Горячий июнь 4 (СИ)
- Это хорошо, что не помешал, - тем временем голос Мехлиса немного изменился и стал просто уставшим.
- Придётся вам разделиться на две группы, Андрей. И...сопровождающим вашим тоже.
- Что-то случилось, товарищ генерал? - известие о разделе нашей группы мне не понравилось. Очень не понравилось! Нас двадцать человек всего. Семеро местных бойцов, семеро нас и шесть технарей, включённых в группу в последний момент. Причём двое из них больше напоминали не высококлассных технических специалистов, а рассеянных учёных, навроде Жюль Верновского Паганеля. Такие же увлечённые, много знающие и практически не приспособленные к жизни. Но что особенно меня удивило, так это тот факт, что они оба были высококлассными оружейниками.
Ещё во времена своей 'первой' жизни, мне довелось почитать в сети о нравах, царивших в разных конструкторских бюро и научно-исследовательских институтах, поэтому и не могу понять, как подобные люди смогли выжить в этих змеиных ямах? Ведь и во времена Иосифа Виссарионовича 'люди науки' с радостью топили ближнего за плюшки, предоставляемые государством. Но, факт остаётся фактом - именно такие люди и включены в нашу группу.
- Ничего особенного не произошло, Андрей, - Мехлис ответил спокойно, но небольшую заминку в его голосе я всё же уловил. Значит что-то всё же происходит!
- Просто изменились некоторые планы, вернее не сами планы, а процесс их выполнения. Сам знаешь, что мало какой план выдерживает столкновения с реальностью. Вот и нам пришлось кое-что изменить. Так вот...разделяетесь вы на две группы, ты старший одной, Щербань возглавит вторую. Дмитрию его задачу я поставлю отдельно, по его возвращению в Москву, твоя же следующая...До завтра состав групп утрясёте? Вот и хорошо. Значит так. Завтра своим транспортом выдвигаетесь в Сибирь...
-Куда?! - понимаю, что глупо переспрашивать и удивляться, но неожиданное заявление меня немного вышибло из колеи. Да и сама складывающаяся ситуация мне нравилась всё меньше. В основном от непонимания происходящего.
- В Сибирь, Андрей. В Сибирь. На твою почту я отправил список районов и городов представляющих для нас интерес, а так же определённые контакты в местных органах власти и у силовиков. В какой последовательности ты будешь их отрабатывать, оставляю на твоё усмотрение. В общем - сориентируешься. Ну ладно. Не буду отвлекать тебя от стола, а с Дмитрием я в Москве пообщаюсь...
Тогда отключив телефон, я даже материться не стал на этого 'провидца'. Открыто дал понять, что мы 'под колпаком'? Так это и так ясно было. Но и не тот человек Лев Захарович, чтобы просто так что-то делать или говорить. Не тот...
Тогда, прямо за накрытым столом, мы и разделись. Причём и не спорили особенно, даже 'Паганелей' честно поделили - один со мной, другой со Щербанем. И даже переговорить с Димой наедине нормально успели, причём Щербань тоже откровенно напрягся от разделения и пересказанного разговора с Мехлисом. Единственное, чем моя группа стала превосходить его - боеприпасы. Решив, что всякое бывает, я захапал почти всё, оставив Щербаню самый минимум, и было приятно, когда в этом меня поддержали и местные парни, причём поддержали, это несколько преуменшительно я высказываюсь. Узнав о разделении и поняв, что я и Щербань задёргались, парни быстро переговорили и, как выразился капитан Шилов, победитель той самой страйкбольной тренировки, 'появилась настоятельная необходимость сбегать на рынок'.
Результат 'похода на рынок' меня не то чтобы удивил, я скорее просто охренел! Не отказался бы я и сам по этому 'рынку' прогуляться! С парой-тройкой тележек под рукой. Четыре ящика только 'парабеллумовских' патронов для наших 'трещоток' и пистолетов, шесть цинков СП-6 для себя и два ящика гранат РГО и РГН. Причём на мою попытку уточнить, а на...то есть зачем? Мне дружно пояснили, что - дай Бог не пригодится, а ежели что, сюрприз пусть будет. Правда я не особенно и возмущался, в памяти-то осталось чувство злости и бессилия, когда мечтаешь даже не о гранате, а хотя бы о ещё паре патронов! Да и не на себе же всё это тащить!
