За Гранью (СИ)
— Hein pokass? Klia sa? [3]
Он с неожиданной силой отстранился от меня. Прикрыла на мгновение глаза, слабость не проходила, но и не усиливалась. Мне было очень плохо. Встать, говорить и даже просто пошевелиться не получалось. Почувствовала, что мальчик поднялся и отошел от меня. Силилась открыть глаза, но не выходило. Слишком сильное нервное перенапряжение, истощение, организм не справляется. Лечь и спать, спать, спать… Нельзя! Неимоверным усилием воли заставила себя открыть глаза. Боюсь, что могу и не проснуться, а я теперь отвечаю не только за себя!
Мальчик был неподалеку. Осмотрелся вокруг, заметил собранные ягоды и яйца, приготовленные для него.
— Lazing? [4] — Показал на еду, потом на себя, вопросительно на меня посмотрел. Слегка кивнула в ответ на невысказанный вопрос.
Быстро расправившись со скудными припасами, куда-то отошел. Прикрыла глаза лишь на миг и провалилась в темноту. Очнулась от того, что мальчик меня тормошил. Он где-то раздобыл небольшую рыбу. Рыбу! Где он ее взял? Неужели поймал в том ручье?
— Не уходи от меня далеко, это опасно, — из горла вырывались звуки, мало похожие на мой обычный голос, но хоть что-то.
— Sa shan molrongi [5], - расстроено проговорил мальчик. — Vohin tyi lass [6]?
— Я не понимаю, — покачала головой.
— Adriiain, — указал на себя, — Vohin tyi lass?
— Адриэйн? Тебя так зовут?
Кивок.
Вероника, — указав на себя, медленно проговорила свое имя.
— Feironika, — старательно повторил Адриэйн.
Мальчик нашел довольно острый на вид, продолговатый камень, разделил им рыбину на части и протянул мне половину. Посмотрела на него с недоумением, предлагает есть ее сырой? Поразмыслив немного, пришла к выводу, что ребенок, несомненно, прав. Рыба явно свежая, опасности с этой стороны не могло быть, а силы нужно восстановить. Откусить первый раз было сложнее всего, прожевать и проглотить тоже. Сырая рыба на вкус оказалась отвратительной, отдавала тиной и имела мерзкий привкус. Однако от нее не осталось ни кусочка. Появилась тошнота, и мерзкий вкус во рту никак не уходил, зато в голове прояснилось, туман стал рассеиваться. Как только я поняла, что могу идти, тут же двинулись в путь.
Взявшись за руки, побрели через лес, все дальше удаляясь от злополучной хижины. Вчера мы отошли не очень далеко, но сегодня двигались быстрее. В молчании, шаг за шагом мы шли, каждый думая о своем. Я обо всех странностях, случившихся в последнее время. Об изменившейся природе и даже погоде. Стало значительно теплее, осенняя пожухлая трава превратилась в весеннюю зеленую травку, листья на деревьях не опадали, а будто только наливались зеленью. Иногда Адриэйн тянул меня за руку и уводил немного левее или правее. Послушно и без вопросов следовала за ним. Я уже давно смирилась с тем, что мы заблудились. Если он знает или думает, что знает, куда идти, мне оставалось лишь довериться и надеяться на чудо. Пару раз нам попадались кустарники, усыпанные плодами. Мы собирали все, до чего могли дотянуться. И тут же съедали. О запасах на будущее не заботились, в настоящее время нас интересовало только сейчас. Не умереть от голода сейчас, пройти еще дальше сейчас, получить хоть какие-то силы сейчас. В таком монотонном движении прошел почти весь день. А под вечер случилось очередное странное событие.
Началось все с того, что я почувствовала нарастающую панику, ни с того, ни с сего. С накатившими ощущениями невозможно было справиться. Вдруг захотелось бежать, не разбирая дороги. Неважно куда. Главное, нужно мчаться и спасаться. В тот момент, когда я уже готова была сорваться с места, Адриэйн сильно сжал мне руку, пристально посмотрел в глаза и сказал спокойным ровным голосом:
— Feironika, sha! Dorin sat tiomar [7].
В полубезумном состоянии посмотрела на мальчика. Его уверенный твердый взгляд и мягкий успокаивающий голос заставили усомниться в правильности желания бежать, куда глаза глядят.
