Кольцо отравителя (ЛП)

— О.
— Он этого не делал. Да, я понимаю, мальчики в таком возрасте могут так поступать. Им любопытно, и они не задумываются о том, насколько это неуважительно. Но это не про моего брата, что только ухудшило ситуацию — он был в ужасе и чувствовал себя униженным. Отец настоял, чтобы он извинился, иначе его ждет наказание.
— И что он сделал? — спрашиваю я, вынимая новый мешочек.
  
— Он извинился за то, что случайно наткнулся на сцену, свидетелем которой ему быть не следовало.
Я откладываю папку.
— Значит, он случайно увидел Сару раздетой?
— Я не знаю, что именно он видел. Знаю только, что он избегал и Сару, и Эннис, пока скандал не утих, да и потом держался с ними крайне осторожно.
— С ними обеими. Не только с Сарой.
— Злилась-то Эннис. Сара говорила, что это ошибка, и пыталась замять дело, но Эннис не позволила.
Я обдумываю это, просматривая новую папку с документами. Закончив, спрашиваю:
— Насколько близки были Эннис и Сара?
— Очень близки, — отвечает Айла, пробегая глазами содержимое конверта. — Мама часто шутила, что у неё три дочери. Эннис встретила Сару в школе, и они стали лучшими подругами.
— И доктор Грей «случайно наткнулся на сцену, свидетелем которой ему быть не следовало». Это были его слова.
— Насколько я помню, именно так он и выразился.
Я открываю было рот, чтобы спросить еще, но тут же закрываю. Этот вопрос я задам Грею, и как можно скорее, потому что, если мои подозрения верны, это может иметь прямое отношение к делу.
Мы продолжаем изучать дела клиентов. Я составляю список имен и типов дел. А еще ищу любое упоминание Лесли.
— У мистера Уэйра определенно был широкий круг специализаций, — замечает Айла. — Я отложила бумаги нескольких клиентов из числа джентри, на случай, если они входят в окружение моего зятя. Мне придется составить список, так как я мало кого знаю из его круга.
— Лесли не общались с вашей частью семьи.
Её губы снова сжимаются.
— Моя сестра взобралась по социальной лестнице и предпочитает не вспоминать о самом подъеме.
— Как она подцепила Лесли?
— Под «подцепила» ты подразумеваешь «заманила в сети»?
— Нет, мне просто интересно, как они сошлись. Там были замешаны сети?
— Взаимные.
— Его титул в обмен на её приданое?
— Да, и хотя мне претит жалеть сестру, должна сказать: он получил более выгодную часть сделки. Будучи близоруким, он думал только о приданом и долгах, которые оно покроет, но на самом деле в финансовом плане его спасла сама Эннис. У всех нас, Греев, есть какой-то талант. Её талант — бизнес.
Я подтаскиваю еще несколько мешочков.
— Я слышала, она была в Лондоне по делам мужа, когда тот заболел. Я думала, он просто был занят чем-то другим?
Она фыркает.
— Занят охотой и бабами. Гордон не был дураком. Как только он понял, на что способна моя сестра, он пустил её таланты в ход. Она была его доверенным лицом больше десяти лет. Сначала он придумывал оправдания. Со временем перестал утруждаться. Она представляла его финансовые интересы, в то время как считалось, что решения принимает он.
— Чего он не делал.
— Мы что, живем в богадельне? Нет? Значит, не делал.
Я откладываю папки.
— Сара говорила, что Эннис наплевать на наследство и поместье. Что она была бы только рада от него избавиться. Это наводит на мысль, что вместо земли она рассчитывала получить деньги. Но Эннис, кажется, нисколько не волновало, что завещание могли изменить. Его уже кто-нибудь видел?
— Нет, и Эннис, похоже, совершенно не торопится. Хью говорит, что офицер, ведущий расследование, затребовал документ. Эннис это, судя по всему, тоже мало беспокоит.
У меня есть догадка — почему, но я подожду, пока сама не увижу текст.
— Так как они познакомились? — спрашиваю я. — Эннис и лорд Лесли?
— Через нашего отца. Лорд Лесли был его деловым партнером. Не помню, кто их представил, но лорд Если, вечно нуждавшийся в наличных, жаждал спекуляций, а у моего отца в этом был особый дар. Он помог Гордону подзаработать на похоронных обществах… а потом Гордон заприметил источник капитала покрупнее.
