Тринадцатый

– СИГНАЛ ТРЕВОГИ ОТКЛЮЧЕН. ЖЕЛАЕТЕ РЕКОМЕНДАЦИИ СИСТЕМЫ БЕЗОПАСНОСТИ?
– Я хочу домой… – говорит он глухо, почти по-детски.
Но где теперь его дом? Там ли, где Фаби таскал его за шкирку по металлическому полу «ТИХОЙ»? Там ли, где Тайвер не мог жить без своего любимого брата? Может, там, где с утра пахло какао, а материнский голос с кухни был живым, а не записью на планшете?
  
И тут же его кулак со всей силы бьет по панели. Боль пронзает костяшки, отдается в плече.
– Сука! Соберись, Тайвер. Все бля. Хватит.
Он выдыхает, силой выталкивая из легких остатки воздуха, вместе со слабостью.
– Компьютер. Рекомендации.
– ВНИМАНИЕ! ЭНЕРГИИ АВАРИЙНЫХ БАТАРЕЙ НЕДОСТАТОЧНО ДЛЯ ПОДДЕРЖАНИЯ СИСТЕМЫ ЖИЗНЕОБЕСПЕЧЕНИЯ. ТРЕБУЕТСЯ РУЧНОЙ ПЕРЕЗАПУСК РЕЗЕРВНОГО ГЕНЕРАТОРА. ОСТАТОК ЗАРЯДА: ТРИДЦАТЬ ПЯТЬ МИНУТ. ЗАПУСТИТЬ ОТСЧЕТ? ПОКАЗАТЬ ИНСТРУКЦИЮ НА МОНИТОР?
– Монитор мертв! Диктуй!
– ДЛЯ НАЧАЛА ВАМ НЕОБХОДИМО ПОПАСТЬ В МОДУЛЬНЫЙ ОТСЕК «A12». ДОСТУП ВОЗМОЖЕН ПО КОРИДОРУ «A» ИЛИ «B» ЧЕРЕЗ КИСЛОРОДНУЮ ФЕРМУ.
Он уже у шкафа. Дергает замок. Сумка с инструментами неподъемно тяжелая. Он с силой отрывает ее от пола, перекидывает ремень через плечо и выходит в коридор.
– В ЦЕНТРАЛЬНОМ КУПОЛЕ СВЕРНИТЕ НАПРАВО, В КОРИДОР «Е». ДАЛЕЕ – ЧЕРЕЗ ВОСТОЧНЫЙ КУПОЛ В КОРИДОР «Ф». ПЕРВЫЙ ПОВОРОТ НАЛЕВО. ВНИМАНИЕ: ДОСТУП В ТЕХНИЧЕСКИЙ ОТСЕК – ЧЕРЕЗ БУФЕРНЫЙ ШЛЮЗ.
– Без тебя знаю, – бурчит Тай и огибает южный купол столовой.
Мебель здесь сдвинута с мест, стул опрокинут. Тени от моргающего красного света дергаются, и ему кажется, что они живые.
– Промотай, компьютер. До шлюза. Остальное я помню.
Красный свет моргает, заставляя тени плясать судорожными скачками. Он замедляется. В груди становится тесно. Дышать тяжелее.
– Ну что, страшно? – шепчет он себе.
– Да с чего бы мне… – отвечает себе же, хрипло. – Отъебись! Мне не страшно!
Идет дальше. Тени двигаются, будто подглядывают. Некоторые из них кажутся чуть ближе, чем должны. Пульс участился, ладони липнут к ремню сумки.
– Вот хотя бы, этих теней. Ты их боишься, да? – Насмешка звучит, как защита. – Вообразил тут себе чудовищ.
– Заткнись, сука, – отрезает он сам себе, вслух. – Балабол.
Тайвер с разбега врывается в коридор «А». Его собственные шаги глухо отдаются в металлическом пространстве, сливаясь с нарастающим гулом в висках.
Он чувствует, как учащенно бьется его сердце, отмеряя секунды. Слишком мало времени.
Здесь уже нет теней. Но нет и света. Лампочка, что обычно пульсировала красным, теперь не горит. Она просто темный глазок в потолке. Темноты Тайвер никогда не боялся. Это ведь все Фабиер. Тот был младше на семь минут. Это Фаби всегда дрожал. Перед шкафом. Под простыней. За его спиной. За это Тайвер и лупил его. Чтобы отучить. Чтобы вытравить страх. Или все было наоборот? Может, это Фабиер лупил его? Мысли путаются, накладываются друг на друга.
