Начать сначала. Трилогия (СИ)

Подозреваю, что она уверена в моих ночёвках у женщины.
– «Не смешно. В общем не переживай, всё будет хорошо», – ответил я и положил трубку.
Мы приготовили ужин, я помогал Нелле на кухне. После еды попробовали смотреть новости по телевизору, но надолго нас не хватил. Почти до середины ночи предавались сладостному греху. Утром я уехал от Нелли, пообещав, что вечером увидимся. Вернувшись домой, обнаружил записку от мамы, она просила проведать Катю, заодно завезти ей обед. Завтраком меня покормила Нелли, так что я сел немного поработать над книгой, а в обед поехал проведать сестру в больнице. После посещения сестры, вернулся домой, закончил книгу, мне оставалось дописать эпилог. Завтра начну фантастику, хотя частично первая серия, цикла о слепом помощнике мастера‑оружейника, у меня уже написана. Вечером рукопись отдал маме, чтобы её секретарь напечатала для редакций экземпляры, заодно исправит ошибки. Ночевать собрался к Нелле, под видом, что еду кататься.
  
– Надеюсь на твоё благоразумие, – произнесла мама, погрозив пальцем и покачав головой.
Я отвечать ничего не стал, улыбнулся и вышел из квартиры. В эту ночь мы продолжили с Нелли наслаждаться друг другом. Во вторник писал книгу, в обед проведал сестру. А вот на среду уже ночевал дома. У Нелли начались те самые дни, которые бывают раз в месяц у всех женщин. Но в среду я проводил её на вокзал, на поезд, который шёл в Крым. А ещё, в среду вечером приехал курьер из Обкома ВЛКСМ, мне передали конверт, в котором лежало приглашение в Крым, на посещение дачи Брежнева. В документе было указано, что меня награждают поездкой для отдыха, естественно, за удачную книгу «Солдатская правда». Ох и хитрец наш генсек, хорошую отмазку придумал. Я хоть и знал об этом, но всё равно приятно. Ну или это придумал Цуканов, а не сам Брежнев. Но от перестановки слагаемых результат не меняется. В конверте лежали билеты на самолёт, на третье июля. Рейс на самолёте Свердловск‑Симферополь. Значит Брежнев решил использовать меня, в качестве «литературного пера». Я не возражаю, а очень даже «за». Предвижу, что тоже получу от этого какие‑то «пряники» и «плюшки».
Июнь 1975 год. Свердловск. Нелли Пельш. Эпизоды.
Уже сидя в поезде, Нелли Григорьевна вспоминала предпоследние двое суток, которые фактически провела в обществе с Мишей Егоровым. Порой ей казалось, что она сошла с ума. Неимоверно бурный роман с учеником закрутился так, что Нелли не знала, что ей делать. Её тянуло к Михаилу. А какие ночи. Она даже слов подобрать не может. Так, наверное, себя ощущает человек, когда говорит, что «я на седьмом небе». Теперь она полностью уверена, что ничего подобного не испытывала с мужем. Во время занятий любовью, а их близость, она так и называла, Нелли была близка к состоянию потери сознания. Настолько был ярким оргазм и наслаждение. Кстати, слово «оргазм» услышала от Михаила, он же ей объяснил, что это такое и как часто случается с женщинами. Вот откуда он всё это знает? Под утро, когда он выжал из неё все силы, всё что она могла, это поднять большой палец вверх, показывая, насколько ей хорошо. А его опыт близости? Тысяча чертей, где он набрался такого опыта. Про некоторые позы она даже не знала, не говоря о том, что пробовала. Они делали это даже стоя в коридоре, когда он прижал её к стене. После чего дрожали ноги, подгибались в коленях. Но Миша взял её на руки и унёс на диван. И вновь ласки, вновь желание быть с ним. Вновь наслаждение. Определённо она чокнулась. Вспомнился тот случай, когда на озере к ним пристали хулиганы. Казалось, что Михаил ничуть не волновался. Разговаривал спокойно, с чувством своей силы. Хотя сама Нелли здорово испугалась. Боже, как она далека от улицы и от уличных отношений. А потом Миша наподдал хулиганам, и ничуть не волновался по такому поводу. Интересно, как бы на его месте поступил её бывший муж? Наверное, начал бы проявлять свою воспитанность и прочую ерунду. А в данном случае, понадобилась просто грубая мужская сила. Когда твой мужчина берёт и устраняет опасность. Ох и повезёт же той девушке, которая станет его женой. А что с ней происходило, когда они были в озере? Она чуть было не потеряла голову и не отдалась ему. Еле сдержалась. Для себя Нелли даже не ставила, серьёзные отношения с Мишей, в планы. Десять лет большой срок, пропасть между ними. Нелли набралась смелости и спросила сама себя. А не влюбилась ли ты дамочка в своего ученика? К сожалению, ответить себе она пока не может. Страсть больше походит на сумасшествие.
