Секс - не повод для знакомства (СИ)
- Где-то окно открыто. Чувствуете, сквозняком потянуло? А вы в дверях стоите. Переживаю, чтобы не продуло! У меня папе буквально несколько дней назад шею просквозило. Такая боль, что пришлось специальный фиксирующий бандаж накладывать. А в вашем случае, даже не знаю, что скажут делать. Наверное, будете ходить и рукой всё время поддерживать!
Глава 3
- А ты откуда, такая умная и заботливая здесь взялась? Из бара? – поинтересовался незнакомец.
Я тоже решила не выкать. Всё говорит о том, что культурного и высокоинтеллектуального разговора у нас не получится.
- Ты тоже, я так понимаю, оттуда. Запудрил голову девочке-официантке, - попробовала забросить пробный крючок.
- Нет. Я хозяина этого заведения временно подменяю. Он с семьёй отдыхать за границу улетел. Попросил за бизнесом присмотреть. А ты решила воспользоваться туалетом, который относится к кабинету владельца, - охотно пояснил мужчина.
У меня от сердца немного отлегло. Приезжий! Ненадолго. Как приехал, так и уедет. Даже следа не останется. В будущем мы точно нигде не встретимся. Тоже, наверное, какой-нибудь столичный бизнесмен. Привык, что к его ногам, вернее, на его член все падают. Или правильно говорить – насаживаются? Ладно, не суть.
Но, так как он знаком с отцом нашего воспитанника, всей правды ему лучше не говорить. Подумал, что из бара, значит, из бара.
- Да. Уже домой собиралась, - наконец ответила на заданный вопрос. – Извините ещё раз, что всё так получилось. Но мне, правда, сильно приспичило. Я понятия не имела, что рядом кабинет. Конечно, если бы знала, что недалеко кто-то есть спросила бы разрешения. Мне уже идти пора. Такси заждалось.
Про такси приврала, для большей надёжности.
- Такси? – зацепился он. – Ты в баре одна была? Без мужчины?
- Зачем мне там мужчина? Я уже давно совершеннолетняя. По счёту всё оплатила, если ты по этому поводу переживаешь, - про себя понадеялась, что проверять он не станет.
- Как раз потому что совершеннолетняя мужчина и нужен, - медленно протянул он. – А, если давно совершеннолетняя, значит вдвойне нужен.
- Мне и одной хорошо. Дай, пожалуйста, встать. Попа уже затекла.
- Я тебя не держу.
- Мне нагнуться нужно, чтобы трусики надеть, а ты мешаешь, - снова посмотрела на гордо направленный прямо мне в лицо член. – Если штаны не застёгиваешь, тоже писать хочешь? Я тебе заодно и место освобожу. А ты стоя или сидя писаешь? Если сидя, смело садись – крышка тёплая.
Он тихо чертыхнулся и вышел из кабинки. А я оторвала бумажку, чтобы вытереть между ног. И почему там так мокро? Всё, что требуется, аккуратно выбрито. Я два раза пописала, но лишней влаге просто не на чем задержаться.
Достала бумажку, чтобы на всякий случай взглянуть и мгновенно зажмурила глаза, так как по ним неприятно резанул яркий свет. Непонятно из каких побуждений незнакомец включил освещение в кабинке.
- Да ты течёшь, детка, - послышался его значительно охрипший голос.
Сразу захотелось возмутиться дурацкому обращению. Я ему, что, девочка на сельской дискотеке, которую он, первый парень на деревне, зажал в тёмном углу?
«Хуже, ты для него доступная и готовая к приключениям женщина из бара», - подсказал мне избавившийся от пузырьков шампанского разум. А ещё меня никогда не называли «деткой». Это безликое и массовое обращение добросовестно обошло меня стороной. В школе я тянула золотую медаль, в институте тоже занималась тем, чем там и положено заниматься – учёбой. Ни у кого из окружавших меня парней не повернулся язык сказать вот это вот «детка».
«Нет, меня никто так не называл потому, что у всех окружающих меня молодых людей был достаточно богатый словарный запас. Вот и обходили все стороной это уличное выражение», - возразила я собственному разуму. А этот…член общества… банально бросил мне одну из своих привычных фразочек, как раз и рассчитанных на молоденьких девочек-официанток и ищущих одноразовых отношений подвыпивших женщин. Заезжему ловеласу я, по понятным причинам, кажусь одной из них.
«Ты была серой и пресной, поэтому тебя так не называли. И больше не назовут. По статусу не положено», - продолжал ехидничать разум. – «Ещё лет пяток и тёткой за глаза величать станут».
