Доктор Акомуто Херовато к вашим услугам! Том 1 (СИ)

Собрав все нужные по моему скромному мнению вещи, я вышел из комнаты, поставил в уме галочку, что обязательно по возвращении прибраться. Быстро миновав своих «родичей» (было так странно осознавать, что все эти дети – мои «братья» и «сестры», тоже брошенные свои родителями и выращенные этими двумя сильными женщинами), я вышел на улицу.
Подсознательно я знал, куда нужно идти, но все равно было так удивительно смотреть на эти улочки и переулки, которые были для меня одновременно и знакомые, и нет. И все-таки японские улицы очень красивые, хоть и наши неплохи. Но у японцев все прям чересчур чистое как будто, такое ощущение, что они даже дороги моют.
  
И тут, увидев какой-то магазин с вывеской «Продукты», я вдруг осознал одну вещь: я ж читаю на японском! Что-то я раньше об этом совсем не задумывался, как то не было время, а тут вдруг осознал. Я прекрасно понимаю японские иероглифы, которые раньше бы мне показались чем-то вроде наскальных рисунков Майя. Еще большим открытием для меня было, что и говорил я все это время на японском, а не на родном великом и могучем. Я даже переволновался, что, возможно, и русский то забыл.
– Шла Саша по шоссе и сосала сушку, – проговорил я вслух и скривился. Родной язык прозвучал с акцентом, которого я отродясь не имел. Будто бы я и вправду был японцем, который впервые произнес что-то на русском.
– Мальчик, ты что-то сказал? – отвлек меня от рассуждений старческий голос, и я увидел маленькую бабульку с цветами, что с интересом смотрела меня.
– Нет, что вы! – быстро ответил я и улыбнулся.
– Хе-хе-хе, - весело проговорила она. – Ничего, внучок, привыкнешь.
Я совсем не понял, что означает ее смех и странные слова, поэтому переспросил:
– Что вы имеете ввиду?
– Поймешь потом, внучок, – опять загадочно ответила бабушка. – Всему свое время. Всему свое время.
Я все еще со скептизом смотрел на эту бабулю, хоть и было в ней что-то такое, что притягивало мое внимание к ней.
– Гляди, внучок, сакура, – с улыбкой проговорила бабушка, указывая куда-то позади меня. Я обернулся и увидел невероятной красоты дерево. Все усеянное цветами, оно стояло величественно и благородно, освещаемое лучами солнца. Поистине чудо природы. Я снова обернулся к бабуле, но не увидел ее. Маленькая бабушка словно испарилась, и я недоуменно замотал головой по сторонам. Но ее и след простыл.
  
