Обезвоженное, страшное, скорченное…
Я тряхнула головой, прогоняя ужасные мысли.
— Наверняка есть какой-то способ сообщить о приходе. Как-то же люди попадают внутрь? — забормотала я, стараясь вернуть бодрость духа и принимаясь заново искать то, чем могла заявить о себе.
Однако счастья снова не случилось, и спустя какое-то время я раздосадованно ударила мыском ноги по воротам. Стало больно, отчего обида и страх возросли в разы.
— Откройте сейчас же! — зло прокричала я, с яростью обувая снятые до этого туфли. В них снова набился песок. Я скрипнула от досады зубами и заорала неестественно высоким голосом: — Немедленно открывайте!
Топнув ногой, сжала кулаки, борясь с накатывающей паникой. А дальше… случилось неизбежное. Честно, мне не хотелось доводить до подобного, но проклятье не спрашивало у меня разрешения на выброс разрушительной силы.
Раздался оглушительный треск, скрежет и… одна из створок прекрасных золотых ворот упала в противоположную от меня сторону. Вторая створка продержалась немногим дольше. Затем поднялся ветер и раздался вой, от которого кровь начала стыть в жилах. Звук нарастал и приближался одновременно отовсюду! Потому, не успев толком обдумать случившееся, но прислушавшись к желанию жить, я осторожно прошла по павшим воротам и, плюнув на приличия, побежала вперёд.
Бежала не очень красиво, зато быстро! Подобрав длинную юбку, я на ходу задрала её повыше и очень скоро достигла главного входа. Ветер за моей спиной тут же стих, вой прекратился. Тогда-то я и вспомнила о происхождении: приосанилась, гордо поправила остатки причёски, разгладила безнадёжно измятую юбку и степенно направилась к двери, украшенной арочным проемом с витиеватыми золотыми узорами.
На этот раз стучать и искать новый способ войти не пришлось. Дверь распахнулась сама, и я, совсем ненадолго посомневавшись, все же переступила порог, очутившись в месте, о котором слышала уйму легенд.
Ожидая чего угодно, затаила дыхание и… разочарованно выдохнула.
Я оказалась в большой белой комнате с потолком-иллюзией, изображающим нежно-голубое небо, по которому плыли безмятежные синие облака. Больше в помещении не оказалось ничего мало-мальски примечательного. Ни единой вазочки, картины, статуэтки… Ничего, что могло бы характеризовать хозяина жилища.
 
— Есть кто-нибудь?! — крикнула я немного громче и злее, чем собиралась.
— Ипуть… путь, — отозвалось эхо, а на иллюзорном небе показалась стайка птиц. С гомоном они пролетели дальше.
Я возмущённо всплеснула руками и приказала себе ещё немного подождать, а заодно использовать предоставленное время, чтобы вспомнить всё, что знала о Мастере рун.
В эльфийских легендах говорилось, что он — древний старец, живущий в пустыне и ведущий аскетический образ жизни. Среди простых людей твердили, будто Мастер рун — это молодой горячий красавчик, владеющий огромным страшным замком, построенным на вершине утёса. Когда у Мастера есть настроение, он превращается в ворона и прилетает в наш мир, чтобы выбрать, кого наградить, а кого наказать. Ещё мне по секрету рассказывали о гареме Мастера.
«У него сотня жён! — заверяла прорицательница из моего королевства, восторженно сияя глазами и поигрывая бровями. — И ни одна не остаётся без ублажения! Он… очень силён!».
У дроу поговаривали, будто Мастер рун — это властная женщина, которая не выносит чужого общества, но собрала вокруг множество слуг, отняв у них языки и запретив смотреть на себя. Она наказывает непокорных за любые провинности и надевает на себя столько золота, что с трудом передвигается!
Да, мой мир полнился слухами, и сходным в них было лишь одно: сделка. За свою услугу Мастер рун отнимал что-то у просящего. Порой безделицу, но чаще — нечто невероятно дорогое сердцу. А приходили к Нему лишь искатели богатств или те, кто отчаялся. Такие, как я.
Его боялись и боготворили. И далеко не каждому посчастливилось найти Ключ от этого мира. А мне улыбнулась удача. По крайней мере, я убеждала себя, что это была именно она. Ещё при передаче Ключа отцу объяснили, что за оказанную помощь я могу лишиться, например, голоса или необычного цвета глаз, а может быть, и нескольких лет жизни. Никто не мог угадать точно, чего потребует Мастер, но все уверяли, что это будет важная часть меня.
Пусть… Избавление от проклятья и возвращение домой — вот что действительно важно!
Думая об этом, я немного постояла в гордом одиночестве. Устав ждать, бросила настороженный взгляд на окна, за которыми виднелся шикарный фруктовый сад, и вдруг краем глаза заметила в слабом отражении нечто новое. Оглянулась и замерла: на пустующем недавно месте теперь обнаружилось иссиня-чёрное вычурное кресло с мягкой бархатной обивкой.
Оно стояло на четырёх длинных, глядящих в стороны золотых ножках, имело высокую закруглённую спинку и средней величины резные подлокотники.
Глядя на кресло, я попыталась представить его хозяина. Здесь должен сидеть некто напыщенный, значительный, упивающийся своей важностью. Он позаботился о своем удобстве, но в то же время превратил единственную мебель в дорогой помпезный аксессуар, лишний раз подчеркивающий статус хозяина. Даже сидя в кресле, этот Некто мог смотреть собеседнику в глаза на равных, а не снизу вверх.
— Мастер Пафос, — пробормотала я, позволив себе лёгкую усмешку.
— Думаете, это имя подходит? — раздался голос сзади.
Я вздрогнула и обернулась так быстро, что едва не упала. За мной, буквально в пяти шагах, стоял мужчина. Откуда только взялся?!
Красивый.
Очень красивый.
И очень скудно одетый!
У меня даже дар речи пропал от его разнузданного вида. Чего только стоили широкие красные штаны, зауженные книзу и подвязанные на узкой талии чёрным поясом! А белая рубашка без ворота, с расстёгнутыми до самой груди пуговицами?! Одна, две, три… И все не застёгнуты! Рукава закатаны до локтей и обнажают смуглые руки, исчерченные замысловатыми рисунками…
Густые русые волосы незнакомец собрал в небрежный пучок на затылке, так что часть их всё равно своевольно выскользнула и рассыпалась по широким плечам. А ещё ему необычайно шли длинные, заострённые кверху уши, в одном из которых я насчитала сразу пять золотых серёжек! Позёр!