Коварные боги (ЛП)

Магнар прижал кончик кинжала богов к моей спине, и я вдохнул, прижимаясь лбом к его лбу. Я стиснул зубы, и он бросил на меня печальный взгляд.
— Вместе, — сказал я, поднимая меч Одина и приставляя его к его спине, где я собирался вонзить его в его сердце.
— Увидимся на другой стороне, — прорычал он и вонзил кинжал мне под ребра.
Я прижал руку к мечу, когда боль пронзила мое тело. Я зарычал сквозь зубы, направляя клинок к сердцу Магнара, пока он содрогался от боли.
Его кинжал попал в цель, и мое сердце внезапно остановилось, пронзенное и возмущенное тем, что я так быстро лишил его вновь обретенной жизни.
Мой прерывистый вдох наполнился вкусом крови, и я рухнул на землю, чувствуя, как Магнар падает вместе со мной, когда мы вдвоем забрали жизни друг друга способом, который мы никогда не могли себе представить.
Я проснулся и мое существование, было каким угодно, только не естественным. Мое тело казалось легким, как воздух, когда я поднялся на колени, обнаружив, что стена теперь позади меня и огромная пещера окружает нас.
Магнар встал, и я посмотрел на форму, которую приняла его душа. Тяжесть наших испытаний спала с его глаз, и мерцание света, казалось, повисло вокруг него. Я придвинулся к нему, потянувшись к своему сердцу, но там уже ничего не билось. Это тело казалось наполненным светом, плывущим внутри меня, как вода. Это было неплохо, но подействовало отрезвляюще — знать, что темнота — это все, что ждет нас сейчас в будущем.
Кинжал исчез, но у Магнара остались его собственные мечи и лук. Меч Одина тоже остался со мной, как будто у него было какое-то предназначение, которое еще предстояло исполнить.
Мы двинулись через пещеру, наши шаги были бесшумны, пока мы пересекали темное место, которое было наполнено присутствием бога. Мне казалось, что я плыву, как будто я мог двигаться только мыслью.
Рычание донеслось до моего слуха впереди, и я напрягся, поднимая Дейнслейф перед собой. Если он хотел больше смерти, я с радостью отдам их клинку.
Дрожь сотрясла землю, и я настороженно посмотрел на Магнара, пока мы готовились ко всему, что ожидало нас впереди.
Тяжелые шаги раздавались один за другим, заставляя землю содрогаться у меня под ногами.
Это был не бог…
Я крепче сжал меч, мое тело гудело, говоря мне, что к нам приближается странный дух.
Раздался гортанный рык, и из кромешной тьмы в конце пещеры вырвался зверь. Волк, в десять раз превышающий размерами смертное существо. Ряд зазубренных шипов тянулся по его спине, а кожа была голой и гладкой. Его морда являло собой картину ужаса, сотня огромных зубов обнажалась в удлиненной челюсти. У него был единственный красный глаз, который следил за нами, пока он мчался к нам на быстрых лапах.
Не испытывая ничего, кроме чистой ярости, я бросился вперед, чтобы встретить его, и когда он подпрыгнул в воздух, я кувыркнулся под его огромными лапами и нанос удар по задней. Меч задрожал в моей руке, потому что лезвие не смогло пробить его кожу.
Я выругался, и разочарование захлестнуло меня.
Магнар полоснул его по горлу силой двух своих мечей, но раздался лишь металлический лязг, а кровь не пролилась.
Мы были уже мертвы, и я не знал, что этот зверь способен с нами сделать, но взгляд его единственного глаза, когда он снова повернулся к нам, сказал мне, что он определенно может что-то.
Он подпрыгнул в воздух, и на этот раз я взмахнул клинком, целясь ему в живот, взревев и вложив в удар всю свою силу. Мои руки дернулись назад, когда удар не пронзил плоть, и я рухнул на землю, а его задние лапы прошлись по мне.
Магнар схватил меня за руку, поднял на ноги и бросился прочь от волка в том направлении, откуда он появился. Если мы не могли убить его, мы должны были опередить его, но эта надежда была недолгой, когда он пронесся в воздухе над нами и приземлился на все четыре лапы. Он резко повернулся и принялся расхаживать взад-вперед, и мотая своим колючим хвостом из стороны в сторону.
  
Его глаз повернулся влево-вправо между нами, и Магнар с диким рычанием снял лук с плеча.
