Измена. Не прощай меня (СИ)

Отворачиваюсь к окну, бормоча под нос тихие ругательства, кладу голову на стекло и закрываю глаза. Мне становится хуже, тошнит.
Когда мы приезжаем, Батыр снова поднимает меня на руки и вносит в широкий холл. Идет уверенно, словно его ждут тут.
И нас правда встречает мужчина.
— Батыр Рашидович, рад приветствовать вас в нашей клинике. Прошу за мной, все организуем в лучшем виде.
  
Батыр несет меня на руках по коридору. Персонал оглядывается на нас, женщины бросают заинтересованные взгляды.
«Девчата, становитесь в очередь!» — хочется заорать им, но сил нет даже на яд.
В конце концов Батыр заносит меня в светлый кабинет, сажает на кушетку. Тут уже ждет гинеколог — женщина лет сорока.
— Добрый день, уважаемые мужчины. А теперь я попрошу вас выйти в коридор, мне необходимо осмотреть пациентку.
— Да-да, конечно! — главврач заговаривает зубы Батыру, и тот смотрит на меня еще раз.
Киваю ему: мол, давай, выходи. Я не отвечу ни на один вопрос в твоем присутствии.
Стоит, баран.
— Я ничего не скажу при тебе. Выйди. Все, что врач посчитает нужным - скажет.
Батыра бесят мои слова, вижу. Задевает, но он молчит, не начинает прилюдный скандал. Он уходит, а врач начинает опрос. Ни о каком осмотре речи и быть не может. Мне дико плохо, да и смотреть особо нечего. Я девственница.
— Вот так, моя хорошая, приляг пока, а я позову медсестру, чтобы тебе поставили укол обезболивающего. В следующий раз не терпи, если только чувствуешь, что болит — сразу пей таблетку. А то знаешь, так себя и до потери сознания довести можно.
Кладу голову на жесткую подушку, которая отдает клеенкой и снова подтягиваю колени к груди.
Распахивается дверь, и входит муж.
— Ну что?
— Жива, как видишь. Только осмотра никакого не было, сам понимаешь.
Батыр будто не знает, куда себя деть. Садится на кресло для посетителей, смотрит на меня тяжело. А я не хочу говорить. Не хочу думать о собственном будущем, поэтому закрываю глаза и жду, когда придет моя спасительница.
Пока мне делают укол, доктор заверяет, что ничего критичного не случилось. Такое бывает у женщин, чего уж тут. Возможно, все изменится после родов.
При этих словах лицо Батыра становится более злым и отрешенным.
Так. У нас какая-то проблемка с этим?
Укол помогает, и я поднимаюсь уже без помощи Батыра. До гостиницы добираемся быстро, молча. В отеле прямиком иду в душ, привожу себя в порядок, очень надеясь, что, когда выйду, моего мужа в номере не будет.
Но куда там.
Он сидит за своим рабочим местом, перед ноутбуком. Хмурится, что-то печатает.
Тихо прохожу и забираюсь в кровать, накрываюсь одеялом.
— Я заказал ужин, должны принести с минуты на минуту.
— Спасибо, — я правда голодна. — А ты будешь сидеть тут?
— Где мне быть, по-твоему? — интересуется, по-прежнему не глядя на меня.
— Ну… не знаю, — отряхиваю невидимые соринки с одеяла. — У любовницы, наверное, где же еще? Сколько их у тебя, кстати? Знаешь, мне нужно понимать, к чему быть готовой. Может, сразу занести их имена в список контактов? Я так понимаю, они будут периодически писать мне.
Я слышу, как скрипят его зубы. Тяжелый вдох.
А мне резко становится плевать на все.
  
