Гарри Поттер и новая семья. Первый курс (СИ)

Элин насчет теории волновалась намного меньше, ведь примерно половина вопросов была рассчитана так, чтобы даже самые легкомысленные ученики получили хотя бы «удовлетворительно». Зато в практической части она блестяще справилась со всеми заданиями, сорвавшись лишь на трансфигурации — созданная ею табакерка была украшена миленькими мышиными ушками, и попытка доказать профессору Макгонагалл, что это не ошибка, а инновационное дизайнерское решение, успехом не увенчалась.
  
Гарри, которого с той ночи в лесу начали преследовать ночные кошмары, по совету друзей отправился в больничное крыло и без лишних вопросов получил от мадам Помфри зелье сна без сновидений.
— Не волнуйся, милый, — успокоила его колдомедик, — ты не единственный школьник, перенервничавший из-за экзаменов.
Гарри не стал ей говорить, что волнуется не из-за них, а из-за камня, и еще из-за того, что его шрам с той ночи болел почти без перерыва, словно предупреждая об опасности.
Так прошло шесть дней. Последним экзаменом в субботу была история магии, по которой не надо было сдавать практическую часть, так что на обед ребята шли в прекрасном расположении духа, обсуждая предстоящие каникулы, часть которых они планировали провести вместе, отправившись со своими семьями во Францию. Сейчас им не хотелось думать ни о Волдеморте, ни о философском камне. В конце концов, они сделали все, что от них зависело, — предупредили Дамблдора, а он обо всем позаботится.
Однако во время обеда их настроение резко испортилось.
— Прошу минуточку внимания! — встал со своего места директор. — Сегодня вечером попечительский совет организует традиционный прием по случаю окончания учебного года, куда приглашены все преподаватели. Надеюсь, что вернувшись утром, мы найдем замок в целости и относительной сохранности...
Хитро прищурившись, Дамблдор бросил взгляд в сторону близнецов Уизли.
— Всем старостам после обеда следует подойти к профессору Снейпу за дополнительными инструкциями, — продолжил он. — Они вместе с профессором Квирреллом любезно взяли на себя труд по поддержанию порядка в школе.
— Если кто-то думает, что сегодняшний вечер — хорошее время для нарушения дисциплины, — тихий голос профессора зельеварения услышал каждый человек в Большом зале, — то он глубоко заблуждается. Искренне советую всем ученикам не испытывать судьбу и не затевать никаких... шалостей.
При этих словах Снейп посмотрел прямо на Гарри, и тот, вспомнив совет профессора Спраут, быстро опустил глаза в тарелку.
— Не могу поверить, что директор решился оставить школу после нашего предупреждения! — волновалась Гермиона. — Неужели он не понимает, что отсутствие преподавателей — это самое лучшее время для похищения камня?
— Думаю, он прекрасно это понимает, — ответила ей Элин. — И он не просто так оставил в школе именно Снейпа с Квирреллом. Это наверняка ловушка.
— А что, если нет? — сказал Гарри. — Да, все говорят, что как маг Дамблдор сильнее Волдеморта, но не забывайте, что тот десять лет творил в Британии, что хотел, и никто не мог его сдержать. Что, если и сейчас он как-то обманет директора?
— Ну и что ты предлагаешь делать? — спросила его Гермиона. — Встать на стражу в запретном коридоре? Но нам даже приближаться к нему нельзя! Забыл, что сказала профессор Спраут?
— Предупредим Квиррелла, — предложил Гарри. — Не думаю, что он удержит Снейпа, но может быть, сможет хотя бы понаблюдать за коридором и если что-то увидит — пошлет сообщение директору.
Поскольку других вариантов не было, они втроем направились к кабинету профессора защиты. Гарри уже поднял руку, чтобы постучаться, но замер, услышав за дверью знакомое хныканье.
— Нет-нет, господин, прошу вас, не начинайте снова... — было похоже, что Квирреллу кто-то угрожает.
Ребята огляделись и приникли ушами к двери.
— Да, господин, я понял, сегодня ночью... — голос Квиррелла стал тверже. — Вы будете довольны, мой лорд, обещаю.
