Совсем другой дракон (ЛП)
— Это не важно, — отмахнулся Черный Размах. — Тебе не нужно знать игру, чтобы испортить ее. Просто не делай то, что он сказал тебе делать, и все само развалится.
— Но это я и пытаюсь сказать, — сказал Джулиус. — Кроме приказа не освобождать Челси, который я уже нарушил, Боб никогда не указывал мне ничего, кроме «быть собой».
Черный Размах замер, глядя на Джулиуса, словно тот говорил на неизвестном языке.
— И все? — сказал он. — Быть собой? Он только это сказал?
Джулиус кивнул, и старый пророк нахмурился.
— Этого не может быть.
— Знаю, — Джулиус не знал, плакать или смеяться от абсурдности. — Но, клянусь, он сказал только это. Поверьте, если бы я знал, что он хотел убить Амелию, мы сейчас не говорили бы. Я уже разбил бы его планы на кусочки. Но я не знал. Вы, Челси и другие говорите, что я избран Бобом, но он ничего не говорит мне. Я даже больше не получаю его безумные сообщения, — и он не думал, что будет скучать по этому.
Черный Размах посмотрел на свои колени, длинные пальцы стучали по ногам, пока он думал. Тишина длилась так долго, что Джулиус стал переживать, что он впал в какой-то сон, или что делали конструкты, когда были перегружены. Он не успел решить, что делать с этим, Черный Размах встал.
— Я ценю, что ты говоришь со мной, — он склонил голову. — Это было… познавательно.
— Конечно, — выпалил Джулиус, вставая. — Но, пока вы не ушли, можете кое-что сказать? Вы сказали, что знали, где собирался быть Боб. Если бы вы сказали мне, может, я нашел бы его. Поговорил с ним. Он — умный дракон. Уверен, я мог бы…
— Нет, — твердо сказал Черный Размах. — Его местоположение ничего тебе не даст. Ты — его пешка. Если я подвину тебя, он вернет тебя на место, — он подумал еще миг, а потом снова покачал головой. — Нет. Думаю, сейчас тебе лучше продолжать, хотя если он попросит тебя что-нибудь сделать, помни о моем совете.
— Буду, — пообещал Джулиус, кусая губу. — Но было бы куда проще, если бы вы дали намек на то, что он пытается сделать. Если вы следите за ним, это связано с продажей будущего, но почему? Что он пытается сделать?
— Не могу сказать, — Черный Размах явно злился. — Не из-за того, что не доверяю тебе, а потому что он еще не сделал этого. Я уже пролез дальше, чем должен, просто поговорив с тобой сегодня. Если я надавлю еще, могу ошибиться сам, а я не могу это допустить. Но я не был бы тут, если бы угроза не была огромной. Ты теперь знаешь, что на кону. Если ты такой дракон, как я думаю, ты сделаешь все, что ты можешь, чтобы остановить Брогомира, пока он не обрек себя, а я этого и прошу.
— Но откуда мне узнать? — спросил Джулиус. — Я даже не понимаю, что пытаюсь остановить.
— Ты поймешь, — пообещал Черный Размах, открывая дверь. — Когда это случится, ты поймешь, потому что будешь в сердце этого, — он склонил голову еще раз и вышел в коридор. — Увидимся в Детройте.
— Стойте! — Джулиус побежал за ним. — Что случится в…
Слова умерли на его губах, когда он вырвался в коридор. Длинный пустой коридор. Джулиус даже не ощущал больше запах Черного Размаха, кроме слабого намека на старый пепел. Он все равно искал, прошел до сейфа матери и сдался. Что бы ни случилось, было очевидно, что пророка уже не было на горе. Джулиус сдался, вернулся во временную комнату, пытаясь все обдумать. Он устроился на застеленном диване, где Черный Размах сидел, когда заметил, что рядом уже нет сумки Марси.
* * *
— Я не говорю, что вы ошибаетесь, сэр, — сказал мягко Фредрик. — Но зачем Черному Размаху воровать сумку вашего человека?
— А зачем пророки все делают? — прошептал Джулиус, сжимая в ярости кулаки. — Но ее сумка была в моей комнате, когда мы начали, а когда я вернулся, она пропала. Никто другой не мог ее забрать.
Фредрик раздраженно выдохнул, и Джулиус не мог его винить. Они были в лифте, поднимались к вершине горы, чтобы попытаться поговорить с Золотым Императором. Джулиусу нужно было сосредоточиться, но он не мог отпустить это. Та сумка была всем, что осталось от Марси.
