Начать сначала. Трилогия (СИ)

– «Ты вчера звонил, заказывал аппаратуру. Есть музыкальный центр «JVC MF‑55LS», магнитофон «National Panasonic RS‑466TS» и катушечный магнитофон «Akai X‑1800SD». Колонки прилагаются, аппарат приличный на восемь дорожек. Всё новое, за центр и «Панасоник» цена та же, за катушечный шестьсот рублей. Отправлю по тому же каналу, что в прошлый раз, через неделю, край десять дней получишь», – обозначил товар Рогозин.
  
– «Спасибо, Дмитрий Олегович», – поблагодарил я.
– «Есть ещё кое‑что. Мой приятель уходит в рейс на Филиппины, срочно нужны деньги. Он готов отправить две тысячи кассет МК, по цене три рубля за штуку, если деньги отправите сегодня или завтра. Ему в ущерб, конечно, но такова жизнь. Деньги под мою гарантию, я прослежу, чтобы кассеты выслали, получишь вместе с аппаратурой», – удивил меня знакомый из Владивостока.
– «Я беру», – сразу согласился я.
На этой ноте мы попрощались, пожелав друг другу удачи. Я пару минут размышлял, кому звонить в первую очередь. Решил, что позвоню сначала Сашке, обрадую его, заодно деньги запрошу, потом позвоню маме, ей придётся ненадолго отпроситься, чтобы получить груз с запчастями и отправить денежные переводы. Ещё надо набрать Бобыкина, будем сразу разгружать к ним в мастерскую. Что и сделал, в том порядке, в каком задумал. Сашка сказал, что деньги принесёт прямо сейчас. Мама велела забрать сберкнижки и её паспорт, где лежат все документы. Удалось дозвониться до Бобыкина Димки, он сказал, что будет ждать весь день в мастерской. Похоже сегодня у меня будет очень суматошный день. Надо идти в гараж за байком, на нём передвигаться будет быстрее. Дождался Сашку, он отдал две тысячи рублей. Я сказал, что пятьдесят лишние, но Волков отмахнулся, говорит, что мне за скорость. Я спорить не стал, а рванул бегом в гараж, прихватив сберкнижки, мамин паспорт и денег восемь тысяч, именно столько скопилось у меня в столе.
Чтобы получить оформленные документы на контейнеры потратил час. Пока мама занималась оформлением, я пробежался возле стоящих машин, у контейнерной. Достаточно быстро нашёл водителя, который готов подзаработать «левых» денег. Понятно, что водители здесь тусуются по договорённости с сотрудниками контейнерной. Этот же водитель вернёт контейнеры обратно, а заодно поделится деньгами с кем‑то, кто помогает ему быстро погрузить груз. Но это не моё дело. Мама вышла недовольная, хотя уже всё оформлено, а машина встала на загрузку контейнера. Как оказалось, весь наш груз в пятитонном контейнере.
– Знаешь, Миша, мне не нравится, когда я должна срываться с работы неожиданно. Надо заранее предупреждать. Хорошо, что у меня сегодня такой спокойный день, – выразила мама недовольство на мне.
– Исправлюсь мам. Не сердись, зато ты меня очень сильно выручила, – извинился я, прижавшись к маминому плечу головой, она тут же взъерошила мне волосы.
– Пользуешься моей добротой. Ну, что там у тебя ещё? – подобрела мама, сменив гнев на милость.
Я ей рассказал о том, что следует сделать заказ, через тётю Машу. Отдал список аппаратуры. Сообщил о двух тысячах кассет, деньги хотел передать ей, но она не взяла.
– Хватит тех, что на сберкнижках, всё равно оформлять перевод. Кстати, тебе зачем ещё две тысячи кассет, ты же недавно столько же брал? – удивилась мама.
– Там были по шесть рублей, а эти отдадут по три, что дешевле даже себестоимости. Просто человеку срочно нужны средства в рейс, а кассеты видимо не мог долго продать.
– Наличные деньги оставь, пригодятся на закупку строительных материалов. Отца вроде в отпуск отпускают, так что займутся с дедом ремонтом дома, – распорядилась мама, мы с ней разбежались в разные стороны.
Я поехал сопровождать наш груз, а мама села в служебный автомобиль и поехала решать следующий мой вопрос. Купить ей цветов что ли? Проявить сыновью внимательность. Здорово она меня выручает, а я в своей прошлой юности не понимал, насколько мама готова помогать мне и Кате.