Напряжение пронзило меня изнутри, когда он прицелился, выпустив одну из пяти стрел, которые были у него в колчане.
Зверь поймал ее в воздухе и раздавил зубами.
Я замахал руками, чтобы его внимание было направлено на меня, затем повернулся и побежал, слыша, как он мчится за мной. Я летел прочь так быстро, как только мог, но челюсти зверя сомкнулись на моей руке, и я закричал от боли, когда он подбросил меня в воздух. Я упал ему на спину, и шипы вонзились в мое эфирное тело, проливая жидкий свет из моих ран. Может, я и был мертв, но боль была такой же реальной, как и в моем смертном обличье.
Я зарычал, выпрямляясь и хватаясь за его шею. Я сжал его изо всех сил, и волк взвизгнул, дико дергая головой, чтобы сбросить меня.
— Задержи его! — Магнар взревел, когда стрела просвистела у меня над ухом.
— Что, по-твоему, я пытаюсь сделать?! — Крикнул я в ответ.
Волк рванулся вперед, дико дрожа, так что я ослабил хватку и отлетел к каменной стене. Я ударился о землю, и боль пронзила меня. Раны начали затягиваться, и я уставился на свое тело в изумлении от странной силы, которой обладала моя душевная форма.
Магнар выпустил еще две стрелы, и их наконечники срикошетили от морды волка.
— Глаз! — Настаивал я, бросаясь ему на помощь.
— Я знаю! — Крикнул Магнар, отступая и пытаясь прицелиться еще раз.
У него остался последний выстрел, и он должен был попасть.
— Эй, ублюдок! — Заорал я, размахивая руками перед чудовищем.
Он налетел на меня, как ураган, и я крепко держался, не сдвинувшись ни на дюйм, когда он бросился вниз и его зубы сомкнулись вокруг меня. Я вонзил нож ему в пасть, когда волк попытался меня проглотить.
Меня охватила паника.
Кровь хлынула из его раны, когда мой меч вонзился в мясо его десен.
Язык волка потянул меня назад, и я вонзила пятки в красную плоть вокруг себя, чтобы остановить его попытку проглотить меня. Я взмахнул мечом вверх, но он со звоном ударился о небо у него в пасти.
Меня поглотил страх.
Зубы пронзили мою руку, ногу.
Я собираюсь, блядь, умереть — снова!
Сильная дрожь сотрясла тело волка, и я выпал из его пасти, весь в слюнях и крови. Меня охватила слепая агония, но странный свет, просачивающийся из ран, начал заживлять их.
Я оттолкнулся от вывалившегося языка существа, заметив стрелу, глубоко вонзившуюся ему в глаз, и судорожно вздохнул. Магнар помог мне встать, с беспокойством оглядывая меня.
— Чертовщина какая-то, — выдохнул он, наблюдая, как золотой свет, льющийся из моего тела, проникает обратно в меня, и моя кожа срастается.
— Да, — сказал я, кивая. — Примерно так и есть. — Я хлопнул его по плечу, и он бросил лук на землю, качая головой.
Мы углубились в темную пещеру, и слюна и кровь на моем теле постепенно исчезали, а темная мантия восстановилась там, где была разорвана.
Я поднял меч выше, держа его в руке, потому что оглушительная сила росла в воздухе вокруг меня, когда мы приблизились к богу, на которого охотились. Дейнслейф горел в моих руках, требуя, чтобы я предложил ему смерть, которой он жаждал.
Месть зовет тебя по имени, Андвари.
Э
рик держался рядом со мной, пока мы углублялись в непроглядную тьму. Это было больше, чем просто отсутствие света. Это было присутствие чего-то мрачного и зловещего.
Мы приближались к концу нашей охоты. Я чувствовал это по вибрации воздуха, как дыхание на затылке.
Но вместо чувства триумфа от того факта, что мы наконец загнали нашу жертву в угол, меня охватило глубочайшее чувство тревоги. Как будто мы охотились на гремучую змею, но вместо этого собирались столкнуться лицом к лицу с горным львом.
Я расправил плечи, продолжая идти вперед, несмотря ни на что. Мы отдали все во имя этой мести. И если в конце концов этого окажется недостаточно и моя душа превратится в пиршество для существа, которое поглотило девушку, которую я любил, то так тому и быть. Я бы скорее зачах во тьме, где она нашла свой конец, чем остался на свету, обреченный вечно идти в одиночестве.