За дверью послышались шаги, и они бросились прочь от кабинета, не дожидаясь, пока Квиррелл их заметит.
— Снейп все-таки дожал его, — сказал Гарри, когда кабинет профессора скрылся за поворотом. — И вы как хотите, но сегодня ночью я пойду в запретный коридор.
— И что ты там будешь делать? — спросила Элин.
— Не знаю, — ответил ей брат, — но что еще мне остается? Если директор в курсе происходящего, то со мной там ничего плохого не случится. Ну а если нет... Тогда Волдеморт достанет камень и сразу же меня убьет, я уверен в этом. А так у меня будет хотя бы небольшой шанс помешать ему. В конце концов, мы в этом году хоть чему-то, да научились. У меня просто нет иного выбора.
— Не у тебя, а у нас, — поправила его Элин. — Ты же не думаешь, что я отпущу тебя одного?
— Крайняя необходимость, — прошептала вдруг Гермиона. — Ты была права, Эль, она таки наступила. Жаль, что ты предсказываешь только плохое...
— Про грядущие неприятности лучше знать заранее, — ответила ей Элин. — Ты с нами?
— Разумеется, — кивнула Гермиона. — Это страшная авантюра, но... Я верю директору. Если он хочет, чтобы мы туда пошли, то значит, так и надо.
— Хорошо, — Элин вздохнула. — Но, господин секретарь, прошу вас занести в протокол, что мне эта затея совсем не нравится...
Какая-то невероятно важная мысль змейкой проскочила по краю ее сознания, но исчезла прежде, чем девочка успела ее ухватить.
— Флейта — есть, мантия-невидимка — есть, палочки — есть... — сверялась Гермиона со списком, когда они стояли в опустевшей пуффендуйской гостиной. — Веревка — есть, нож — есть... Жаль, что у нас нет фонаря... Что еще мы забыли?
— От парочки Калашниковых я бы не отказалась, — не удержалась Элин.
— Против Пушка не поможет, — ответила Гермиона, — обойдемся палочками. Давайте примерим мантию, надо убедиться, что она скроет нас троих.
— Вы собираетесь в запретный коридор! — донесся до них громкий шепот. — Я так и подумал, когда увидел, что твоя кровать пуста, Гарри.
Выйдя из мужского общежития, Невилл подошел к их компании, и Элин показалось, что парень сейчас упадет в обморок от собственной смелости. Впрочем, палочку в руке он держал достаточно крепко.
— Вы хотите похитить философский камень? — спросил он.
— Откуда ты про него знаешь? — удивилась Гермиона.
— Вы про него говорили в тот день, когда мы увидели зеркало. И потом тоже. Я немножко вас подслушивал, извините, — смутился Невилл.
— И что ты хочешь? Остановить нас? — спросила Элин, потянувшись к своей палочке.
— Я хочу с вами пойти, — ответил он. — Этот камень... ну, я как только читать научился, стал искать, как можно вылечить родителей... Но везде говорилось, что никак нельзя, потому что Круциатус — очень сильное заклятие. И только в одной книге автор в примечании написал, что если и есть на свете что-то, что способно справиться с последствиями Круцио, то это эликсир жизни, который по легенде способен вылечить вообще от всех болезней. Правда, никто не пробовал, потому что философский камень только один, но...
Ребята переглянулись.
— Ты немного ошибся, Невилл, — сказала, наконец, Гермиона. — Украсть камень хочет Снейп, мы же пытаемся его остановить.
— Но если вам это удастся, — взмолился Невилл, — то может быть, Фламель в благодарность даст мне немного эликсира. Пожалуйста, не прогоняйте меня, это мой единственный шанс!
— Полезай под мантию, — решительно произнес Гарри. — Проверим, поместимся ли мы под ней вчетвером.
Неизвестно, была ли мантия особым образом заколдована или просто ее сшили на весьма крупного человека, но четырех детей она накрыть смогла, хоть им и потребовалось для этого вплотную прижаться друг к другу и идти очень медленно. К счастью, ни завхоз, ни оба профессора на пути так и не встретились.
  
— Должно быть, Филч караулит выход из гриффиндорской башни, надеясь поймать близнецов, — произнес Гарри, когда они добрались до запретного коридора. — Квиррелл дрожит от страха у себя под кроватью, если вообще не сбежал. Ну а Снейп готовится украсть камень...