Глава 5
 
Тая
Я чувствую себя мебелью.
Батыр практически не разговаривает со мной. Вот уже два дня как я предоставлена сама себе. Ему просто нет дела до меня. Он уходит рано утром, приходит поздно ночью, когда я сплю.
Мы женаты три дня, а у меня даже нет номера телефона моего мужа.
Сегодня в лобби будет фортепианный концерт классической музыки.
Я решаю, что раз мой муж может позволить себе вольную жизнь, то почему бы и мне не расслабиться?
Начинаю сборы едва ли не после обеда, потому что все равно слоняюсь без дела. Долго отмокаю в ванной комнате, потом скрабирую тело, делаю маски. Тщательно подготавливаю кожу, наношу легкий макияж. Волосы распускаю волной.
Вместо платья надеваю широкие брюки, топ. Сверху объемный пиджак.
В назначенный час беру сумочку и открываю дверь. В коридоре на кресле сидит мужчина. Увидев меня, он поднимается, наклоняет голову.
— Таисия Маратовна, добрый вечер. Я к вашим услугам.
— Вы кто? — поднимаю брови.
— Я Ахмад, ваш охранник, водитель. Как вам будет угодно.
— Мой… муж поставил вас?
— Да, — снова кланяется. — Батыр Рашидович приказал быть рядом с вами на случай, если вам понадобится куда-то поехать. Я к вашим услугам.
Класс.
А меня муж, очевидно, даже не собирался ставить в известность?
— Ахмад, я не собираюсь покидать территорию отеля, так что, полагаю, ваши услуги сегодня мне не понадобятся.
— Но вы же собрались куда-то, — мужчина теряется.
— Я спущусь в лобби.
— Господину это не понравится, — качает головой.
— Господина тут нет! Ему плевать, — веду себя как сука, знаю, и мне искренне жаль. — Так что, Ахмад, можете ехать домой.
Ухожу по длинному коридору, но мужчина не отстает. Спускаемся на лифте вместе. Я прохожу в лобби, он следом.
Сажусь за столик, заказываю себе чай. Народ потихоньку собирается. Ахмад стоит за колонной и с кем-то разговаривает по телефону.
С кем-то — это, конечно, с Батыром.
Я делаю вид, что мне плевать, и всячески пытаюсь себя в этом убедить. Начинается концерт, я расслабляюсь. Пью чай, смотрю на то, как прекрасная девушка умело исполняет Моцарта.
Хороший вечер.
Впервые за последние дни я перестаю чувствовать себя униженной и оскорбленной. Никому не нужной. Я среди людей. Хоть в каком-то обществе.
— Превосходное исполнение, не находите? — молодой человек подходит сбоку и лучезарно улыбается.
— Да, согласна с вами, — говорю вежливо.
— Не против, если я присяду?
— Здесь места не именные, так что можете садиться куда угодно.
Стараюсь вести себя вежливо и никак не скомпрометировать себя. На мужчину не смотрю, хотя взгляд к нему так и тянется. Он симпатичный. Светлые волосы, загорелая кожа. Неместный, как мне кажется.
— Я думаю, что вы играете на фортепиано, — заигрывает со мной.
— Только если довольно неумело. Как вы поняли?
— Вы смотрите на пальцы, будто оцениваете технику исполнения.
Хочется закатить глаза. Любой нормальный человек будет смотреть на руки музыканта. И вообще неважно, умеет этот человек играть на музыкальном инструменте или нет.
Не продолжаю разговор, упорно делаю вид, что мне очень интересно смотреть на фортепиано.
— Дорогая. Спасибо, что подождала меня. Нам пора.
Дергаюсь от голоса, который гремит надо мной. Парень, сидящий рядом, тоже подбирается.
— Я никуда не тороплюсь и прекрасно провожу время, дорогой, — я знаю, что с Батыром так нельзя.
Надо мягче, умнее. Лаской там, женской хитростью. Но не могу ничего с собой поделать, просто ковыряю рану. Батыр обхватывает меня за предплечье.
— Попрощайся со своим знакомым, — говорит обманчиво-мягко.
— Мы не знакомы, — оборачиваюсь, чтобы посмотреть на парня, но того и след простыл.
Батыр уводит меня. В лифте едем молча, но я чувствую приближение беды. Сейчас будет скандал, факт.
Охрана моего мужа остается в коридоре, а меня уже привычно заталкивают внутрь.
— Ты меня вывести из себя хочешь? — глаза Умарова наливаются кровью.
— Отчего же? — спокойно прохожу по номеру и останавливаюсь возле зеркала, поправляю помаду на губах. — Мне просто стало скучно. Должна же я чем-то заниматься, пока ты занимаешься другими бабами?
И пусть не врет мне. Ни за что не поверю, что эти дни он задерживался на работе.
— Ты, сучка маленькая, кем себя возомнила? Думаешь, будешь манипулировать мной? — надвигается на меня.
  
— Я возомнила себя твоей женой, Батыр, — говорю отрешенно, и это его останавливает. — Тебя нет ни днем, ни ночью. Я сижу тут как неприкаянная, как пудель, которого забыли дома. Я ничего не знаю о тебе. У меня даже номера телефона твоего нет. Но и это не главное.