Гарри Поттер и новая семья. Первый курс (СИ)

— Вы ведь правша, мисс Олсен? Отлично. Вытяните правую руку, вот так, — Олливандер вытащил из кармана длинную линейку, которая сразу же подскочила к девочке и, то укорачиваясь, то удлиняясь, измерила сперва ее руки и ноги, затем расстояние от плеча до пола и, напоследок свернувшись в кольцо, измерила окружность ее головы.
Сам мастер в это время отошел к полкам и стал вытаскивать одну коробку за другой.
  
— Внутри каждой палочки находится волшебная субстанция, — пояснил он. — Я обычно использую шерсть единорога, перья феникса или сердце дракона, и каждая моя палочка индивидуальна, потому что не бывает двух похожих единорогов, драконов или фениксов.
— А какие палочки больше подходят для прорицаний и огня? — спросила Элин.
— Для прорицаний — никакие, это врожденный дар, и палочка там почти не используется, — ответил Олливандер. — А вот для огня... Я так понимаю, у вас к нему сильное сродство?
Он окинул Элин цепким взглядом.
— Что ж, попробуйте вот эту. Бук и сердце дракона. Взмахните ею!
С замиранием сердца она взмахнула предложенной палочкой, и... ничего не произошло.
— Нет, это, очевидно, не ваша, — произнес мастер, забирая палочку у нее из рук. — Ну ничего, не расстраивайтесь, где-то здесь наверняка есть та, которой вы предназначены. Вот, попробуйте клен и перо феникса.
Элин пробовала одну палочку за другой, но ни одна из них не была признана подходящей. Некоторые вроде бы вызывали у нее покалывание в пальцах, но когда она сказала об этом Олливандеру, тот лишь покачал головой.
— Вы были правы, профессор, — грустно заявил, наконец, ее отец. — Это довольно скучный процесс. Без обид, мастер, но я просто ничего в нем не понимаю.
— Ничего страшного, мистер Олсен, — рассеяно ответил тот, не отрываясь от своего занятия. — Даже из волшебников мало кто в нем разбирается, именно поэтому изготовление палочек — столь редкое искусство. Вы можете подождать в баре, если хотите. Он через квартал отсюда.
— Пойдемте, профессор, — Эрик любезно распахнул дверь перед Макгонагалл. — Вы позволите вас угостить?
— Когда вы закончите, идите в магазин мадам Малкин, он прямо напротив, — обратилась та к детям. — И пожалуйста, не заходите никуда еще. Надеюсь на ваше благоразумие.
— А вы довольно необычный клиент, мисс Олсен, — Олливандер отложил очередную коробку. Его глаза сияли от удовольствия. — Я готов поставить свою репутацию на то, что палочки с шерстью единорога не для вас. Сердце дракона должно было подойти, но, как ни странно, нет. Перо феникса...
Он вдруг задумался.
— А почему бы и нет? — произнес он, протягивая руку, в которую сама собой скользнула коробка с самой верхней полки. — Сочетание очень необычное, остролист и перо феникса, одиннадцать дюймов, очень гибкая.
Элин взмахнула палочкой и из нее вылетела одинокая синяя искорка.
— Так это моя палочка? — разочарованно спросила она. Ей казалось, что должно было произойти что-то большее.
— Очень странно, — задумчиво пробормотал Олливандер и вдруг посмотрел на Гарри. — Мистер Олсен, попробуйте-ка вы.
Едва Гарри взмахнул рукой, как из кончика палочки вырвался целый сноп разноцветных искр, осветивших все вокруг.
— Так-так, любопытно... очень любопытно... Ваша палочка нашла вас с первого раза, мистер Олсен, поздравляю. Но кто бы мог подумать... Весьма любопытно... — бормотал Олливандер, упаковывая палочку в коробку.
— Извините, что именно любопытно? — удивился Гарри.
— Видите ли, мистер Олсен, я помню все проданные мной палочки, — ответил мастер. — В вашей — перо феникса, как я уже сказал, и обычно феникс отдает только одно перо из хвоста, но в вашем случае он отдал два. Одно из них — тут, а второе... Ну что ж, не буду скрывать, та палочка оставила у вас на лице этот шрам.
— То есть, мы с Волдемортом, — Олливандер вздрогнул, но Гарри не обратил на это внимания, — выбрали палочки-сестры?