Пока я вела сама с собой познавательную беседу, глаза уставились на бумажку, которую я всё ещё держала перед собой. На ней отчётливо виднелись следы густой прозрачной смазки. Её на самом деле оказалось так много, что я даже пальцы испачкала. Поспешно бросив бумажку в мусорницу и решив оставить пошлую фразу без комментариев, наклонилась, натягивая трусики. Дотащила их чуть выше колен. Теперь нужно встать, чтобы натянуть на попу.
Но, сделать это оказалось не так просто, как мне казалось. Та часть шампанского, которая ещё оставалась во мне, под действием моего всегда трезвого разума, неподъёмной тяжестью осела в ногах. Резко подорвавшись с унитаза, едва не рухнула рядом с ним на четвереньки, не в силах устоять на ватных ногах. Благо мой сосед по помещению, всё же отправивший свой детородный орган под прикрытие штанов, вовремя обхватил меня за плечи, помогая удержаться в вертикальном положении.
- Пьяная текущая детка, - донеслась до меня очередная высокоинтеллектуальная фраза. – Тебя возбудило подсмотренное представление или конкретно мой член?
- Девушка была очень хороша, - всё же не смолчала. – И я не напилась. Сказала же, ноги затекли.
Навалившись на него всем телом, кое-как натянула трусики на пятую точку и опустила задранное платье. Но на первый этаж и до парковки, куда подъедет такси, я вряд ли дойду. Как минимум, нужно снять туфли. Опираясь одной рукой на героически держащего меня мужчину, стала наклоняться, чтобы стянуть с ног лодочки.
- Э.. э.. ты куда собралась? Если не терпится сделать мне минет, давай всё же от унитаза отойдём, - проявил заботу мой незнакомый кавалер.
- Сейчас я сниму туфли, возьму сумочку и пойду к такси, а тебе советую отправиться на поиски Поли, - расписала я наши совместные планы на ближайшие десять минут. Сбросив туфли, опёрлась свободной рукой о стену санузла, переминаясь с ноги на ногу. Вроде, стоять могу.
- Обратно писать хочешь? – по-своему истолковал мои попытки стоять самостоятельно любвеобильный красавец.
- Нет. Проверяю, как держусь на ногах, - не стала я ничего придумывать. – А можно мои туфли, например, где-нибудь у охраны на посту оставить? Я завтра их заберу.
- Можно. За дополнительную плату, - быстро согласился временный хозяин увеселительного заведения. – Ты мне, кстати, порядком задолжала. Плата за туалет, бесплатных ведь теперь в городе нет, стоимость суток охраны твоей обуви и, самая дорогая часть за сорванный минет. А мне всё ещё хочется.
- Он у тебя был бесплатным, - возмутилась я.
- Вот и я о том же. А теперь мне придётся, как минимум, коктейль в баре кому-то купить.
- Уже всё закрылось, - прислушалась я к наступившей тишине.
Мужчина тоже посмотрел в сторону двери.
- И Поля тоже ушла, некого догонять, - пожаловался мне. – Придётся воспользоваться тобой.
- Я тебе что, кусок туалетной бумаги? – на этот раз вполне даже серьёзно обиделась я. Откинула голову с красиво завитыми тёмными локонами и глянула на охамевшего представителя сильной половины человечества своими сверкающими от праведного гнева накрашенными зелёными глазами.
- Не, ты очень мокрая горячая дырочка, - исправился мужчина. Его рука забралась через боковой разрез платья мне между ног и стала гладить упомянутое место прямо через трусики. Совершенно мокрые трусики. Гладить очень умело, мгновенно распаляя никуда не пропавшее сексуальное желание. Вместо того, чтобы возмущённо закричать, я приглашающе застонала, когда мужские пальцы надавили на эту самую дырочку. Представила, как вместо них он давит своим членом. Таким знакомым мне членом. Ахнула и буквально затряслась в его руках от представленной картины.
В голове, обгоняя друг друга, завертелись совсем непривычные для меня мысли. А почему и нет? Всего одна ночь, даже не ночь, а пару часов. Мы больше никогда не встретимся. Мне не восемнадцать, а двадцать восемь, и я ещё никого так сильно не хотела. Не факт, что, если ещё раз, лет через десять, также захочу ещё кого-нибудь, то в ответ захотят меня. А этот красавчик хочет. Не меня, а дырочку. Но, мою дырочку. Будет трогать моё тело, держать своими руками, касаться губами и языком… О, да!