Игра хаоса. Книга одиннадцатая (СИ)
Хвала Хаосу, мы оказались в стороне от основного сражения, но чтобы выжить и не сдохнуть от шального камня или удара долетевшего заклинания, нужно позаботиться о защите. Я, укрывшись возле разрушенной стены дома, торопливо натягиваю на себя броню дал’ронга — представителя младшей боевой элиты демонов, часто используемых аристократией в качестве телохранителей. Пальцы быстро затягивают массивные застежки, но тело плохо слушается: только что выпитый эликсир роста изменил меня, увеличив массу раза в два, чтобы соответствовать выданному нагом местному снаряжению. Мистра крутится рядом, создав сферу незаметности, сейчас сюда просто никто не хочет смотреть. Впрочем, даже без нее до нас тут никому нет дела. Повсюду хаос и анархия: погонщики и мелкие бесы, служившие как в Бойцовских Ямах так и самом Акш’дхаре, рабы и низшие, демонические твари, — все те, кто еще не утратил разум и инстинкт самосохранения, завалив телами попадавшихся на пути надзирателей и солдат, сейчас бежали в сторону центра, а оттуда на север. Тысячи всевозможных существ неслись со всех ног по улицам города, спасая свои жизни, а в небе лишь разгорался пожар боевой магии…
* * *Битва у пролома закончилась почти мгновенно, враг не ожидал столь быстрого прорыва в стороне от главных врат. Ближайшие ряды защитников, что уцелели после уничтожения стены, были буквально сметены мобильными отрядами, как оказалось, специально оставленными с краю. Вслед за ними на улицы города с ревом хлынула армия Дома Боли, а ей навстречу с центральных площадей, рыча и выкрикивая угрозы, устремились легионы Ярости, что длинной цепочкой все продолжали прибывать сквозь портальные арки напрямую с внешних границ.
На земле, в небе — повсюду грохотала битва. Еще не прирученные птицы шай и их детеныши, вырвавшиеся из разрушенных питомников, метались, ничего не понимая и яростно визжа. Птицы с воем врезались во все встреченное в попытке защитить потомство, не разбираясь где свой, а где чужой, поэтому взрывы грохотали повсюду. Демоны, бесы, суккубы и сонм других всевозможных тварей носились по небу, яростно сражаясь друг с другом. Тела беспрерывным потоком падали вниз, а над всем этим словно царь преисподней парил Тахалот. С его клинка то и дело срывались волны пламени, буквально выжигая целые кварталы, разнося остатки домов, истребляя всех противостоящих ему. Один за другим валы огня обрушивались на землю, оставляя за собой десятки, а порой и сотни трупов. Кое-где вспыхивали магические щиты, противостоя его атакам. И лишь уродливые башни из кровавого базальта, там и тут воткнутые в тело древнего города, пока стояли нетронутыми.
Прорыв удался. Он довольно осклабился, глядя на горящий город. Архидемон даже мечтать не мог о подобном успехе! Чуть внизу под ним летели три червя-пожирателя. Тонкие отростки то и дело выстреливали вниз, выхватывая все новых и новых несчастных с земли и из воздуха. Бесы, гончие, минотавры — все, кто не отмечен печатью Дома Боли, шли сейчас в пищу, и от обильной добычи черви раздулись словно огромные кишки. Один из них, переполнившись, резко выплеснул в сторону подходящих подкреплений врага целую тучу густого темно-желтого дыма, измененного трупного яда и кислоты, от которого плоть, металл и камень просто растворялись. Целые улицы от этого выплеска исчезли вместе со всеми, кто по ним приближался. Через несколько секунд то же повторил и второй, плюнув вдоль стены и залив сразу несколько кварталов, превратив те в непроходимые смрадные болота и стерев из реальности пытавшихся атаковать с фланга защитников города. Правда, растворив при этом и несколько десятков союзных солдат, но Тахалот счел это допустимыми потерями. Третий червь также начал раздуваться, готовясь выплеснуть свой яд, чтобы уничтожить передовой отряд Дома Ярости, перекрывавший проход внутрь города, но по нему нанесли опережающий удар: сразу несколько ярко-алых лучей, словно вязальные спицы, проткнули длинное тело от горла до брюха, и тварь буквально взорвалась от распиравшего ее изнутри яда, выплеснув его на рвущиеся вперед отряды Дома Боли. Пара сотен таллов вместе с большой сворой гончих ада просто исчезли, растворившись в потоках кислоты.
