Нас не простят (СИ)

— Это будет неважно, только дай согласие.
— Да не могу я так сразу! Сумасшедший…
— Я тебе нравлюсь, Камилла? — спросил в лоб Карим, приближаясь всё теснее и теснее, заставляя мои щёки гореть, а сердце — бешено биться в груди. — Ты мне очень нравишься. С тех пор как увидел тебя, я больше не могу ни о ком думать. Ты… вызвала такой пожар в груди. Ты мне снишься, Камилла. Одно твоё слово — и я заставлю всех смириться с тем, что ты моя. Скажи мне «да»…
  
— Я не…
Слова застыли на губах, когда Карим осмелился прикоснуться ко мне. Его руки легли на мою талию, а губы скользнули по шее.
Но я не успела среагировать, через секунду Карим оказался в нескольких метрах от меня — Дамир его швырнул почти о стенку.
Я вжалась спиной и пальцами в стену, едва дыша. На мужчину было страшно смотреть — мышцы как камень, напряжена каждая. Губы плотно сжаты, кулаки тоже, а желваки так и ходили туда-сюда. Кажется, что ещё секунда — и он убьёт собственного брата.
Ужас разлился по всему моему телу, отравляя его, обездвиживая. Даже сказать ничего у меня бы не вышло.
— Как ты посмел… — рычал он, а Карим враждебно смотрел на него, но не нападал. — В моём доме!
— Ты не оставил мне выбора! Я же просил дать нам возможность…
— Вон отсюда.
Дамир сказал это так тихо, что стало ещё страшнее. И я, и Карим ощущали кожей ту опасность, что исходила волнами от Дамира.
— Что? — переспросил Карим.
— Я сказал — вон, — повторил тем же тоном Дамир. — Ты больше не войдёшь в мой дом.
Карим задрал вверх подбородок. Мужчина явно оскорбился.
— Ну ладно, — хмыкнул он. — Ты сам это сказал.
Дамир не ответил, продолжая стрелять молниями и загораживая меня собой.
Как только Карим вышел и закрыл дверь, его брат обернулся на меня, и я едва не потеряла сознание от ещё большего страха — он смотрел на меня словно дикий зверь!
— Всё из-за тебя, дрянь! — почти прорычал он и двинулся ко мне.
Шаг, ещё шаг…
Моё сердце отбивало такую дробь, что я слышала только её. Металась у стены, не зная, как себя спасти от него, пока мужчина не настиг меня у стены и заблокировал мне выход своими руками.
— Как ты посмела? — говорил он. — А если бы я не пошёл за вами, ты бы с ним тут ещё и переспала? У меня под носом?
Дамир выругался, и я зажмурилась. Я не поняла, в мою ли сторону это было сказано или просто в воздух, но такие слова даже вслух не говорят… А потом вздрогнула. Глаз не открывала — я просто боялась. Ощутила, что он совсем близко, — я уже узнаю этот запах парфюма, и чувствовала жар мужского тела.
— Я был прав, — услышала я возле уха, и моё тело мелко задрожало, как от озноба. — Ты просто дрянь.
Дальнейшее совсем выбило воздух из лёгких — мой подбородок Дамир задрал вверх. Его пальцы впивались в кожу, а потом коснулись и губ.
Я не смела открыть глаз и прерывисто дышала, пытаясь понять, что мне делать и как справиться с обрушившимися на мою голову ощущениями… Моих губ не касались мужчины. ТАК не касались. Он водил по контуру большим пальцем, а потом вдруг с силой надавил, смяв мои губы и заставив меня разомкнуть их…
  
