Ее величество попаданка (СИ)
— Почему? — уточнила.
Хотя, в принципе, и сама понимала причину: нас опознают, да и скорость у направлявшихся в столицу такая, что мы точно опоздаем.
— Будущая королева не может добираться до дворца как какая-то бродяжка, — подтвердил мою догадку герцог. — Я рассчитывал успеть до того, как поднимут шумиху, но просчитался. Придётся добираться другим способом. Скажи, Мира, ты умеешь летать на пегасе?
Я поперхнулась. Вот кто умеет быть внезапным и преподносить сюрпризы! Только я что-то не уверена, что вот-вот в него за это влюблюсь.
— Не-е-ет, — проблеяла испуганно без всякого притворства, потому что увидела, куда смотрит Дым.
По тракту гнали небольшой табун рогато-крылатых монстроконей, похожих на тех, что были впряжены в движежанс Дымтея. Кстати, они шли, а не летели. И разномастные повозки тоже двигались по дороге, а не по воздуху. Интересно почему?
— Ладно. Тогда полетим на одном, — не сильно расстроился, услышав мой ответ герцог.
Взяв меня за руку, он стремительно устремился с пригорка, на котором мы стояли, прямехонько навстречу табуну.
Мама дорогая!
— А сейчас нас не разглядят? — на бегу жалобно спросила в надежде, что Дым скажет: «Точно! Совсем забыл!», треснет себя по лбу и вернётся в лес.
Но нет.
— Не успеют. Кстати!
Он на ходу нажал вызов элементаля на своём воротнике, на моем, и наши головы накрыли глубокие капюшоны.
Надежда, что лететь по небу на монстролошади не придётся, растаяла как мороженое на солнцепеке.
А мы тем временем приближались к табуну, и нас уже заметили его хозяева. Но совершенно не обрадовались. Видимо, наш внешний вид насторожил. Четверо мужчин выставили вперёд руки, и в их ладонях появились светящиеся шары. Я бы их назвала шаровыми молниями.
Но на Дыма это не произвело ни малейшего впечатления. Он так же, не сбавляя шаг, взмахнул рукой — и к табуну полетел полупрозрачный череп. Он остановился, едва не накрыв торговцев крылатыми лошадками собой, и растворился.
— Что нужно от нас некромантам верховного? — крикнул один их погонщиков настороженно.
Нам оставалось до них ещё шагов десять, но Дым с ответом не спешил. Он не произнёс ни слова, пока мы не подошли вплотную. Наверное, не хотел напрягать голосовые связки.
— Пегас. Самый быстрый и выносливый, — как само собой разумеющееся сообщил он тихо.
— Мы ведём пегасов в столицу под заказ! — возмутился главный. — Ваше ведомство не может отобрать уже оплаченного пегаса!
— Ещё как может, — заверил его Дым, но все же сжалился, — сколько? Я его выкуплю.
— Пять сотен фер, — с вызовом крикнул погонщик.
Наверное, это была приличная сумма — о местных деньгах и ценах я не имела никакого понятия. Ортания сказала, что это для меня вообще лишняя информация, потому что денег я в глаза никогда не увижу.
— Пегаса покажи, — процедил Дым, доставая из внутреннего кармана какую-то штуковину, напоминавшую ручку.
Погонщик кивнул одному из помощников, и тот, ловко протиснувшись между крупами крылатых коней, поймал особенно монструозного и ярко-рыжего. А между тем очередь спешивших в столицу на мою свадьбу подданных начала роптать и издавать всяческие раздражающие табун звуки. Пегасы заволновались, из их ноздрей повалил пар. Копытами кони принялись высекать искры из гладкого полотна дороги. Знакомиться с рыжим ближе не хотелось категорически, но моего мнения не спрашивали, поэтому через несколько секунд я была вынуждена встретиться глазами с презрительным прищуром огромного красного глаза. Конь просканировал меня…
…а потом ехидно подмигнул.
Честное слово! Как будто понял про меня что-то такое, чего я сама о себе не знала. И в тот же миг лежавший в кармане Феникс кольнул меня раскаленной искрой. Я подпрыгнула, подалась вперёд и совершенно не запланировано врезалась в мощный бок пегаса.
Пришлось его приобнять и даже погладить, чтобы не выглядеть странной.
— Какой тепленький, — промямлила я и ощутила лёгкую вибрацию, будто конь тихонько надо мной молча ржал.
