Коварные боги (ЛП)

— После всей этой драмы тебе он даже не понравился. — Магнар хрипло рассмеялся, забирая у меня из рук оставшийся фрукт и передавая его своему брату. Я бросила наполовину прожеванный кусок в огонь и нахмурилась.
— Извини.
— Ты извиняешься, за то, что тебе что-то не нравится на вкус? — Весело спросил Магнар.
— Ну, ты приложил все усилия, чтобы найти его для меня…
— Это не потребовало никаких усилий, вон там их полно на дереве.
— Я никогда раньше по-настоящему не воротила носа от еды, и это кажется неблагодарным, когда я знаю, что такое чувство голода…
Магнар нахмурился, притягивая меня ближе к себе. — Я больше никогда не позволю, что бы ты оставалась голодной, — прорычал он. — Так что, если хочешь выплюнуть манго, просто выплюни его. Я найду тебе яблоко, или апельсин, или кокос, если хочешь. Ты никогда не останешься голодной, пока ты со мной.
Моя грудь сжалась от его слов, и я наклонилась, чтобы поцеловать его в губы, при этом проведя пальцами по его подбородку. Мы с семьей максимально использовали все, что у нас было в Сфере, но мы всегда были беспомощны, желая, чтобы мир стал лучше, и выживали, несмотря ни на что. Но когда Магнар пообещал позаботиться обо мне, я знала, что он это сделает. С ним я была в такой безопасности, о какой даже не мечтала. Он всегда будет любить и защищать меня, и я буду делать то же самое для него.
— Вы двое никогда не устаете друг от друга? — Спросила Кларисса, и в ее тоне не было насмешки, только любопытство.
Джулиус издал тихий смешок. — Ты бы слышала, как они спорят. Они оба одинаково упрямые, — я никогда не видел, чтобы мой брат проигрывал в споре, пока он не встретил ее. Но в ней он обрел достойную пару.
Магнар усмехнулся, забирая у брата бутылку виски и поднося ее к губам.
— Ну и что такое любовь без страсти? — спросил он, протягивая бутылку мне, но я отрицательно покачала головой, и вместо этого он передал ее Клариссе.
— Ты думаешь, спорить — это хорошо? — Кларисса усмехнулась, делая глоток, затем снова передала ее Джулиусу. Она коснулась своими пальцами его пальцев, и он на мгновение заколебался, прежде чем отстраниться.
— Может быть, — сказал Магнар. — Или ты собираешься отрицать, что твоя кровь не бурлит, когда ты дразнишь моего брата?
Услышав это замечание, Джулиус выпрямил спину, а Кларисса покачала головой в яростном отрицании.
— Мне не нравится спорить с ним, — ответила она. — Он высокомерный, самонадеянный…
— Вам двоим следует прекратить танцевать друг вокруг друга, — сказал Магнар, игнорируя ее. — Жизнь слишком коротка.
Джулиус нахмурился, глядя на Магнара, как будто не знал, что сказать. — Ты же не можешь всерьез подталкивать меня к…
— К чему? — Магнар обхватил меня за талию и притянул к себе на колени. — Быть счастливым? Младший брат, я умер, когда убил Идун. Я не должен был быть здесь сейчас, но я остался ради этой женщины в моих объятиях. Цена пребывания с ней означает, что я должен питаться от нее. Ты действительно думаешь, что я буду осуждать тебя за любовь к вампиру после всего этого?
Взгляд Джулиуса скользнул к Клариссе, и она неестественно затихла.
— Любовь к ней? — он спросил, и я могла сказать, что он хотел, чтобы это прозвучало пренебрежительно, но вместо этого его голос прозвучал странно напряженно.
— Брось это, брат. Это написано у тебя на лице. — Магнар крепче сжал мою талию, и я прислонилась к его груди, стараясь не улыбаться.
Джулиус нахмурился еще сильнее. — Значит, тебя даже не волнует, что я…
Магнар покачал головой, и Джулиус снова посмотрел на Клариссу, тяжело вздохнув.
— Тогда к черту все. — Он опрокинул бутылку виски в рот и с громким стуком швырнул ее в огонь.
Джулиус вскочил на ноги и пересек пространство перед нами тремя большими шагами.
— Что ты делаешь? — Кларисса ахнула, взглянув на него.
