Экстренная помолвка (ЛП)

Музыка прекратилась.
Парочка приземлилась на кровать, запутавшись в конечностях друг друга. Её пальцы застряли в поясе его джинсов, большая рука легла ей на грудь, в то время как другая схватилась за её зад, и эта рука точно принадлежала не ей.
– Привет, сладкая! Мы приехали чуть раньше! – пропел знакомый голос из прихожей.
Саванна обернулась и увидела улыбающееся лицо своей матери, которая появилась на пороге спальни.
– Всего хорошего в день... – улыбка исчезла с её лица, – благодарения...
– Мама!
Саванна сползла со своего соседа, при этом нечаянно заехав ему локтём в живот. Её мать медленно зашла в комнату, за ней последовали сестра, Синклер, и её отец. Три пары глаз уставились на солнечный хаос в спальне, мужчину на её кровати, а потом почему-то на её майку.
На неё снизошло странное, фантастическое спокойствие, когда она проследила за их взглядами. Ну конечно! Её левую грудь декорирует большой, ярко-жёлтый отпечаток руки, и у неё есть смутное сомнение, что на попе похожее украшение. Саванна услышала в голове голос одной из своих самых строгих профессорш в высшей школе искусства.
 «Мне всё равно, с чем вы работаете: с маслом, углём или мусором. Средства не имеют значения. Вы можете создавать высокое искусство даже красками, высосанными из пальца, главное, чтобы результат в глазах наблюдателя нёс посыл». 
Происходящее в настоящую минуту совершенно точно несёт посыл. Что-то вроде: «Упс! Моя семья ворвалась в мою живопись с возрастным цензором восемнадцать плюс». Саванна перевела взгляд на лжехудожника, который до сих пор лежал во всей красе с голым торсом на её матрасе, приподнявшись на локте, как будто он всё своё свободное время проводил там. Её взгляд скользнул книзу, и она сглотнула стон, рвавшийся из груди. Более маленькие отпечатки рук, но не менее заметные, светились на бедре на застиранной ткани его грубых джинсов и...ух, Саванна, хорошо прицелилась... на его ширинке.
Её отец откашлялся – знак того, что он хотел что-то сказать, но она его опередила.
– Это не то, чем кажется!
Синие, словно ночь, глаза Синклер сверкнули.
– Думаю, не существует определения тому, чем это кажется, но я буду исходить из того, что ужин вчера прошёл как надо. Если бы ты ответила хоть на одну СМС, что я тебе посылала, то мы бы ехали медленней... – её взгляд скользнул к кровати, и она подмигнула, – намного медленней!
Чёрт! Синклер решила, что полуголый мужчина на её кровати – Митч.
 «Это твой штраф за то, что ты слишком смело строила догадки и рассказала ей о том, что твой ужин с «М» по поводу шестимесячной годовщины отношений, скорее всего, закончится кольцом». 
Старая привычка. Когда они с сестрой были детьми и подростками, то доверяли друг другу всё: когда она в шестом классе влюбилась в своего учителя по искусству, мистера Кейси; когда на весенних каникулах на первом году обучения в высшей школе покинула ряды девственниц; когда ожидала, что честолюбивый, но романтичный адвокат, с которым она встречалась, сделает ей предложение – всё это она рассказывала своей сестре Синклер.
Её мама подошла к кровати. Блондинистые кудряшки, длиной до подбородка, весело запрыгали при ходьбе. Она улыбнулась и протянула руку.
Соседа хорошо воспитали, так как он поднялся и пожал её руку в ответ.
– Здравствуйте! Я мама Саванны – Лорел. Вы должно быть тот самый загадочный «М», о котором мы так много слышали. Я... о, Боже! У вас кровотечение!
Пресвятые, это действительно так... до сих пор, хотя уже не так сильно, как в начале. Ему нужно к врачу, а не знакомиться с её заблуждающимися родителями.
– Я же сказала, что это не то, чем кажется! Я... он...
– Я застал вашу дочь врасплох, когда она красила комнату. – Он закрыл рану полотенцем.– Произошёл небольшой несчастный случай.
Несмотря на рану на голове, его глубокий голос звучал твёрдо и успокаивающе, но Саванна не хотела рисковать.
– Он приуменьшает. На мгновение он потерял сознание. Я как раз хотела звонить в скорую, когда вы пришли.
 