Окна в коридоре на высоте вытянутой руки. Сквозь них просачивается слабый звездный свет. Холодный, колючий, но достаточный, чтобы видеть контур пути.
– Давай, – говорит он себе вслух, сквозь зубы. – Это же не ты всегда был трусом. Это он шепчет в тебе. Его голос. Здесь всего-то тридцать метров.
– А может, ты и есть он? – спрашивает он пустой коридор. – Кто из нас тогда безумен?
На его губах появляется гримаса, беззвучная усмешка. Зубы обнажаются. Он уже не понимает, откуда идет этот вопрос.
– Освещение в центральном куполе есть? – снова спрашивает он, и уже неясно, к кому обращен вопрос.
Тайвер спотыкается.
– Есть, должно быть, – кивает он сам себе и бросается вперед.
Добегает до двери. Рывком нажимает на панель и створки с тихим шипением расползаются. Свет заливает лицо, ослепляя. Яркий. Красный. От этого света сердце начинает колотиться еще чаще.
– Значит, это все-таки ты боишься, – говорит он язвительно, обращаясь в пустоту. – И Четырнадцатого дразнил. И брата гнобил. Кто теперь смеется?
– Он сам напросился, – сквозь зубы. – Этот ублюдок всегда нарывался. Сам лез.
– И поэтому ты его трахал?
– Я не… Сука! Ты же знаешь, что все было совсем не так. Я любил его! Всегда! Мы любили друг друга… Он просто был слабее. Он боялся это признать.
– А если не он? Может, ты и есть он? – почти шепчет он, и мысль кажется чужой, ворвавшейся извне.
Дыхание сбивается.
– Не смей! – отрезает он резко и машет головой.
Он идет вдоль стены, к восточной двери. За стеклом тот же тревожный красный свет, заливающий все пространство следующего купола. Пальцы давят на кнопки панели. Ничего не происходит.
ОШИБКА
Красными буквами выдает экран.
– Да чтоб тебя… – скрипит он и снова тычет. Пальцы срываются с панели. Панель глуха. Только надпись мигает, не реагируя на нажатия.
ОШИБКА
– ВНИМАНИЕ. ДО ОТКЛЮЧЕНИЯ СИСТЕМЫ ЖИЗНЕОБЕСПЕЧЕНИЯ ОСТАЛОСЬ ДВАДЦАТЬ МИНУТ. НЕОБХОДИМО ПЕРЕВЕСТИ ВСЕ СЛУЖБЫ НА ЗАПАСНОЙ ГЕНЕРАТОР ВРУЧНУЮ. ЖЕЛАЕТЕ ЗАПУСТИТЬ ОТСЧЕТ ВРЕМЕНИ? ЖЕЛАЕТЕ УСЛЫШАТЬ ИНСТРУКЦИЮ?
Голос системы раздражает. Режет слух, бесит своей безжизненностью.
– ДЛЯ ЭКОНОМИИ ЭНЕРГИИ, ВСЯ СТАНЦИЯ ПЕРЕВЕДЕНА НА РУЧНОЕ УПРАВЛЕНИЕ. ПЕРЕВОД НЕВОЗМОЖЕН. СИСТЕМА ПОВРЕЖДЕНА.
– Заткнись! – взрывается он, потом стискивает губы, ловит воздух и говорит ровно, почти вежливо: – Компьютер. Восточный купол. Дверь заела. Повтори: как ее открыть?
– ДЛЯ ЭКОНОМИИ ЭНЕРГИИ, ВСЯ СТАНЦИЯ ПЕРЕВЕДЕНА НА РУЧНОЕ УПРАВЛЕНИЕ. ПЕРЕВОД НЕВОЗМОЖЕН. СИСТЕМА ПОВРЕЖДЕНА. ДЛЯ ЭКОНОМИИ ЭНЕРГИИ…
Фраза зациклилась. От этого монотонного повторения начинает сводить виски.
