Начать сначала. Трилогия (СИ)

– Катюша, у тебя есть авторские пластинки на ваши композиции? – задал я вопрос, как только перешагнул Катину комнату.
– Ещё три осталось, не все раздарила. А что, тебе зачем? – сразу прищурила глаза Катя.
– Отправлю в ГДР. Я же переписываюсь с немкой, вот и сделаю ей подарок, похвастаюсь музыкой моей сестры. Будешь ты знаменита на Западе, цени мою предприимчивость.
– Больно надо. Нашёл чем удивить. Так и скажи, что кадришь девочку, за мой счёт.
  
– В тебе сейчас говорит комсомолка, патриот Советского Союза. А ты посмотри со стороны музыканта. Пусть проклятые капиталисты на Западе, знают, что советские музыканты лучшие, я так считаю, – пафосно произнёс я, сестра даже хихикнула, но пластинку мне отдала.
Я сделал в письме приписку, написал, что моя сестра композитор и пишет вот такую музыку. Слушай фройляйн и наслаждайся. На конверте пластинки, также сделал дарственную надпись. Бандероль отправил в ГДР, на следующий день с утра, через нашу знакомую.
В Москву решил лететь двадцатого августа. Из расчёта, чтобы вернуться домой к выходным. В субботу трудовая повинность в Санаторном, так определил отец. Маме лететь не недо, воспользуются прошлым договором, а гонорар отправят переводом. Мне сдать рукопись, подождать результата корректировки и определиться с рисунками для книги. Позвонил Лисину Сергею. Сразу попал на него, поздоровались.
– «Серёга, я двадцатого прилетаю в Москву, есть дела в издательстве. Ты приготовил то, что я просил?» – сразу перешёл я к делу.
– «Приготовил. Скажу больше, у меня есть, чем тебя удивить. Будешь в Москве, звони, не стесняйся», – сразу ответил Сергей.
Встал вопрос, где мне ночевать две ночи. В гостиницу меня не пустят, нет паспорта. В прошлый раз мы заселялись по маминому паспорту. Выручил дед, когда узнал о моих затруднениях.
– Звони Кочеткову, он точно не откажет. Зачем тратить деньги на какую‑то гостиницу, будь разумней, от меня передашь привет, – уверенно заявил дед.
Телефон Кочетковых имелся, так что я позвонил им. Надо сказать, что дед оказался прав, Кочетковы обрадовались. Ну и хорошо, а то мне ещё предстоит посетить архив, куда есть допуск. Надо подсобрать материалы для третьей книги «Солдатская правда». На всякий случай, билеты в обратную сторону брать не стал, мало ли получится задержаться. А если возникнут проблемы с покупкой билетов домой, Цуканов выручит, наверняка всегда имеется бронь.
Так как я летел утренним рейсом, то в столицу прибыл до обеда. В самолёте кормили, я хоть и не чувствовал полной сытости, но всё же терпимо. Взял такси и назвал адрес издательства «Детская Литература». Редактор Нагорная была на месте. Так как договаривались по телефону заранее, она приняла меня достаточно быстро.
– Миша, я тороплюсь, потому давай сразу к делу. За два дня корректоры просмотрят твою фантастику, заскочи к художникам, возможно подойдут прошлые рисунки, а может они тебе ещё что‑то предложат. Цена за авторский лист будет та же, пока ничего не меняем.
– Хорошо, Татьяна Игоревна, всё сделаю, как скажите. Я два дня трудиться буду в архивах, по третьей части «Солдатской правды».
– Когда планируешь выдать следующую «Солдатскую правду»?
– Думаю, в сентябре закончу.
– Неплохо, на октябрь в планы поставим. Сейчас у нас работы много. Сегодня на совещании Пискунов говорил, что все издательства получат заказ. Печатать будем книгу Леонида Ильича Брежнева, там тиражи просто сумасшедшие, – пожаловалась Нагорная.
Я задерживать Нагорную, своим присутствием, не стал. Свернули разговор попрощался и вышел. Но перед уходом попросил, чтобы они подготовили документы для Союза писателей. Нагорная пометила себе памятку, на перекидном календаре, махнув рукой попрощалась.
После редакции я прогулялся по Москве, нашёл столовую и плотно пообедал. Следовало заскочить к Кочетковым, чтобы определиться с ночёвками. Позвонил из ближайшей будки таксофона. Клавдия Захаровна дома.
– Проходи, Мишенька, располагайся. Молодец, что решил у нас остановиться. Голоден, наверное, сейчас я что‑то соображу, – захлопотала Кочеткова, как только я переступил порог их квартиры.