— Sss… [8], - приложив палец к губам, Адриэйн потянул меня к зарослям какого-то растения, мы легли прямо на землю и даже немного закопались в листья. У меня в голове по-прежнему стучала молотками мысль, что нужно бежать и как можно быстрее. Неважно куда, главное, прямо сейчас. Но присутствие мальчика странно успокаивало, и я ему отчего-то доверяла. Лежать на месте становилось все труднее. И тут я увидела, что на нас надвигается плотная стена черного дыма. Хотя нет, не дыма. Больше это явление напоминало туман, но такой плотный и непроглядный. Именно он внушал ужас. Туман будто шептал что-то, мое тело одеревенело от испытываемого непередаваемого совершенно иррационального страха. Сердце колотилось с удвоенной скоростью, разгоняя кровь по телу и лишь это, как мне кажется, не дало заледенеть рукам и ногам окончательно. Когда туман заполнил все вокруг, температура ощутимо понизилась и стало труднее дышать. Зажмурилась и стала проговаривать про себя слова детской песенки: "Нам не страшен серый волк, серый волк, серый волк…". Удалось слегка отвлечься. Мысли будто вязли в этом тумане, Адриэйн и вовсе застыл, словно статуя. Его замерший остекленевший взгляд вызывал нешуточные опасения. Потом вдруг, в какой-то момент он тоже попытался бежать, теперь уже я его не пустила. Не знаю, что это было за явление, опасно оно или нет. Стена тумана прошла вглубь леса и сразу стало легче дышать. Мальчик отмер через пару минут. Несмотря на повысившуюся температуру воздуха, руки его напоминали две ледышки. Он не сразу смог прийти в себя. Выждав немного, потянула его наверх.
До заката по моим ощущениям осталось не так много времени, нужно искать место для ночлега. За целый день мы так и не вышли к дороге или поселку. А что, если мы ходим кругами?
Вскоре на пути попалось старое дерево, толщина ствола которого была, наверное, три-четыре обхвата человека. Интересно, сколько же ему лет? Наверняка, несколько сотен. И еще интересный вопрос: "Что же это за дерево?" Длинные вытянутые листья светло- зеленого цвета, размером с мою ладонь, толстые ветви, уходящие высоко к небу, а по стволу плетутся странные белые наросты, похожие на грибы. Отведя взгляд от неизвестного дерева, подумала, что неплохо бы найти хоть какой-нибудь источник воды. С Адриэйном мы продолжали общаться знаками, но, в основном, конечно, молчали, думая каждый о своем.
Мальчик оживился и стал что-то искать в траве. Никак не могла понять, что же он ищет. Вскоре, с победным криком и размахивая какой-то палкой он подбежал ко мне, привалившейся к толстому стволу. Той самой палкой, недлинной, но крепкой на вид, а еще и острой с одного края мальчик полоснул по белому наросту, из которого потекла мутная жидкость. Адриэйн стал жадно ее пить. Я оторопело смотрела на него, не зная, что предпринять. Он с таким знанием дела добывал эту жидкость, что, наверное, уверен в ее безопасности. Березовый сок вот тоже пьют. Протянутой палкой полоснула по соседнему наросту и тоже решила попробовать. Мммм! Как вкусно! Не знаю, с чем сравнить. Даже близких аналогий не могу придумать. Жидкость имела насыщенный вкус, немного молочный, чуть фруктовый, очень сладкий. Это не вода, а самая настоящая еда! Потому что чувство голода уступило чувству насыщения, а вот пить захотелось еще сильнее.
Адриэйн, "наевшийся" быстрее меня, немного побродил вокруг, потом стал к чему-то прислушиваться. Он очень точно воспроизвел звук журчания, изобразил, что пьет и махнул рукой в сторону. Решила пойти проверить. Пить хотелось ужасно. И, действительно, метрах в двадцати обнаружила небольшой обмелевший ручей. Напилась, умылась, даже полила воды на голову. Мальчик тоже стал жадно пить. Потом сбросил тунику и зашел в ручей. Вода ему доходила до середины бедра, то есть глубина была около полуметра. Я решила не отходить далеко, опасаясь оставлять ребенка в воде одного.