— Приданое Эннис.
— Это был брак, заключенный в… ну, в одном местечке.
Я хмыкаю.
— В весьма жарком местечке. — Я замираю со страницами в руках. — Погодите.
— Похоронные общества, — выпаливает Айла прежде, чем я успеваю открыть рот. — Разве одна из наших жертв не была могильщиком?
Я уже у стола, роюсь в стопках.
— Янг был могильщиком, что само по себе может ничего и не значить — один могильщик и один инвестор похоронных касс, — но вот это уже интереснее.
Я протягиваю ей четыре клиентских дела. Во всех Уэйр представляет интересы лиц, связанных с ритуальным бизнесом: один владеет кладбищем, другой инвестирует в кладбища, двое управляют похоронными обществами.
— Сначала это не показалось мне важным, — говорю я. — Как вы и сказали, у Уэйра были самые разные клиенты. Но я не нашла ни одной другой сферы бизнеса, где бы у него было сразу четыре клиента.
— А у меня еще два, — добавляет она. — Мистер Уэйр помогал им в различных вопросах похоронного дела.
— Лорд Лесли всё еще вкладывал в это деньги? — спрашиваю я.
— Да. Это одна из причин, почему Эннис так идеально подходит для ведения его дел. Она может воротить нос от нашего семейного ремесла, но в детстве она знала о нем больше, чем все мы вместе взятые. — Она делает паузу. — Думаю, когда-то она даже надеялась его унаследовать.
— Черт.
Айла вытягивает еще две папки из своей стопки.
— Мэллори, мне не нравится моя сестра. Это, должно быть, очевидно. Я люблю её, но она мне не нравится, если ты понимаешь, о чем я.
— Понимаю.
— Мне не нравится, как она обошлась с Сарой и нашей матерью, и я никогда не прощу ей того, как она поступила с Дунканом. Она не всегда была к нему такой, и от этого только хуже.
Она просматривает страницы и продолжает:
— Когда Дункан пришел жить к нам, Эннис была от него в восторге. Он был таким серьезным и таким сообразительным. Другим девочкам подавай агукающих младенцев, чтобы в них играть. Эннис была не такой. Она жаждала иметь младшего брата или сестру, чтобы учить их. Нам с Лакланом от неё и так хватало наставлений, но тут появился Дункан, который только и мечтал, что учиться. Он обожал её.
— Что же произошло?
Айла подходит к шкафу и дергает ящик.
— Она выросла. У неё появились амбиции, и она поняла, что Дункан стоит у них на пути. Я никогда не прощу ей того, что она от него отреклась, но если попытаться найти для неё хоть йоту сочувствия, я признаю: в то время, когда она отвернулась от него, она сама пережила разочарование, которое… — Она втягивает воздух. — Сделало её жесткой. И холодной.
— Она узнала, что ваш отец оставляет дело Лаклану. Несмотря на то, что Лаклана оно совсем не интересовало. Эннис была старшей, и, будучи шотландкой, она вполне могла наследовать.
— Да. Не буду утомлять тебя подробностями этой драмы, но драма была знатная. Эннис уехала с Сарой на два года, а когда вернулась, то уже нацелилась на богатого мужа и решила, что все мы мешаем этой цели. Особенно Дункан. Это непростительно. Наказывай отца, если хочешь. Но не нас, и уж точно не Дункана.
— Сейчас ей еще хуже от того, что доктор Грей унаследовал дело, которое она так хотела?
— Мне нужно пообщаться с Эннис подольше, чтобы ответить на этот вопрос.
Я перелистываю еще несколько дел.
— А доктор Грей знает, что Эннис хотела получить этот бизнес?
— Он знает, что изначально она этого хотела. Когда отец умер, Лаклан пытался отдать дело ей по настоянию матери, и потому что Эннис этого хотела, и потому что Дункан, как и Лаклан, к этому не стремился. Но Эннис и слушать об этом не желала. Управлять похоронным бюро? С какой стати ей это нужно? — Айла достает новые конверты с документами. — Я уверена, что лорд Лесли всё еще участвует в таких делах, по крайней мере как вкладчик, и это выглядит как вероятная зацепка.