Под лазурным небом
— Отлично!
Джейн уловила в голосе Ника неподдельную радость.
— Но… у меня очень короткий ланч.
— Ничего, это как раз недалеко от «Рейнбоу». Во сколько можно заехать?
— В час. Наверное, в час. Если что — я позвоню.
— Хорошо.
Пауза.
— Вы извините, мне надо детей укладывать… — почти прошептала Джейн.
— Ой, да, конечно! Спокойной ночи и до завтра!
— До завтра. — Джейн поспешно нажала отбой.
Что-то не сходилось. Что-то никак не сходилось. Как будто ее мозг пытался собрать воедино кусочки разных головоломок, упорствовал в этом — но ничего не получалось. Что и понятно.
А, вот оно. Она залилась горячей, удушливой краской. Если Ник позвонил ей сейчас и пригласил пообщаться за ланчем, значит… Значит, Британи сейчас не с ним.
Она может быть где угодно: в кино, у подруги, на званом вечере — и все-таки рядом с Ником Андерсом ее нет! И это слабое, хрупкое, очень кратковременное, но все-таки утешение!
— Ты чего такая красная? — совершенно неделикатно поинтересовалась Тесса. — И кто тебе звонил?
— Много будешь знать — скоро состаришься. — Джейн нервно рассмеялась. — Давай натягивай одеяло на нос, маленькая волшебница, и слушай сказку дальше…
Давно у Джейн не было таких счастливых вечеров. Зато потом… Потом опять была бессонница. Ну да ладно. От бессонницы еще никто не умирал. Впрочем, и эта была не похожа на все предыдущие: предыдущие были тревожно-холодными, а эта — эта обжигала сухим жаром, и пусть Джейн так же, как и в предыдущие ночи, подрагивала под тонким одеялом, на этот раз дрожь ее происходила от совсем иных чувств и мыслей.
В разговоре с Ником она оставила себе ма-а-аленькую лазеечку: «Если что, я позвоню». То есть теоретически она может набрать его номер и сказать что-нибудь вроде: «Простите, на работе аврал, сегодня не смогу, завтра тоже вряд ли». И это было плохо, потому что ей очень хотелось позорно сбежать. Точнее сбежать от позора. А как иначе назвать то, что ей предстоит завтра? Она наверняка споткнется на ровном месте, едва увидит Ника, будет застывать, как марионетка, про которую забыл кукловод, на несколько секунд подряд, отвечать невпопад, краснеть как помидор…
Стоп. Не бывает безвыходных ситуаций. Да, она прекрасно знает, как все это будет — будет, если она не постарается это изменить. Предупрежден — значит, вооружен. Разве не так?
Во-первых, она знает, зачем туда идет. Ладно, согласилась она из слабости. Но ведь можно извлечь из сложившейся ситуации пользу, и еще какую! Он хочет с ней поговорить — о Британи, и это просто здорово! Она будет с ним говорить о Британи. Она выложит все, что ей известно — естественно, хорошего! О ее достоинствах, ее особенностях (милых), ее привычках (трогательных и забавных), ее предпочтениях (в музыке, литературе, кино, кулинарии, цветах и тому подобное). Она пойдет обедать с Ником Андерсом — но не как влюбленная по уши серая мышь, а как обаятельная, милая, любящая сестра, которая заботится о счастье своего самого близкого человека. Эту роль ей вполне под силу сыграть. Тем более что это и не роль даже, а часть ее жизни.
— Джейн, соня, у тебя совесть есть? — спросила Британи. Ее голова в данный момент находилась в комнате, а все остальное — где-то еще. А, за дверью.
Джейн протерла глаза и попыталась навести порядок в восприятии.
— Я уж думала, что ты ускакала на тайное свидание и забыла вернуться. Три раза тебя звала! Я там с завтраком зашиваюсь, помоги, а?
— Да, сейчас…
Джейн поспешно выкарабкалась из постели, набросила пеньюар и заскочила в ванную ополоснуть лицо. О душе речь не шла, судя по настроению Брит. Ладно, как-нибудь…
Из зеркала на нее взглянула очень серьезная и неприлично заспанная девушка-фейри. Джейн выдохнула с облегчением. Уже которое утро подряд ее терзал страх, что ее метаморфозы потеряли силу. Но нет! Надья все сделала как надо.