– В этом нет нужды, – возразил он.
– Конечно, нет, – вмешался её отец, кивая, из-за чего прядь его тёмных волос упала ему на лицо. – Мы сами отвезём вас в отделение скорой помощи.
Он начал рыться в карманах своих брюк цвета хаки в поисках ключей от машины. Краем глаза Саванна уловила движение рядом с дверью своей спальни, но прежде, чем успела что-то сказать, её отец добавил:
– Это самое малое, что мы можем сделать для своего будущего зятя.
– Будущий зять? – послышался восхищённый вопрос от привлекательной брюнетки, вошедшей в спальню. Она показалась ей знакомой.
Женщина держалась за дверную ручку и боролась с подступившими к глазам слезами.
– Господи, спасибо! Мои тайные мольбы были услышаны!
 Глава 2 
Дерьмо.
Бью почувствовал, что стал таким же белым, как полотенце, которое он прижимал ко лбу.
– Мама! Папа! – произнёс он, когда его отец вошёл в комнату и положил свою руку на плечо его матери. Его отец огляделся. Он одарил всех по очереди улыбкой и сказал:
– Привет, незнакомцы!
Мама Саванны запищала, по-другому это было не назвать, и побежала к двери, чтобы поприветствовать его родителей. Её отец последовал за ней и похлопал его отца по плечу.
– Однако, мир тесен!
Или он слишком сильно ударился головой или у его шумной, непонятной и невероятно сексуальной соседки в комнате существовал секретный вход в сумеречную зону.
– Шерил и Трен Монтгомери – это правда вы? – спросила мать Саванны, обнимая его маму, как давно пропавшую сестру.
– Собственной персоной! – ответила его мама, смеясь и плача одновременно. – Лорел Смит, я узнаю тебя и Билла где угодно! Вы ни на день не постарели!
Услышав эти имена, в его памяти что-то шевельнулось. Когда-то давно, ещё до того, как он пошёл в школу, они жили рядом с семьёй Смит, но когда его отца перевели по работе, они переехали в Калифорнию. Размытые воспоминания стали отчётливей: как он лазил по соседским огородам, как встретил маленькую девочку со светлыми волосами и сунул ей под нос свою любимую резиновую змею, которая выглядела совсем как живая. Он вспомнил свою довольную мину от её испуганного крика, за которым последовал бесконечный домашний арест.
Он переключил своё внимание на соблазн воплоти, которого старался избегать с момента его появился в соседней квартире – Саванну Смит. Выходит, они уже когда-то были соседями. Возможно, они заметили бы этот факт раньше, если бы больше общались, а не просто кивали друг другу при встрече, но они не общались, что делает предположение родителей об их помолвке абсолютно смехотворным. Однако сейчас было бы совсем не весело рассеять недоразумение и наблюдать за тем, как с лиц его родителей исчезнут радость и облегчение.
– Не могу поверить! – продолжила мать Саванны. – Что привело вас сюда?
– Мы воспользовались шансом и решили вернуться к нашим истокам, чтобы жить поближе к Бью, – сказал его отец. – В начале месяца мы переехали обратно в Магнолия Гроув, но из-за работы и переезда и, – он прижал свою жену ближе, – парочки других обстоятельств, мы ещё не успели оповестить об этом всех давнишних друзей.
Парочка других обстоятельств... у его отца талант к приуменьшению.
Мать Саванны махнула рукой.
– Ваши давнишние друзья всё прекрасно понимают. Но что вы делаете тут, в квартире Саванны?
– Мы увидели открытую дверь и подумали, что это квартира Бью, – объяснила его мама. Потом она продолжила дрожащим голосом. – Когда мы приняли приглашение приехать на День благодарения, мы и понятия не имели, какой нас ждёт сюрприз! Бью и Саванна... помолвлены!
 
Она заморгала и шмыгнула носом, проиграв борьбу со слезами.
– Вы даже не представляете, как много значит для нас эта новость, особенно сейчас!
Дерьмо! Дерьмо! Просто полная задница! Бью принял решение за пол секунды, в течение которых ему удалось выругаться аж три раза. Вероятно, это самое дурацкое решение, что он когда-либо принимал, но он должен своим родителям хотя бы счастливое беззаботное рождество без переживаний за его будущее. Их семьи считают, что они с Саванной помолвлены, и он собирается сделать так, чтобы они верили в это до конца праздников.