Начать сначала. Трилогия (СИ)

– Иди уже советчик, – махнула мама рукой, но было видно по её улыбке, что она рада моей поддержке.
Я выскочил во двор, на углу дома, нашего двора, что стоит на улицу Культуры, точно есть таксофон. Позвонил тётке, надеюсь не разбудил их в такой ранний час. Вроде нет, у тёти Маши бодрый голос.
– «Тёть Маш, я согласен, по мотоциклу», – сообщил я.
– «А в остальном что, мать согласна по поводу работы?» – спросила старшая мамина сестра.
  
– «Конечно согласна. Она может сама этого пока не понимает, но мы её уговорим. Тёть Маш, а цвета какие?», – заверил я тётку и сразу задал вопрос по мотоциклам.
– «Оранжевый, красный и чёрный, с перламутровым оттенком. Пробег небольшой, годы выпуска 73‑й и 72‑й, это всё что я запомнила», – ответила тётя Маша.
Как выглядят краски с перламутровыми оттенками я знал, по прошлой жизни, так что у тётки переспрашивать не стал. Попрощался с тётей, передал всем родственникам привет и сообщил, что перед праздниками приедут дедушка с бабушкой, чем обрадовал тётю Машу. С очень приподнятым настроением побежал обратно домой. Я даже точно знаю, кому предложу разобранные мотоциклы. И мне дешевле обойдётся байк, о котором я мог только мечтать. Кстати, ничего подобного в прошлой жизни не было. Неужели реальность меняется, с моим появлением здесь? Факты говорят о том, что да, меняется, хотя пока совсем незначительно. Вернувшись, домой заглянул на кухню. Отец читал газету, а мама мыла посуду.
– Уже позвонил тёте Маше? – спросила мама.
– Ага. Дал согласие по обоим вопросам, в том числе про тебя, – ответил я.
– Не поняла? – мама развернулась от мойки, а отец отложил газету.
Я развёл руками, пожимая плечами, состроив выражение лица, типа «прошу понять и простить».
– Молодец, малой. Всё правильно сделал. Я ей тоже говорю, что иди учись, пока есть возможность, а она начала сомневаться, – сообразил отец и рассмеялся от удивлённого вида мамы.
Батя понял всё, что я хотел сказать мимикой. А я ещё и покивал головой, с глупой улыбкой на лице.
– Да вы… Вы сговорились! – возмутилась мама, раскрыв рот от негодования.
Батя встал подошёл к ней и обнял. Так как мама стояла ко мне спиной, а отец лицом, я показал ему большой палец и вышел из кухни. Разберутся сами, у отца всегда найдётся аргумент, сделать маму покладистой.
До обеда посидел над своей фантастикой. Проснулась Катя, заглянула в мою комнату.
– Малой, как тебе наш концерт вчера? – спросила она, позёвывая.
– Шикарно. Вы отыграли на высший бал, а твоего кумира танцев Поличкина я зауважал, говорю вполне искренне, – ответил я.
Катя довольно улыбнулась и прикрыла дверь в мою комнату. Я продолжил писать. Работал до обеда, пока мама не позвала на кухню. Отца не было.
– А где папа? – спросил я у Кати, которая уже сидела за столом.
– Ушёл в гараж. Он же там двигатель перебирает, говорит, что скоро закончит с кузовом, сделает перетяжку салона, потом займётся окончательной сборкой, – ответила Екатерина.
Ух ты, какие термины сестра знает, но подначивать её я не стал. Мама молчит, а это необычно.
– Мам, ты сердишься на меня? – спросил я.
– Уже нет, но в следующий раз, не надо принимать за меня решение, – ответила мама.
– Ты бы ещё сомневалась несколько дней, я тебя знаю. А ответ очевиден, на поверхности лежит, если отбросить в сторону твои сомнения, – ответил я, а мама даже замерла от моих фраз.
Несколько минут она меня рассматривала, вдруг засмеялась, присев на табурет.
– Я что‑то пропустила? Хочу знать, о чём вы только что говорили, – потребовала Катя.
Мама, отсмеявшись только махнула рукой, встала с табурета и налила нам с Катей супа.
– Малой, говори немедленно, иначе в моём лице приобретёшь врага. А так как я тебе родная сестра, то враг будет кровным, – потребовала Катя, не прикасаясь к супу.
– Когда я ем, я глух и нем. Потом у мамы расспросишь, если она сжалится над тобой, – ответил я, продолжая уплетать суп.