— Тебе понравился? Значит, берём, — недолго думая решил Дым. Он шагнул к главному погонщику, ухватил его за руку и вывел на тыльной стороне его ладони крупным почерком сумму — пятьсот. — Обналичишь в столице в любом банке. Седлайте, да поскорее.
Судя по тому, что продавец не стал упрямиться и требовать денег за сбрую, Архейский его впечатлил. Он так и разглядывал свою руку, пока помощники готовили коня к полёту.
Ну а потом настал тот самый момент, когда моему сердцу пришла пора катиться в пятки — Дым запрыгнул в седло и лёгким движением руки подхватил меня, чтобы посадить перед собой. Я мужественно стиснула зубы и даже не пикнула, когда герцог ударил коня ладонью по холке, и тот взмыл в воздух.
Я только зажмурилась и перестала дышать.
— Никчемные трусы не нашли ничего лучше, чем устроить давку! — выругался Дым, и я открыла глаза, чтобы посмотреть, на что он ругается.
А летели мы невысоко — где-то на уровне третьего этажа, — и это давало дополнительную возможность для обзора окружающего пространства. Руки герцога надёжно держали меня в кольце, а я крепко держалась за луку седла.
Пегас летел плавно. Он будто скакал по небу, перебирая копытами, и его большие крылья за нашими спинами вроде как амортизировали и гасили тряску. Я, если честно, решила не ломать голову над вопросом, каким образом конь летает — в магических законах мне не разобраться, — и сосредоточилась на жителях страны, чтобы составить о них хоть какое-то представление.
А оно было достаточно пестрым. Но самое плохое, что на великое множество возникавших вопросов мне некому было дать ответ. Я понятия не имела, о чем знает Амирана, а о чем нет, поэтому не решалась спросить Дыма, например, о том, что это за сцепка из пяти вагончиков с решетками на окнах стремится попасть на мою свадьбу? или почему мы летим над дорогой, а не над полем?
Зато, увидев три расписных фургона, я сама догадалась, что это бродячий театр. А вереницу огромных, накрытых тканью клеток определила как зверинец.
Некоторые кареты выглядели дорого. К другим цеплялись прицепы — это наверняка торговцы везли свои товары на праздничную ярмарку. Но сильнее всего меня поразил… пусть будет табор местных цыган, которые шли по дороге пешком и вообще никуда не торопились.
— Это же из-за них на дороге так замедлилось движение, — бросила я в пространство, надеясь, что Дым поддержит разговор и хоть что-то мне объяснит.
— Джимигане всегда такие, — недовольно процедил герцог, — но ругаться с ними и к чему-то принуждать не стоит. Ты же знаешь, что они самые лучшие провидцы и проклятийники. Подгонять их — вообще в столицу не добраться.
Ой, вот от этих мне точно нужно держаться как можно дальше! Мне для полного счастья только ясновидящих не хватало!
А эти самые джими-джими вдруг дружно задрали головы и пристально посмотрели на нас, как будто услышали мои мысли!
— Чего это они? — ахнула я. — Проклинают?
Как-то нехорошо стало, аж мороз по коже пробежал, а Дым только рассмеялся.
— Мира, душа моя! Со мной тебе не страшны никакие проклятья. Я ведь верховный маг, не забыла? — успокоил и небрежно махнул рукой в сторону табора.
В них полетел уже знакомый мне череп, но в этот раз не рассыпался, а так и завис. Мы отлетели на приличное расстояние, а он все висел, пока не скрылся из вида.
А движение внизу хоть и стал живее, но все же оставалось затрудненным.
— Ой, смотри, Дым! Кто-то летит на движежансе таком же, как твой сломанный! — воскликнула я, разглядев впереди летящий вагончик.
— И это нехорошо, — пробормотал герцог и повернул Пегаса правее, «в чистое поле», — рискнем облететь их по бездорожью.
Я даже оторвала руку от седла, чтобы прикусить палец — так сильно захотелось спросить, в чем же риск? зачем мы вообще над дорогой летим? Но вот такую элементарную вещь Амирана наверняка знала. А настоятельница упустила из вида. Мне оставалось только гадать над их странными правилами дорожного движения, и пока единственное, что приходило на ум — магия. Скорее всего, дороги магические и что-то давали двигавшимся по ним и над ними путешественникам. Но что именно — придумать было сложно.