Мангака 4 (СИ)

— Ага, приготовленную из моих продуктов! Отвали, придурок, — бросила она, и выскочила из кухни. Вот и поговорили…
  
Глава 5
 
— … как вы уже знаете, ваш тренер, Кушито-сан, находится в больнице, с инфарктом, — вышагивал, сложив руки за спиной, отец перед строем учеников, — Но прерываться занятия не будут. На время отсутствия вашего учителя занятия будет вести его внук и мой сын Сайто Кушито, — кивком головы указал он на меня.
  
Я легким поклоном поприветствовал учеников. Судя по их вытянувшимся при этих словах лицам, к такому повороту они не были готовы. Похоже, они уже решили, что новым сэнсэем у них будет этот здоровенный мужик, а он вдруг на подростка им показывает. И это старшей-то группе обучения! Ну, да. Вот так мне повезло, что начинать учёбу придётся с самых опытных, возрастом примерно от шестнадцати до двадцати лет.
Не будь здесь отца сейчас, наверняка бы уже возмущённые вопли раздавались, но он решил на день задержатся, и помочь мне в первый день занятий, за что я ему был очень благодарен. Честно говоря, я немного нервничал, глядя на выстроившихся перед нами двадцать человек, которых мне сейчас надо будет чему-то учить. Казалось бы, на соревнованиях за мной наблюдало намного больше народа, и тогда меня это не волновало, а тут перед парой десятков трясусь.
Похоже, опять мне прошлая жизнь привет передаёт. Там на меня тоже мандраж накатывал, когда мне приходилось в центре внимания быть, и о чём-то рассказывать окружающим. Ещё со школы со мной такое было, когда я даже стих не мог рассказать перед всем классом, заикаться от волнения начинал. Приходилось каждый раз с учителем договариваться, чтобы она меня отдельно, где-нибудь на перемене выслушала.
Странно… Когда я пришёл тут в школу, то подобное не повторилось, я вполне спокойно отвечал учителю, и уже благополучно забыл об этом аспекте своей прошлой жизни, а тут вдруг опять накатило. Или это из-за того, что здесь нет учителя, который поправит меня, если что-то пойдёт не так, и угомонит учеников, если они насмехаться начнут?
Неужто, опять моя трусость вернулась? Нет уж! — до скрипа сжал я зубы, чувствуя, как внутри меня разгорается злость на самого себя, — Подобного я больше не допущу!
— Да чему вообще нас может научить этот мальчишка? — всё же не выдержал, и взорвался один из учеников, надменно глядя в мою сторону, — Это вы чтобы деньги не возвращать, да? Я требую, чтобы мне вернули мою плату за месяц, и я лучше в школу каратэ тогда пойду заниматься.
— То есть, ты думаешь, что мой сын не сможет тебя ничему научить? Считаешь, что мы не хотим возвращать тебе твои жалкие несколько тысяч йен? Уверен? — отец замер прямо напротив парня, и уставился на него тяжёлым взглядом. Тот побледнел, но не сдавался.
— Да, уверен! — с вызовом ответил он, поддерживаемый молчаливым согласием остальных учеников.
— Ну, что же. Хорошо. Тогда предлагаю следующее, — не сводил с него взгляда отец, — Спарринг здесь и сейчас, в полной защите, без оружия. У тебя будет две минуты против моего сына. Покажи нам, на что ты способен. Выиграешь — и я лично сразу же отдам тебе твои деньги. Даже с процентами. Проиграешь — и ты остаёшься в школе, и больше не возмущаешься. Как тебе моё предложение? Согласен?
— Я? Против этого мелкого? Да я за минуту его уделаю! — самодовольно усмехнулся тот.
— Отлично. Тогда готовься. Защиту одевай, — сухо ответил ему отец, глянул на меня, и слегка кивнул. Я кивнул в ответ, и тоже пошёл одевать шлем и перчатки, кипя от злобы. Мелкий? Да он всего на пару сантиметров выше меня! Ну, или на три. Пять максимум! В плечах по шире и по мощнее это да, но не на много. Зря он так самоуверен… Но это даже к лучшему.
Пока всё шло так, как предполагал мой отец, и по разработанному нами сценарию. Мы оба были уверены в том, что кто-нибудь, да возмутится. Нет, конечно, вернуть деньги и выкинуть недовольного из школы было не проблемой, вот только за ним могли последовать и остальные. Многим трудно решиться на такой шаг, пока кто-то не сделает его первым. Зато, когда пример перед глазами, то этих людей ничего уже не удержит.