На уговоры сестры я не поддался, доел свой обед и пошёл собираться. Не сомневаюсь, что Катя будет донимать маму, пока та, не расскажет ей суть тех фраз, что я произнёс. Сегодня воскресенье и у меня вождение на стадионе. Так что я стал одеваться, взял с собой тетрадь и шариковую ручку, чтобы продолжать писать рукопись, когда буду сидеть в очереди, чтобы оседлать мотоцикл. Мы там катаемся по очереди.
Когда пришёл на стадион, к капитальным гаражам, где паркуется техника ДОСААФ, то обнаружил там своих одноклассников. Точнее одноклассник только Рашид Абдулин, Волков Саня и Карпенко Юра учатся в параллельном классе. Гаражи расположены возле нижнего футбольного поля, здесь на ровной асфальтовой площадке нарисованы фигуры, по которым мы тренируемся кататься на мотоцикле. Сегодня десять человек мотоциклистов, а мотоциклов всего два. Техника простая, один «Минск», второй «Восход». Мотоциклы под маркой «Минск» выпускают в Белоруссии, на мотоциклетно‑велосипедном заводе, который находится в столице республики. Простенький аппарат, красного цвета, неприхотливый в обслуживании. Хорошо пользуется спросом у сельских жителей, где о качественных дорогах приходится только во сне мечтать. Мотоцикл «Восход», в данном случае к нашему пользованию представлен «Восход‑2», выпускают на заводе имени Дегтярёва, в городе Ковров, Владимирской области. По качеству, на мой субъективный взгляд, такой же, как и «Минск». Не сложный в обслуживании, насколько я знаю, по деревне своих дедушки и бабушки, тоже пользуется спросом у жителей деревни, хотя по деньгам, ценник чуть выше, чем у «Минска». Обычно мотоциклов дают три штуки, для вождения, но один вроде сломался, так что сидим и ждём своей очереди. Я решил поговорить с пацанами о японской технике.
– Пацаны, есть разговор. Мне пообещали из Владика прислать мотоциклы «Хонда». Они в виде конструкторов, до нас доставят контейнерной перевозкой, – выдал я сообщение.
– Гонишь, Миха. Откуда у тебя подвязки, чтобы «Хонду» достать? – не поверил «хохол»
Юрика Карпенко часто сносит на блатную романтику, особенно в плане разговора. Всё время пытается выглядеть эдаким дворовым хулиганом. А вот Рашид сразу воспринял всерьёз. Он вообще фанат мотоциклов.
– А что такое конструктор? – переспросил Рашид.
– Мотоцикл разбирают перед тем, как упаковать в контейнер, по документам груз идёт, как мотоциклетные запчасти, – ответил я.
– А сколько по деньгам? – спросил Саня Волков.
– С вас по шестьсот пятьдесят, плюс на троих делим ценник контейнера. Ещё надо будет сунуть гаишникам, но мать договорится, с этим проблем не будет. В общем обойдётся примерно по семьсот пятьдесят рублей, ответ нужен сегодня, я лично беру, – добавил я.
Я не стал пацанам заряжать ценник, мама говорила, что один байк почти новый, 73‑го года выпуска, вот его и заберу. У пацанов будет постарше выпуском, на год‑два, значит им подешевле цена. Да и с деньгами у меня намного надёжней, чем у ребят. Мне‑то точно не надо деньги просить у родителей.
– А запчасти все будут на месте? – последовал вопрос от Рашида.
– Гарантировано, люди серьёзные. Плюсом будут запасные запчасти из тех, что изнашиваются быстро. Гофра на переднюю вилку, резиновые чехлы на цепь, колодки для тормозов. А вообще, запчасти можно будет заказать, привезут без каких‑либо проблем, – объяснил я.
– Я беру, – быстро сообразил Волков.
– Я тоже в деле, – тут же подхватил Абдулин.
Карпенко поморщился, он по своей привычке любит поглумиться, как‑то ещё под «шкуру» залезть, а потом делает вид, что он нехотя соглашается. В общем всегда «набивает» себе цену, от чего часто пролетает на что‑либо. Такой характер у человека. Хотя пацан нормальный, серьёзных подлостей не делает. Не жадный на деньги, а главное не трус в драках. Но так как я обозначил количество мотоциклов, то «хохол» слегка пролетает, как «фанера над Парижем».
  
– А ещё достать нельзя? – решился спросить Юрик.
– Не знаю, надо спрашивать. Если можно, то нескоро, – ответил я.