– Надеюсь, что время всё расставит на свои места, – тихо пробормотала Нелли.
Но ночью, когда она легла спать, мысли вновь возвращались к Мише. То она ругала себя за такое поведение, то улыбалась, вспоминая минуты пика в наслаждении. Однако два дня в поезде, постоянные размышления об отношениях с учеником, получили результат. Подъезжая к Крыму, Нелли решила, что, побыв вдали от Миши, она сможет разобраться в своих чувствах, а также понять, что ей делать с общественным мнением. В концовке своих метаний в мыслях, Нелли обозвала себя грешницей. Но, так как верующей она не была, то стыдно за грехи ей ничуть не стало. Следовало настроить себя на отдых у моря, в компании своей семьи.
Июнь 1975 год. Карпенко Юрий и Абдулин Рашид. Эпизоды.
Юра Карпенко серьёзно взялся за подготовку записей на кассеты. В его распоряжении три магнитофона, два своих, а третий он взял у тётки, на время. Записал песни музыкального коллектива «Время вперёд» на сто кассет для Кузнецова Артура. На кассетах делал надпись «Time Forward». Отдал Артуру восемьдесят кассет, получив за запись восемьсот рублей. Что тут скажешь? Деньги не просто хорошие, а очень даже отличные. Столько отец Юры зарабатывает за месяц. Плюсом они с Рашидом отдали сорок кассет, на поезд в южном направлении. Мишка Егоров дал им ещё сто штук, компактных кассет, надо успеть записать к приезду состава Анапа‑Свердловск. Так как занимались записями они вместе с Рашидом, то Юра решил всё же спросить мнение Абдулина.
– Рашид, что думаешь по поводу делёжки денег. Мишка вроде говорил, что ему не надо, достаточно двух кассет, с каждого десятка, которые в поезда на прослушку отдаём, – завёл разговор Карпенко.
– Там условия другие были. А сейчас всё складывается так, что проводники будут продавать наши кассеты. Где бы мы с тобой были, если бы Миха эту идею не продумал? Делится с ним надо, ведь мы не крысы какие‑нибудь, а нормальные пацаны. Тем более Миха наш друг, сам подумай, – рассудил Рашид.
– Ну да, надо ещё по десятке за кассету вернуть, но это с тех денег, что от бригадира поезда получим. Вот только восемьсот на три не делится, что делать? – задался вопросом Юрий.
– Предлагаю Михе отдать двести семьдесят, а мы получим по двести шестьдесят пять. Не забывай, что записи тоже его. Он в Москву поедет, что‑то новенького из музыки привезёт. А вообще, я бы с ним посоветовался, как скажет, так пусть и будет, – предложил Абдулин.
Юра согласился, так точно будет более правильно. И как только Михей такие идеи подбирает? Даже удивительно. С 23‑го июня, а это был понедельник, Рашид стал ездить на работу в колхоз, где в МТМ возится по ремонту техники. Юрику не получалось никак поймать Миху, постоянно его дома нет. Во вторник, когда Рашид приехал к вечеру из посёлка Балтым, они смотались на вокзал. Встретил бригаду проводников, что обслуживают ж/д маршрут от Свердловска до Анапы и обратно. Нашли бригадира Парамонову Ольгу Сергеевну. Ко вторнику Карпенко успел записать ещё сотню кассет музыкой группы «Time Forward». Поезд нашли на путях, которые считаются «отстойником».
  
– Хорошую идею вы задумали ребята. Мы ваши кассеты распродали ещё в ту сторону, а на обратном пути только музыку крутили, народ спрашивает. Привезли что‑то, мы через сутки снова в рейс? – спросила Парамонова, передавая пакет с деньгами.
Карпенко посчитал, с сорока кассет заработали тысячу шестьсот рублей, четыреста придётся отдать за кассеты, но всё равно много получается, по четыреста рублей каждому. Даже не верилось, но ребята не показали виду. Юрка умел напустить на себя важности, хмыкнув, он убрал деньги в сумку, а оттуда достал пять коробок, по двадцать кассет, но уже с записью. Ольга Парамонова проверила каждую коробку, на предмет наличия товара.