С того дня уже объездили Омск, Томск, Новосибирск, Кемерово и Алтай, а на полдороге между Ачинском и Красноярском подзастряли. И самое главное, что ни черта плохого так и не произошло. Даже с машинами проблем не было, не считая замены колёс. Да и эту остановку считать огромной проблемой язык не поворачивается, но на душе всё равно свербит. И чем больше времени проходит с того разговора, тем сильнее вибрирует моя пятая точка. И подумал бы про обычную паранойю, но вчера на электронке сообщение было. Ничего особенного, мы каждый день и созваниваемся, и по почте списываемся, но такое сообщение первый раз получил. Ещё когда только собирались всерьёз устраиваться в Москве, мною и Щербанем был заучен список контактов из местных, к которым мы должны обращаться за помощью в случае каких-то серьёзных проблем. Проблем вроде как не было, а сигнал сначала посетить человека в Красноярске, а потом мотаться по краю, был. Вот и дёргаюсь я на этой долбаной дороге - мало того, что ни черта не понимаю, на душе хреново, так ещё и 'контакт' какой-то странный. Азамат Шибаев. Несмотря на то, что он вроде бы бандит одевшийся в наряд бизнесмена, Мехлис утверждал, что доверять этому человеку можно и даже нужно. Даже интересно тогда стало, чего же он такого сделал, что ему так доверяет наша контора.
- Андрей! Давай в машину! - открыв заднюю дверь нашего уаза, который типа 'Патриот', Лёха нетерпеливо махал рукой. - Движение открывают!
Пока я тут психовал и грузился, действительно, гайцы со спасателями уже освободили дорогу и стали махать своими полосатыми 'волшебными палочками' разгоняя образовавшуюся пробку. Заскочив в машину отбрехался от хохмящего Алексея и снова задумчиво уставился на мелькающие деревья. Да-а. Красноярск всё ближе, а настроение всё ниже. Мужики, вон, косятся всё чаще на мою дергатьню. Если поначалу все серьёзно отнеслись к моим предчувствиям, боеприпасов припёрли, со стволами спали, то чем дальше, тем больше я чувствовал себя ненормальным перестраховщиком. Но ведь действительно хреново на душе! И усилилась эта маета, особенно когда к Красноярску приближаться стали. Доберёмся, встречусь с этим Азаматом, а потом у Мехлиса попрошусь к 'психам' в Москву отправить. А то точно с ума сойду такими темпами. Не помогает даже то, что за окном места насквозь знакомые, до города уже совсем недолго ехать осталось. Движение, как и раньше в этих местах, приличное. И легковушек с мелкими грузовичками, и фур хватает. Не так, как за Уралом, но всё же...
- Лёш, дай попить, - повернувшись назад невольно улыбаюсь. Наш 'Паганель', Александр Васильевич Сухонин, уютно устроился на широком плече капитана Садыкова, который просто навалился на дверь, и так 'вкусно' посапывал, что завидки берут. Не взрослые мужики, а детишки уставшие. Взяв бутылку минералки у Шилова, который безуспешно пытался изобразить, что спать ему совсем не хочется, я поудобней уселся и сделал большой глоток. Эх, хорошо! Прохладная минералочка это просто здорово! Протянув бутылку сидящему за рулём Шаповалову, снова взглянул назад на дремлющих мужиков и всё таки достал очередную сигарету. Машина у нас 'курящая', так что...
-Бля-я-а-аа!!!
От крика Андрея, визга покрышек и того, что меня резко швырнуло влево, выронил сигарету с зажигалкой и удерживаясь схватился за автомат укреплённый между сидений. В лобовое стекло успел увидеть надвигающуюся морду 'Камаза', потом мелькнул бетонный блок перед въездом на какой-то мост, а затем приближающиеся камни и вода ручья. Всё это сопровождалось матами, стуком, визгом и скрежетом металла заглушаемым рёвом мотора, а в голове была только одна мысль - опять...
-Присаживайтесь, Андрей Алексеевич. Чувствуйте себя как дома.
Шибаев гостеприимно повёл рукой указывая на кресла, стоящие неподалёку от камина. Ну что же, не будем расстраивать хозяина, будем вежливы и немного расслабимся. Внешне.
Устроившись в чертовски удобном кресле, пока хозяин что-то тихо говорил приведшему меня молодому парню с явной примесью восточной крови, я невольно поморщился вспомнив последние события. Очень уж неприятно было вспоминать произошедшее. Сама-то авария ничем страшным не закончилась, даже машина на ходу осталась, хоть и помяло уазик значительно. А вот я, вернее организм мой, слабину изрядную дал. Я и в страшном сне не мог подумать, что закачу самую настоящую истерику, словно избалованная гламурная 'кисо'. Мужикам даже по морде мне дать пришлось, чтобы в порядок привести. И даже после этого понадобилось ещё и хитрой аптечкой прикомандированных парней пользоваться. За-то после укола - раз! И я в норме. Только ужасно стыдно с мужиками взглядами встречаться. Да и последствия этого срыва мне ох как не понравились! Мужики вида не подавали, но время от времени проскакивало нечто, что ясно показывало - подполковника Стасова теперь воспринимают, гм, своеобразно. И ведь не расскажешь им про самый настоящий ужас от мысли, что долетишь до камней и... всё происходящее окажется бредом. А я очнусь на Дивногорской трассе у разбитой маршрутки. А что более паршиво, то ощущение приближающейся опасности так никуда и не исчезло, скорее стало более острым, почти овеществлённым, ощущающимся всем телом, каждой клеточкой организма. Но говорить об этом парням после произошедшего? Нет уж, увольте!