— Очевидно, предлагаю тебе весь мир. Если ты этого хочешь? — Он протянул ей руку, и ее губы приоткрылись, когда она посмотрела на него.
Мгновение повисло между ними бесконечно, и я заерзала в объятиях Магнара, беспокоясь, что она вот-вот откажет ему.
  
— Я хочу этого, — выдохнула Кларисса, вкладывая свою руку в его.
Джулиус рывком поднял ее на ноги и поймал ее губы своими, когда она обвила его руками.
Магнар издал глубокий смешок, и я ухмыльнулась, когда он крепче сжал меня в объятиях.
Кларисса застонала от желания, и Джулиус поднял ее на руки, а она обвила ногами его талию. Его руки скользнули под ее рубашку, приподнимая материал сзади, и я не смогла удержаться от смеха, когда он понес ее обратно к палаткам.
Я повернулась к Магнару, когда мы остались одни у костра, и протянула руку, чтобы обхватить его лицо ладонью, проведя большим пальцем по щетине, которую обнаружила там.
— Ты хороший брат, — сказала я, наблюдая за мерцающим пламенем, отражающимся в его золотистых глазах.
— У меня бывают моменты, — согласился он с улыбкой. — Хотя в конечном итоге мы можем пожалеть, что это произошло.
— Почему? — Спросила я.
— Потому что теперь нам придется остаток ночи слушать, чем они занимаются.
Кларисса вскрикнула от удовольствия из палаток позади нас, и я не смогла удержаться от смеха, прислонившись к груди Магнара.
— Ну, может быть, нам просто нужно отвлечься от этого. Кроме того, ты все еще не поел. — Я повернулась к нему лицом, запечатлела поцелуй на его губах и почувствовала, как он улыбается мне на губах.
— По-моему, это хорошая идея, — согласился Магнар.
П
роснувшись рано утром, я взобрался на пальму, напевая себе под нос, на краю пляжа. Я сорвал несколько кокосов с верхушки и бросил их на песок. Обхватив ногами узкий ствол, я соскользнул на землю и подобрал свои припасы.
— Ты поешь? — Кларисса окликнула меня, выходя из палатки Джулиуса и направляясь к тлеющим углям костра. На ней определенно была его футболка.
Я замолчал. — Нет, я напевал.
— Напев — это форма пения, — обвинила она, и я покачал головой.
— Это совершенно не так. — Я опустился на землю и сел перед костром, бросив на нее озадаченный взгляд. — Ты вышла из палатки Джулиуса, как будто это совершенно в порядке вещей?
Кларисса прикусила нижнюю губу, и ее глаза загорелись такой страстью и любовью, что мои брови приподнялись.
— Да, — прошептала она, дергая за подол футболки Джулиуса.
Уголки моих губ приподнялись, и когда я открыл рот, она наклонилась надо мной.
— Не смей говорить: «Я же говорил». — Она укоризненно указала пальцем.
— Я и не собирался. — Моя улыбка стала шире. — Я собирался сказать, что очень рад за тебя. Он делает тебя счастливой, не так ли?
Она нетерпеливо кивнула. — Очень счастливой. — Она слегка застонала от какого-то воспоминания, и я поджал губы.
— Мне не нужны подробности, — добавил я.
Она драматично вздохнула. — Тысячу лет у меня не было сестры, с которой можно было бы поговорить, Эрик. Только братья. Раньше ты всегда слушал меня.
— Верно, но сейчас все по-другому. Тогда ты просто жаловалась на то, что ни один мужчина не может тебя удовлетворить. Но судя по твоему взгляду, ты собираешься сказать мне что-то совсем другое. И я не уверен, что готов это услышать.
Она подошла ближе по песку с озорной улыбкой. — Ну же… ты один из немногих людей в мире, с которым я могу поделиться своими секретами. — Она схватила меня за руку, и я склонил голову набок.
— Знаешь, ты можешь поговорить с Монтаной и Келли, — указал я.
— Хорошо, — она фыркнула и затихла. Она оглянулась на палатки, а ее ноги зарывались в песок, пока она теребила волосы.
Я вздохнул, зная, что она умирает от желания что-то рассказать. — Ладно, рассказывай, — подбодрил я.
Она бросилась в мои объятия и опустила руки мне на плечи. — Он — это все, Эрик. Клянусь богами — ах, что он со мной сделал… — Она снова застонала, а я начал бороться со своими инстинктами, стараясь не поморщиться.