— Именно это и странно, мистер Олсен, — ответил тот. — Только не вы выбрали, а вас, я ведь говорил, что это палочка выбирает волшебника, а не наоборот. Так что думаю, что мы должны ждать от вас больших свершений. Ведь Тот-Чье-Имя-Нельзя-Называть сотворил много великих дел. Да, ужасных, но все же великих.
Он обернулся к едва сдерживающей слезы Элин, которая уже представляла, как мистер Олливандер, перепробовав все три тысячи сто двадцать палочек, с позором выгоняет ее из магазина и заявляет, что она — ненастоящая волшебница и должна будет убираться обратно в обычный мир.
— Ну что же, теперь продолжим с вами... О, не стоит плакать, мисс Олсен, не расстраивайтесь. Палочки капризны, иногда они находят своего волшебника сразу, а иногда заставляют попотеть. Так на чем мы остановились? Не единорог, не дракон, феникс вроде бы подошел, но... Хм. А что, если попробовать эту?
Он вложил в ее руку палочку из светлой древесины с красноватыми прожилками, и ее слезы моментально высохли. По ее телу разлилось успокаивающее тепло, она взмахнула рукой и вызвала красный фейерверк, такой же, как минуту назад вызвал Гарри.
— Ну вот, а вы боялись, — обрадовался Олливандер. — Видите, и ваша палочка, наконец, нашлась. Хотя мне следовало сразу догадаться, едва вы сказали, что склонны к огню...
— А из чего она? — поинтересовалась Элин.
— Делоникс и чешуя саламандры, десять с половиной дюймов, умеренно гибкая, — ответил мастер. — Я сам не использую столь редкие компоненты, но мой отец обожал экспериментировать и постоянно привозил что-то новое из самых разных мест... Палочка ждала вас почти сотню лет, мисс Олсен.
— Мантии, шляпа, защитные перчатки, зимний плащ... Так, а под мантиями нам что, голыми ходить? — Элин перевернула список. — Ага, тут приписка:
«В учебное время все ученики должны придерживаться следующей формы одежды:
— для юношей: мантия, белая рубашка, серый джемпер, черные брюки, черные ботинки;
— для девушек: мантия, белая блузка, серый джемпер, серая юбка, чулки или гольфы, черные туфли.
Студенты также обязаны носить галстуки в цветах факультета. Обращаем особое внимание на то, что юбка должна достигать колен, за нарушение этого правила студентки будут оштрафованы».
— Несправедливо! — воскликнула она.
— И не говори, — поддержал ее Гарри, — ты же так хотела соблазнять одноклассников своими мини...
Он успел отскочить прежде, чем сестра дала ему подзатыльник.
— Я хотела сказать, что женщины носят брюки вот уже семьдесят лет! Почему школа так отстала от жизни? Где толерантность? Где мода унисекс? Где гендерное равенство?
Она с силой распахнула дверь магазина «Одежда на все случаи жизни» и сердито уставилась на стоявшего в центре зала долговязого рыжего подростка, вокруг которого суетились две женщины, подгонявшие ему мантию по росту.
— Здравствуйте, дети. Едете учиться в Хогвартс? Подождите немного, мы сейчас освободимся, — произнесла одна из них.
Элин уселась на стоявший поблизости диванчик и принялась разглядывать парня с таким видом, как будто он лично был виноват в том, что школа заставляет ее носить ненавистные юбки.
— Так вы двое тоже в Хогвартс? Первый курс? — произнес тот с таким видом, как будто делал им одолжение.
— Ага. А ты там уже учишься?
— Я — староста Гриффиндора! — примерно таким тоном, должно быть, Людовик XIV произносил свое знаменитое «Государство — это я».
— Староста чего? — удивился Гарри.
— Гриффиндор — это лучший факультет в школе, — ответил тот. Стоявшая рядом с ним портниха с маленьким черно-желтым значком, приколотым к мантии, громко фыркнула, и парень посмотрел на нее с неприязнью. Ему явно не нравилось, когда кто-то сомневался в его словах.
  
— А вы, наверное, маглорожденные, раз не знаете про факультеты? — продолжал он.
— Да, а у тебя с этим проблемы? — Элин вспомнила, что рассказывала профессор Макгонагалл.
— О нет, моя семья не презирает кого-то из-за происхождения, — ответил он.