Глава 7
 
Дамир
Она так и не открывала глаз. Покорная, слабая. Женственная.
Я не знал, что она может быть такой, и это, чёрт возьми, заводило ещё больше, чем её дерзость. Заводило так, что мутился рассудок, а она прекрасно мое возбуждение ощущала своим бедром, и дрожала от этого ещё больше.
Губы как шёлк. Приятно касаться, по рукам у самого бегала дрожь от соприкосновений с ними. Не только одну её здесь трясло. Меня — тоже.
Надавил на её губы сильнее, вынуждая приоткрыть их.
Мне до смерти хотелось ощутить жар и влагу её тела.
Палец провалился и оказался на её языке, которым она невольно пошевелила, задев подушечку, и вызвала мой рваный резкий вдох.
Камилла тихо простонала тоже, то ли от страха, что я налетел на неё коршуном, то ли от остроты захвативших нас эмоций.
Момент был настолько интимный, откровенный, запретный и дико порочный, что я еле держал себя в руках, чтобы не уложить её прямо здесь, невзирая ни на что.
Не ожидала, маленькая.
Я тоже не ожидал…
Но теперь мы стоим у стены, я прижимаю её своим телом к ней, Камилла ощущает мою эрекцию и возится подо мной, случайно снова касаясь моего пальца у неё во рту кончиком своего острого дерзкого языка.
Башню на хрен оторвало при виде того, как он целует её.
Я не имел на неё никаких прав. Но ему она не достанется. Я просто не смогу видеть, как она всю жизнь принадлежит ему.
Я же не могу её взять. Я должен думать совсем не о младшей сестре жены, но именно её я хочу взять хотя бы так.
Какой-то бред…
Я сжал пальцами другой руки её бедро.
Кайф. По венам стучит пульс, и адреналин долбит в виски.
— М-м!
Камилла дёрнула головой, словно сбегая от моей руки на своём лице, а я приложил немало сил, чтобы нажать на тормоза. Нельзя так далеко заходить. Я погублю и её, и себя.
Девушка надавила руками на мою грудь.
— Вы сошли с ума… — тихо сказала она.
Голубые глаза с таким страхом смотрели на меня, что я невольно ощутил себя каким-то отморозком, и заставил себя отступить.
— Отпустите. Я не… не хочу.
Поджал губы. А с Каримом, значит, хотела? Отличное выходит кино…
Но я отпустил её, увеличив между нами расстояние сантиметров на сорок.
Она выдохнула, но с места так и боялась двинуться, потому что видела, что я пока ее не готов отпустить и словно зверь ловлю каждое ее движение. И если нужно — последую за ней.
— Чего не надо? — холодно спросил я, уже постепенно возвращая контроль над собой. — С Каримом до этого нормально было сосаться в моём, между прочим, доме, а теперь — не надо?
— Я ни с кем не… Не делала этого. Он сам, — лепетала она, уже не столь уверенная в своих силах, но всё ещё не склонившая головы.
— Сам?
— Да! Я не знала, что он хочет делать! И…
— Меня не волнует ваша мышиная возня здесь, — оборвал я её, не спуская с неё глаз. — В моём доме ничего подобного быть не должно, ясно?
— Ясно, — немного осмелела она и вскинула подбородок. Взгляд снова стал дерзким.
— А мне кажется, ты не до конца усвоила, — снова я сделал шаг вперёд. Навис над ней и опять ощутил ее тонкие пальцы на своей груди в попытках не дать преодолеть снова эти считаные сантиметры между нами. — Ты живешь в моем доме, и тебе придётся делать то, что я тебе скажу. Уяснила, Камилла?
— И что вы хотите? — спросила она, опять растеряв свою спесь и став той трепетной девчонкой, что я держал в своих руках минуту назад. Трепетная красивая лань. Которую так и хочется догнать, загнать в угол, ощутить власть над ней и съесть — в переносном смысле.
Я же усмехнулся. Сказал бы я тебе, чего я хочу. Да только не выросла ты ещё до таких желаний вслух и их исполнения. Да и статус женатого обязывает меня.
Протянул руку и провёл большим пальцем по линии её ключицы от плеча, спускаясь ниже, в разрез платья… Остановился на самой его грани и убрал руку. Поднял взгляд на её лицо. Встретил испуганный взгляд голубых глаз.
— Тебе лучше этого не знать.
Она снова вжалась в стену. Я отступил на шаг, давая ей наконец пространство.
— Иди к себе.
Камиллу не пришлось просить дважды. Она тут же сорвалась с места и понеслась к двери. Похоже, моих слишком порочных мыслей о ней девушка не разделяла. Впрочем, это хорошо — меньше шансов сорваться в пропасть. Просто мне надо поменьше бывать с ней наедине и не поддаваться гневу.
— Камилла, — окликнул я её у самой двери, и девушка обернулась, настороженно всматриваясь в меня так, словно я способен снова посягнуть на её тело. Но так сорвался я в первый и последний раз. Я не могу так всем рисковать… Тем более что мои желания отклика не нашли. — Никто не должен знать о том, что здесь сегодня произошло.
  
— Вы серьёзно полагаете, что я захочу этим с кем-то поделиться? — подняла она брови. — Я хочу об этом забыть! Надеюсь, вы тоже.