На самом деле Британи не зашивалась с завтраком. Она порхала по кухне, что-то мурлыкала себе под нос, ласково запихивала в Эрни яблочное пюре и успевала между делом печь овсяные оладьи.
— А что помочь? — спросила Джейн. Она чувствовала себя несколько рассеянной, потому что вспомнила про предстоящее событие, и хотела получить четкие инструкции, чтобы потом не получить по шее.
— Собери Тессе завтрак в постель. У нее небольшая лихорадка, поэтому что-нибудь легкое, питательное и вкусное: бульон разогрей, свари яйца, тосты готовы, а еще есть шоколадный крем в холодильнике.
— Я тоже хочу крем! — оживился Эрни. — Не яблоки! Крем! Крем!
Похоже, ему очень нравилось это слово.
— Съешь яблоки — получишь крем, — пообещала Британи. — А ты чего такая загадочная сегодня?
— Да ничего… — Джейн как можно натуральнее пожала плечами. — Так, не выспалась, наверное…
И тут ее взяла за горло совесть. Что же это получается — она идет на… ланч, не на свидание, с будущим парнем Британи втайне от нее. Но если она скажет Британи — вдруг все сорвется? Вообще, не только ланч, но и их… Наверняка Британи обидится на него за то, что он пригласил Джейн, и все закончится, так и не успев начаться.
Вот и попробуй тут найти тот самый выход, который есть всегда…
Джейн собрала волю в кулак. Совесть, отвали. Она делает все только ради счастья сестры. Поэтому подрубать на корню ничего не станет. Она пойдет обедать с Ником, устроит Британи суперрекламу, а потом они еще вместе посмеются над этим… На свадьбе Ника и Британи.
Она стиснула зубы и не позволила себе расстроиться от этого образа.
Может, ты просто дура, Джейн? Или у тебя внезапно открылся писательский дар, в смысле — неуемное воображение и склонность сводить сюжет к известному тебе финалу?
Внутренний голос был жесток, как всегда. Обычно, когда он просыпался, Джейн сжималась в комочек и старалась заглушить его то какой-нибудь песенкой, то размышлениями о чем-нибудь материальном. Голос сдавался и умолкал. Слава богу, он подавал… себя, в общем, подавал не очень часто, не то от самооценки Джейн вообще ничего не осталось бы.
— «Все что тебе нужно — это просто любовь», — замурлыкала она на известный мотивчик «Битлов».
О нет, что-то не то она поет…
— Полностью согласна, дорогая моя, — провозгласила Британи. Выяснилось, что Джейн запела вслух. — И тебе, и мне…
Джейн покраснела и пожалела, что нельзя завеситься волосами, как раньше.
— У меня несколько встреч, после обеда буду дома и перехвачу детей у миссис Тизл, но вечером я опять исчезаю. Ты не против?
Миссис Тизл была странной няней. В том плане, что она, случалось, диктовала условия. Например — не приглашать ее после восьми. У нее-де режим.
— Нет, конечно.
— Отлично. Эй, у тебя бульон выкипает!
Ну вот. Все-таки рассеянность — жуткая штука.
Это было мучительно. Начиная с двенадцати, Джейн поглядывала на часы каждые две минуты. Наконец Ванесса не выдержала:
— Да что с тобой такое? Можно подумать, ты ожидаешь аудиенции у английской королевы!
Джейн нервно рассмеялась.
— Или это принц Чарльз должен пожаловать с минуты на минуту?
— Если б это был принц Чарльз, — Джейн усмехнулась, — я бы и бровью не повела. Ты же видела его на фотках и по телевизору. Сама понимаешь, это не тот мужчина, ради которого…
— Тебе повезло, что мы живем в Америке, а то пришлось бы отвечать перед судом за нелояльность к правящей династии.
— А ты бы меня сдала?
— Непременно!
— Эх ты… — Джейн рассчитывала, что пустая болтовня отвлечет Ванессу от изначального вопроса.
— Так кого ждем?
Не тут-то было.
— Должен зайти знакомый Британи…
— Тот самый красавчик? — Глаза Ванессы восторженно вспыхнули.
— Ну можно и так сказать.
— Здорово! Ладно, тогда я не пойду обедать, пока он не придет!
— А ты и так не пойдешь, потому что он придет — и пойду обедать я. С ним. Вопросы есть?
Ванесса обиделась на такую жесткую тираду и поджала губки.
— Вот и хорошо, — закончила Джейн.