– Чертова ты погремушка, – выдыхает он. – Ладно. Компьютер, если восточный купол не работает, как добраться до технического отсека?
– ЧЕРЕЗ АНГАР. НАПРАВЛЯЙТЕСЬ К СЕВЕРНЫМ ВОРОТАМ. ВНИМАНИЕ: КИСЛОРОДА В СКАФАНДРЕ ОСТАЛОСЬ НА СОРОК ПЯТЬ МИНУТ…
– Загрузи инструкцию на монитор шлема, – не дожидаясь конца, командует он.
– ДЛЯ ЭТОГО НЕОБХОДИМО ПОДКЛЮЧИТЬ СКАФАНДР К СИСТЕМЕ. ВНИМАНИЕ: СКАФАНДР НЕ ПОДКЛЮЧЕН. НЕОБХОДИМО ВРУЧНУЮ ПОДКЛЮЧИТЬ…
Он уже бежит. Через купол. Ноги тяжело отталкиваются от пола. В ушах только его хриплое дыхание и гул шагов. Пока станция держит воздух, он жив. Но если системы встанут…
Он пересекает центральный купол. Быстро, на пределе. Воздух здесь спертый, застоявшийся. Дышать тяжело. Тайвер несется к северным воротам, туда, где стоит его старый, ободранный скафандр. Именно его он не подключил к сети после последнего выхода. Мысль об этой оплошности вызывает тошноту, горький привкус во рту.
– Тупица, – шепчет он сам себе. – Чертов лунатик.
Рука находит валяющийся провод. Разъем внизу, чуть выше копчика скафандра. Втыкает. Щелчок.
– Компьютер, загрузи инструкцию по подключению запасного генератора на интерфейс шлема. Срочно.
– ЗАГРУЖАЮ ИНСТРУКЦИЮ, – голос системы звучит спокойно, ровно, и это спокойствие бесит его еще больше.
Нога Тайвера непроизвольно дергается. Тишина после голоса давит на него сильнее, чем любые слова.
– ИНСТРУКЦИЯ ЗАГРУЖЕНА. ЖЕЛАЕТЕ НАПОЛНИТЬ БАЛЛОНЫ КИСЛОРОДОМ? ВНИМАНИЕ! МОЩНОСТИ НАСОСА НЕДОСТАТОЧНО. ЭНЕРГИИ НЕДОСТАТОЧНО. СИСТЕМА АВТОМАТИЧЕСКОГО УПРАВЛЕНИЯ ПОВРЕЖДЕНА. ВНИМАНИЕ! МОЩНОСТИ НАСОСА НЕДОСТАТОЧНО. ЭНЕРГИИ НЕДОСТАТОЧНО. СИСТЕМА…
– Замолчи уже, сука! – кричит он, и его голос теряется в металлическом пространстве купола.
Он действует быстро, на автомате. Тело помнит каждое движение за пятнадцать месяцев. Вдох. Поворот. Застежка. Щелчок. Он задвигает замки, подтягивает ремни, блокирует соединения. Это не просто скафандр – это последний барьер.
  
Ручка шлюза тугая, поддается с усилием. Металл скрипит. Он выходит наружу. Ветер бьет в стекло шлема, снег кружится в свете фонарей, а вокруг только мертвая, беззвучная пустота.
 
2. ПЕРВОЕ СПАСЕНИЕ
 
По привычки, Тайвер поднимает взор к небу! Ночь залита звездным светом. Здесь, в разреженной атмосфере, мириады звезд не мерцают, а горят холодными, неумолимыми точками. Все это время, Тай выходил сюда, чтобы просто смотреть вверх. Сейчас он видит в них не величие, а бездушные глаза. Бесчисленные, равнодушные зрители, наблюдающие из черного амфитеатра неба. Они не греют. Они только ждут. Наблюдают. Он пропустил закат. Ежедневное зрелище, когда небо на мгновение вспыхивает багрянцем, а затем переливается всеми возможными цветами. Теперь он стоит в их синеватом, мертвом свете.