– Не беспокойтесь, Клавдия Захаровна, я плотно поел в столовой. Вот, вещи у вас оставлю и дальше побегу по делам. В Москве дня на два‑три задержусь, надо всё успеть.
– Ты по столовкам не мотайся, ужин приготовлю, блины заведу и напеку к вечеру. Во сколько вернёшься?
– Часам к семи, может восьми, – ответил я.
– К этому времени Андрей вернётся, вот уж будет рад твоему приезду, – продолжала суетиться Кочеткова.
Хорошая женщина, очень гостеприимная, я ещё в прошлый приезд это подметил. С домашнего телефона Кочетковых позвонил Лисину. Он дома, сказал, что будет ждать меня. В Москве я ориентируюсь не особо, потому решил взять такси и спокойно доехать до адреса Сергея Лисина. Встретил меня Сергей, он посторонился, чтобы я прошёл в квартиру, закрыл дверь и кивнул на тапки в прихожей.
– Одевай любые и проходи, я временно дома один. Отец в командировке, а мама отдыхает в Крыму, – произнёс Сергей и прошёл в свою комнату.
Я снял кроссовки, одел тапочки и двинулся за Сергеем. Когда вошёл в его комнату, он стоял возле шкафа, где на полках ровными рядами выстроились пластинки. С прошлого моего посещения количество пластинок не убавилось. Сергей взял один конверт с «винилом» в руки, посмотрел на меня.
– Никогда не угадаешь, что я держу в руках, – произнёс Сергей, при этом он широко улыбнулся.
Я подошёл ближе, в руках у меня был бумажный пакет, в который завёрнута моя книга, а кассета МК лежала в кармане.
– Как, собственно, и ты не угадаешь, что я привёз, – попробовал парировать я.
– Ну это не сложно. Я просил тебя привезти твою книгу, что‑то из фантастики и записи сочинений твоей сестры, – ухмыльнулся Лисин.
– Один ноль в твою пользу, я гадать не стану, говори уже, не тяни, – наша беседа началась с дружеской пикировки, что навевало на то, что мы всё же подружимся.
– Ты слышал, что гитарист Ричи Блэкмор ушёл из группы «Deep Purple»?
– До твоего уровня меломана, я не дотягиваю, так что с удовольствие послушаю продолжение.
– Блэкмор создал новую группу с музыкантами из «Elf». Теперь новая группа называется «Rainbow», что переводится, как «Радуга». В июле они записали свой первый альбом «Ritchie Blackmore *s Rainbow». И вот я держу в своих руках пластинку этого альбома. Мне достали три штуки. Мамина подруга была за границей, знает, что я увлекаюсь роком и привезла, – Сергей сообщил мне это с таким видом, будто исполнилась его давняя мечта.
Не увидев моей восторженной реакции, Сергей даже удивился.
– Вижу ты не понимаешь. О новой группе уже кричат на всех перекрёстках Британии и США.
– Я тебе говорил, что музыкант моя сестра, а я просто рядом стою, – засмеялся я.
– Чтобы ты понимал, такой пластинки нет в нашей стране ни у кого. Да что там, она даже в Америке дефицит. Мне пришлось заплатить сто двадцать рублей, столько же с тебя. Хоть и жалко расставаться с таким сокровищем, но у меня ещё два экземпляра.
Видя, что я вяло реагирую на восторженные восклицания, Сергей махнул на меня рукой, выложил шесть конвертов с пластинками.
– То, что ты просил. Джузеппе Верди, оперы «Риголетто», «Травиата» и «Аида». Джакомо Пуччини, оперы «Богема», «Тоска» и «Мадам Баттерфляй». Поверь достались нелегко. Хорошо, что у меня одна знакомая увлекается операми, через неё достали эти «пласты». Подарок твоей сестре.
– Ну вот и обменялись подарками, от нашего стола вашему, – произнёс я, разворачивая первую серию «Воин в темноте» и подавая кассету с первыми Катиными композициями.
  
Сергей убрал книгу на полку, заявив, что потом обязательно почитает, а кассету положил рядом с музыкальным центром.
– Чем ещё порадуешь? – спросил я, намекая, что мне нужен «винил».
Сергей хмыкнул и начал выкладывать конверты с «винилом». Кантри‑рок, автор‑исполнитель Линда Мария Ронстадт, альбом 75‑го года «Prisoner in Disquise» и альбом 75‑го «Hasten Down the Wind». Элтон Джон, альбом 73‑года «Goodbye Yellow Brick Road», альбом 74‑го года «Caribou» и альбом 75‑го года «Captain Fantastic and the Brown Dirt Cowboy». Брюс Спрингстин, альбом 75‑го года «Born to Run». Группа «Queen», альбом 74‑й год «Sheer Heart Attack» и альбом 75‑й год «A Night at the Opera».