В мастерской я ещё не был ни разу, но Бобыкин назвал адрес по телефону и сообщил, что заезжать к гаражам с улицы Короленко. О чём я предупредил водителя грузовика, который вёз контейнер с запчастями. Когда мы подъехали все ребята были здесь. Я увидел у раскрытых ворот три «Хонды», одна Рашида, в две Бобыкина и Калюжного. Калюжный Павел дружок Димона Бобыкина. А ещё мне Димон говорил, что у Калюжного отец в КГБ служит. Скорей всего, Бобыкин и Калюжный в доле. Я поставил свою «Хонду» рядом с остальными. Подошёл к парням и поздоровался, заодно познакомился с двумя мастерами, со смешными кличками, «Блоха» и «Рыба», а по жизни у парней есть имена, Евгений и Георгий. Началась разгрузка контейнера. Я удивился ловкости упаковщиков, как они ловко уложили шесть комплектов мотоциклов. Все узлы и детали под номерами. Чтобы было удобней понять от какого комплекта деталь. Здесь же в коробках мотошлемы, новые, практически в упаковке.
– Здесь шесть тачек, в разобранном виде. Две я заказывал под себя, не для продажи на сторону. Сейчас разгрузят пацаны, я выберу цвет у «Honda CB‑350», таких четыре штуки, одну забираю. Ну и два комплекта «Yamaha XS‑1», один заказывал для «хохла», давно просил, – пояснил я Калюжному и Бобыкину.
Мы стояли чуть в стороне, втроём. Я Бобыкин и Калюжный. Разгрузкой занимались Рашид, Георгий и Евгений. Я обратил внимание, что Рашид в спецовке, как и Евгений с Георгием.
– Получается, что четыре штуки на продажу? – спросил Дмитрий.
– Да. Мне они обошлись по девятьсот пятьдесят, вместе с доставкой до вашего гаража, – сразу обозначил я цену.
– Понял. Миха, мы парням платим по полтиннику за сборку одного мотоцикла. Ты Рашида оплачиваешь из своего кармана, как договаривались, – сразу напомнил нашу договорённость Димон.
Грузовик уехал, а мастера разложили комплекты по номерам. Мне понравился лазурный цвет, я посмотрел на спидометр, что лежал в комплекте, пробег семь тысяч. Недолго японец катался, пока попал в аварию, год выпуска 74‑й. Этот мотоцикл и выбрал. Между делом ребята начали раскрывать коробки с шлемами.
– Ну ни хрена себе, неожиданно, – воскликнул Гоша, доставая из одной коробки два шлема.
Мы сразу повернулись к мастерам. Георгий держал в руках мотошлем, светло‑лазурного цвета, на котором был рисунок «гора Фудзияма и ветки цветущей сакуры». Но что интересно, шлем был с косой, коса черного цвета, закреплена на затылке шлема. Шлем с визором, который имел зеркальное покрытие. Рашид достал из коробки точно такой же, только коса была белого цвета.
– Эти шлема я тоже забираю, как раз сестре подойдёт, – сразу обозначил я.
– Ты байк сестре берёшь? – спросил Калюжный, на что я утвердительно кивнул головой.
– Какой ценник на шлем? – спросил Димон Бобыкин.
– Сто пятьдесят за пару. Я просил, чтобы подобрали парами. В Японии такие интегралы собирают недавно, пару лет, не больше. Говорят, что в следующем году пойдут мотошлема из карбона, – сразу дал я пояснение приятелям.
Ребята достали из всех коробок шлемы, все мотошлемы разукрашены. Молодец Рогозин, угодил, надо будет обязательно его поблагодарить.
– Миха, твоя сестра, которая музыку сочиняет? – спросил Павел, я кивнул и улыбнулся.
– Крутая будет рокерша, чтоб я так жил. Пошли, покажем тебе кое‑что, – позвал меня Димон.
Мы втроём двинулись в закуток гаража. Там сделано место для отдыха мастерам, стоит старый диван, и два кресла, столик. Здесь же чайник и электроплитка. Дмитрий достал с верхней полки коробку. В ней лежали мотоциклетные перчатки.
– Выбирай, – предложил мне сделать выбор Димон.
Перчатки отличались от тех, что продавали в магазинах, явно импортные, я порылся немного, выбрал комбинированные, жёлтый цвет с чёрным.
  
– Откуда такое богатство? Да, цена какая? – спросил я, примеривая выбранную пару перчаток на руки.
– Из ГДР, через моего отца достаём. Цена для тебя тридцать рублей, как для своего, – ответил Павел.
– Годится, – согласился я, любуясь перчатками на своих руках.
Гоша, Женя и Рашид приступили к работе, когда Димон им мягко намекнул, что пора и делом заняться.