Тахалот досадливо поморщился. Очнулись. Маги большого круга наконец-то начали действовать. Но ему есть что этому противопоставить: огненный шторм, создаваемый все это время прядильщиками чар, сформировавшись, устремился вперед. Тысячи огненных сполохов, кружась, понеслись по небу, готовые сжечь все, чего коснутся… чтобы через несколько секунд увязнуть в облаке черного мрака, начавшего возникать посреди города! Жадная непроглядная тьма попросту всасывала в себя любое проявление энергии, опустошала, впитывала в себя и росла, росла… И все же, недостаточно быстро: часть огненных сполохов сумела прорваться дальше, ударив по еще не задетым войной домам, по бегущим толпам на улицах города, по выходящим из врат легионам, по самим вратам…
Мало. Тахалот заскрипел зубами, увидев, как заклинание высшего круга, которое должно было смести врагов словно мусор, увязло в защитных чарах, созданных башнями, не оправдав потраченной на него силы. Ну ничего, там, где не справились колдуны, поможет он сам! Равных ему среди защитников Акш’дхара пока нет, он ощущал это отчетливо.
Громко захохотав, архидемон рванул вниз, сжимая свой меч…
* * *Паника, волной захлестнувшая улицы, катками проходящие сквозь толпу отряды вооруженных демонов, спешащих к месту прорыва, обломки зданий, преградившие отдельные проходы, превратив те в бурлящие запруды, зарница боевой магии в небе и прилетающие оттуда шальные заклинания…
Я качнул головой, на время отключаясь от шара-разведчика — идеального маршрута к цели проложить не получилось, и повернулся к Мистре, торопливо заканчивавшей перебинтовывать ногу. Случайный удар заклинания создал сотни острых каменных лезвий, выкосив толпу, в которой мы пытались бежать, и пробил ее и без того истощенный магический доспех, выторгованный нагом у Лилит. За время забега нас уже успели достать пару раз, в том числе и местные демоны, якобы спасающиеся вместе со всеми, а на самом деле ищущие легкой поживы в общей неразберихе. Больше рисковать я не желал. Маскировка важна, но труп, убитый случайным заклинанием или клинком в бок, миссию выполнить не сможет точно.
Активатор возникает в моей руке, и я торопливо призываю заранее подготовленные для финального рывка карты: Доспех темного охотника, Багряный щит, Амулет хранителя жизни и Пирамида поглощения в качестве усилителя защиты, ее в любой момент готова сменить Длань бога, но пока на мне Амулет хранителя, повторяться не стоит. В обязательном порядке Браслеты Тора и артефакты ассирэя, жаль, что элементы комплекта Хранителя ночи не надеть, сборный доспех занял те же места. И последней защитной — карта от нага, он на ней настаивал особо: Амулет восходящего солнца, способный скрыть от любых проявлений магии Смерти, хотя нельзя сказать, что демоны так уж специализируются на поисковой магии этого типа, но Шепчущему виднее.
Для усиления себя самого Боевая ярость, Милость высших сил и Легковес — сила и скорость сейчас будут определяющими. Надетую демоническую броню я менять не стал: время слишком дорого, на это его просто нет, да и режим лазутчика доспеха, построившись под внешний вид брони, поможет обмануть не слишком внимательные глаза. Теперь Мистра. Для нее наг выдал карты из своей Книги, мне нужно было лишь активировать их, заслужив благодарный кивок в ответ. Очередь зелий. Один за одним я быстро выпил пузырьки, последним активировав свиток, подаренный архимагом, что должен был убрать конфликт меж эликсирами и снизить последствия отката. Владычица Облачного замка тоже не теряла времени даром: прижав скипетр ко лбу, она читала мантру Тишины разума, а затем, чуть подумав, осушила фиал Ментальной пустоты. Происходящее вокруг: смерть, боль, гнев, ярость — словно океан раз за разом накатывали на разум менталиста, грозя смыть его и целиком уничтожить. Чтобы выстоять, ей пришлось чем-то пожертвовать.