Как по мне, так и пофиг, не хотят заниматься, так пусть валят. Вот только дед, боюсь, подобного подхода не оценит. Если он вернётся, и обнаружит, что ученики разбежались, то его может новый инфаркт свалить, так что придётся провести показательную порку.
Конечно, существовала вероятность того, что показательная порка ждёт сейчас меня самого, но я оценивал её как крайне маловероятную. Я-то знал, что меня ждёт в спарринге, а вот противник — нет. Он будет ожидать, что против него также выйдет боец, изучающий бу-дзюцу, а выйдет боец муай тай. Если бы мы устроили спарринг, разрешающий использовать деревянное оружие, те же мечи, или шест, то он, скорее всего победил бы, так как бу-дзюцу, в том числе, изучает и искусство владения различным оружием, вплоть до серпов, но отец специально сказал, что бой без оружия, и тут уже у него шансов мало.
— И стоило ради этих двух минут защиту одевать? — недовольно проворчал парень, выходя в центр татами, — Я бы и без неё его спокойно уделал бы.
— Разговорчики! — рявкнул отец, — Распустил тут вас мой отец, я смотрю. Если учитель сказал надеть защиту, то ученик должен ответить — хай! И молча выполнить! Готовы? Ну, так начинайте. Чего зря время терять?
Он отошёл в сторону и демонстративно посмотрел на часы. Мы начали сближение под пробежавший по залу тихий гул голосов остальных учеников, с интересом наблюдавших за развитием событий.
Соперник не стал выжидать и присматриваться ко мне. Самодовольно улыбнулся, глядя, как я выжидаю, решил, видимо, что я его опасаюсь, и бросился ко мне, чтобы тут же отлететь от моего удара ногой в грудь в прыжке. Каким-то чудом он устоял на ногах, и даже ухитрился заблокировать рукой мой добивающий удар в голову, но удара второй ногой в голень не ожидал.
Захромал, поспешно попытался разорвать дистанцию, растерянно глядя на меня, но я не собирался давать ему передышки, и буквально приклеился к нему, осыпая ударами ногами, коленями, кулаками, и даже пару раз локтем приложился.
Надо было отдать парню должное, выносливость у него была впечатляющая, и мне так и не удалось сбить его с ног, несмотря на все мои старания. Он как мог отбивался, блокировал удары, уклонялся, кривился от каждого пропущенного удара, но стоял. Впрочем, не сильно это его спасало. Я был намного быстрее его, и он ловил удар за ударом, даже не пытаясь контратаковать.
В какой-то момент мне даже удалось его подловить, взвиться в прыжке, и пробить коленом по наклонённой голове, но даже тогда он не упал, хотя, судя по бессмысленному взгляду, явно находился в нокдауне!
Поразительно просто. Видимо, благодаря столь впечатляющей выносливости и устойчивости он и оказался среди лучших учеников деда.
— Стоп! Время! — скомандовал отец, и я отошёл в сторону, и стал стаскивать с себя перчатки и шлем.
— Ты как? Слышишь меня? Сколько пальцев? — отец усадил парня на пол, и размахивал перед его лицом рукой.
Остальные ученики, пользуясь отсутствием контроля, оживлённо вполголоса переговаривались, разбившись на группки, и опасливо поглядывая на меня.
— Продолжать можешь? Или домой пойдёшь? — поинтересовался отец у пришедшего в себя через пару минут парня.
— Всё в порядке. Смогу, — сконфуженно ответил он, и, пошатываясь, встал в строй. Что ж. Надо отдать ему должное. С характером у парня всё было в порядке. Надо бы, кстати, его имя узнать. А то всё парень, да парень.
  
— Ещё есть желающие бросить вызов своему новому учителю? — окинул строй учеников взглядом отец, — Или покинуть школу? Нет? В таком случае, оставляю вас с вашим новым сэнсэем. Начинайте занятия.
Он поклонился ученикам, мне, мы ответили ему взаимностью, и он покинул додзё, оставив меня наедине с этими двадцатью парами глаз, уставившихся на меня.
Я глубоко вздохнул, и резко выдохнул, прогоняя остатки робости и нерешительности.