— Я должен ее вернуть.
— В сумке было то, что Черный Размах мог хотеть?
Джулиус не знал. Он даже не знал, что было внутри. Он так расстроился, что не рылся в вещах Марси, когда Челси отдала их прошлой ночью, и он не успел сделать это утром из-за вторжения. Кроме крови, ее сумка не отличалась от ее сумки в СЗД. Бедная сумка была набита до краев, хотя Марси постоянно жаловалась, что не могла ничего найти. Он все еще помнил тон ее голоса, когда она клялась, что наведет порядок или купит сумку больше, тщетно пытаясь поместить все вещи для колдовства в…
Он застыл, тело дрожало. Как всегда, мысли о прошлом, даже невинные, толкнули его в темное место, где он был, пока Челси не вытащила его. Хоть он старался себя занять, когда он задумывался, потеря Марси была еще там, как нож в боку. В извращённом смысле, он был почти рад, что император пришел. Это дало ему срочное дело, нечто крупное, что отвлекло его от зияющей пустоты. Ему нужно было это сейчас.
Он просто хотел, чтобы Черный Размах не забрал последний ее кусочек.
— Уверен, сумка вернется, — Фредрик улыбнулся ему. — Пророки ничего не делают просто так, если это был он. Но если вам нужно время…
— Нет, — твердо сказал Джулиус, взяв себя в руки. — Моей идеей было потянуть время. Как и разговор с императором. Если я не справлюсь, можно сразу подписать капитуляцию, как говорит матушка.
— Не обязательно все сразу, — возразил Ф. — Иен вернется рано утром. У нас еще есть время.
— Мне нужно время, потому я не могу его тратить, — он закрыл глаза и встряхнулся, отгоняя горе к уголкам разума, чтобы сосредоточиться на задании впереди. — Вот, — сказал он, закончив. — Я в порядке. Все будет хорошо. Сделаем это.
Фредрик не был убежден, но не давил. Он прошел ближе к младшему брату, лифт остановился, и золотые двери открылись, стало видно коридор, ведущий к тронному залу на вершине горы Хартстрайкер.
Или тому, что от него осталось.
— Что за…
Фредрик оправился первым, сжал дверцы лифта, склонился над панелью и проверил номер этажа, но ошибки не было. Это был верхний этаж, но…
— Тут пусто, — сказал Джулиус, проходя в знаменитый Зал Голов Бетезды. Вот только все гадкие трофеи кровавого подъема их матери пропали. Даже чистые места от табличек отмыли, от лифта до дверей тронного зала остались только пустые каменные стены.
— Как они это сделали? — прошептал Фредрик, глаза были огромными. — Часть голов была проклята, и они были тяжёлым.
— Думаю, все возможно, если хватает рабочих, — прошептал Джулиус, глядя на двери в конце коридора, где пара жутких мужчин в традиционных монгольских нарядах сторожили двери тронного зала. От них пахло драконами, это были два красных дракона, которые остановили его и его мать в пустыне. Они были размером с Конрада. — Будь близко, — шепнул он, поправил воротник старомодного и плохо сидящего костюма, который Фредрик нашел для него на складе.
Ф поступил лучше. Он почти наступал на пятки Джулиуса, пока они шли по теперь безголовому коридору. Они остановились на уважительном расстоянии от тихих стражей.
— Здравствуйте, — Джулиус старался выглядеть дружелюбно и не грозно. Хотя он не мог запугать таких драконов. — Вы можете помнить меня с утра, но я — Джулиус Хартстрайкер, один из глав Совета Хартстрайкеров. Я пришел просить аудиенции с Цилинем.
— Золотой Император не хочет тебя видеть, — сказал страж слева на идеальном английском. — Вернись завтра во время, назначенное для капитуляции.
— Откуда вам знать, если вы не спросили? — парировал Джулиус, вежливо улыбаясь. — Обещаю, что не займу много его времени. У меня возникло пару вопросов о соглашении о капитуляции. Чем быстрее я получу ответы, тем быстрее закончится неловкий период ожидания, и мы придем к соглашению.
Вопрос капитуляции был «когда», а не «если», и это не должно было сработать, но, как Джулиус заметил внизу, император не относился к сделке как к должному. Дракон, уверенный в успехе, не подслащал бы сделку сразу же. И верно, как только он намекнул, что был шанс закончить быстрее, драконы Цилиня ухватились за это.