Глава 4
 
Я брел по направлению к больнице, в уме прокручивая эту странную встречу с японской бабулей. Вот было в ней что-то такое… Что-то подозрительное, скажем так. И не нравилось мне это, ой как не нравилось.
Но сильно поразмышлять мне об этом не удалось. Отвлек меня от этого довольно-таки сильный хлопок по спине, а затем рядом с собой я заметил японца, ниже меня ростом на голову, который чуть ли не залез на меня. Я настолько опешил, что даже не скинул его, а лишь продолжил пялиться.
– Акомуто-кун, ну что! Первый рабочий день? – весело проговорил он, видимо, даже не заметив моего замешательства. – Вот я и дожил до того, что и ты стал полноправным членом нашего трудолюбивого общества.
Он продолжил идти, и я поплелся за ним следом, позволяя незнакомому парнише продолжать виснуть на мне.
– Эх, а только, кажись, недавно, мы с тобой сбегали со школы поглазеть на девчонок из средней Юкигаока, и вот уже закончили интернатуру. Думал, не доживем мы с тобой до этого победного дня, – с блаженной улыбкой проговорил японец, видимо, погрузясь в какие-то свои воспоминания.
Я, за неимением чего ответить, лишь хмыкнул, но этому болтуну, видимо, хватило и такой малозначительной реакции, ведь он продолжил балаболить и дальше про то, какие же все-таки были крутые девчонки в Юкигаока и что он даже на прошлой недели встретил Шимидзу-сан как раз в нашей больнице. Потом он быстро свернул тему на обсуждение выхода новой манги, манхвы или как он там это назвал, вовсю возмущаясь насчет того, и как главный герой мог проиграть этому лузеру. Я лишь изредка кивал или вставлял многозначительное «ммм», а сам разглядывал больницу, к которой мы как раз подошли. Ничего впечатляющего в ней и не было. Больница и в Африке больница. Белое четырехэтажное здание, немного грязноватое, с мутными окнами и входом. Я хмыкнул, не удивлённый таким зрелищем, но мой «приятель», видимо, воспринял это по-своему, и вот я уже слушал рецепт невероятно вкусных онигири, открывая двери больницы и вдруг ощущаю тяжесть чьей-то руки на своем плече.
Было в этой тяжести что-то такое подсознательно доминантное, что я сразу напрягся. Мой спутник тоже сразу затих, и я мельком глянул на его лицо. Глаза у него расширились настолько, что я даже засомневался, что он японец. Еще секунду назад весело несущие чепуху губы сжались в тонкую линию, и, кажется, у него даже капля пота потекла по лицу.
– Ах вы ж два оболтуса, – услышал я хриплый голос за свой спиной и медленно обернулся. На меня и моего спутника с нечитаемым лицом смотрел японец средних лет, с морщинами под глазами и непроницаемым взглядом. У меня по телу прошел холодок.
И нет, он совершенно не выглядел страшно. Даже скорее наоборот. Он был ростом примерно с моего «приятеля», то есть ниже на целую голову, так что смотрел на меня снизу вверх. Лицо его было уставшее, и казалось, будто на его плечах взвалены все проблемы этого бренного мира. Этот японец, одетый в белый халат, совсем не обладал устрашающей внешностью, но я все же нервно сглотнул, не отрывая взгляда от его холодных глаз.
А все потому, что чувствовалась в нем какая-то внутренняя сила и мощь, которую подсознательно можно почувствовать в человеке, особенно, когда у тебя уже есть какой-то опыт. А так как в медицине я уже довольно давно, по-настоящему мудрых и талантливых людей я научился замечать сразу. Так и сейчас, я сразу понял, что этот японец – человек совсем непростой. И, видимо, правильно я понял, потому что мой спутник весь сжался под его взглядам, чуть ли не прячась за мною.
– Сколько сейчас времени? – тихо спросил он, глядя на нас. Я посмотрел на висящие в холле больницы часы.
– Восемь часов двадцать минут, – ответил я.
– А во сколько вы должны быть здесь?
– В восемь, – предположил я, потому что точного времени я все-таки не знал. Все это ависит от больницы и ее устава, да и от самих врачей в целом.
Японец лишь хмыкнул, а затем, махнув рукой, направился, как я понял, к себе в кабинет.
– Следуйте за мною, два недоразумения, – бесцветным голос сказал он, и я услышал, как облегченно выдохнул мой «приятель». Но не тут-то было. За этим последовало: – Сегодня останетесь на два часа и будете отрабатывать.
– Профессор Тайга… – застонал от разочарования мой спутник, но, словив холодный взгляд суженных глаз профессора, быстро заткнулся и поплелся следом.
Интересное местечко – эта больница Айдзава.
***
Мы с моим, видимо, на долгое время "приятелем" последовали за профессором Тайгой через длинные коридоры больницы. Краем глаза я оценивал состояние больницы, ее пациентов и медицинский персонал. В общем, все было достаточно неплохо: чисто, светло и пахнет йодом.
Мой новый знакомый был весь на нервах, напряжение так и читалось в его походке.
Мы подошли к двери с табличкой «Главный врач». Профессор Тайга открыл дверь своего кабинета и жестом пригласил нас внутрь. Я сразу отметил то, что кабинет был небольшим, но аккуратным. Полки были заполнены медицинскими книгами, стены все завешаны разными дипломами и наградами, а на столе лежали аккуратно сложенные документы. Тайга сел за стол и, глядя на нас, сложил руки на груди.
  
Мы мялись у двери, не зная, пройти ли в кабинет дальше или стоять там, где и стоим. Однако наше смущение профессора не смутило, поэтому он начал говорить, пристально смотря на нас.
– Значит так. Добро пожаловать в больницу Айдзава, Херовато-кун. Это место, где твои детские мечты стать врачом встретятся с реальностью переработок и бесконечных обязанностей. Надеюсь, ты хорошо выспался, потому что больше такого роскоши у тебя не будет.