Загадочный Шекспир
Николас Роу
Загадочный Шекспир
© Оформление. ООО «Издательство АСТ», 2022
© Pallas Athene (Publishers) Ltd, 2009
* * *Версия чандосовского портрета работы французского художника Бенуа Арло и гравера Гаспара Дюшанжа
Фронтиспис, использованный для каждого из томов издания пьес Шекспира, составленного Роу. Эта копия фронтисписа из издания произведений Корнеля, в которой бюст французского драматурга заменен версией чандосовского портрета, изображает летящую над поэтом Славу и коронующих его Трагедию и Комедию.
Гравированный портрет Николаса Роу, использовавшийся на фронтисписе собрания его сочинений; выполнен с портрета кисти сэра Годфри Неллера
Вступительная статья
Чарльза Николла
Некоторые сведения о жизни и т. д. г-на Уильяма Шекспира были написаны Николасом Роу в качестве предисловия к составленному им солидному шеститомному изданию пьес драматурга, опубликованному в 1709 году. Это предисловие часто называют первой биографией Шекспира. С тех пор появились сотни его жизнеописаний — более длинные, весомые, основательные и, несомненно, более точные в отношении фактов, — однако краткий биографический очерк Роу заслуживает серьезного отношения даже спустя три столетия после своего появления.
Он был создан почти через сто лет после смерти Шекспира (1616), когда уже не было в живых ни его современников, ни непосредственных свидетелей описанных событий, в условиях незначительного количества печатных источников, на которые можно было бы опереться. Какой-то условно биографический материал мог быть почерпнут из вступления к Первому фолио (1623), изданному бывшими коллегами Шекспира Джоном Хемингом и Генри Конделлом. Несколько случайных комментариев и анекдотов содержались в трудах [1]«Бруски, или Открытие материи и человека» (англ. Timber, or Discoveries made upon men and matter) Бена Джонсона (1640), «История знаменитостей Англии» (англ. History of the Worthies of England) Томаса Фуллера (1662), «Эссе о драматической поэзии» (англ. Essay of Dramatic Poesy) Джона Драйдена (1668) и «Сведения об английских поэтах-драматургах» (англ. An Account of the English Dramatick Poets) Джерарда Лангбейна (1691). Ряд интересных, хотя и не всегда правдоподобных, деталей выявил Джон Обри, но они были погребены в хаотической груде неизданных рукописей, и вряд ли Роу что-то о них знал.
Таковы источники Роу — разрозненные сведения из реальной биографии и сформировавшегося вокруг нее предания tamquam tabula naufragii («напоминающие то, что осталось после кораблекрушения»), как метко выразился Обри. Роу первый, кто попытался собрать их воедино и сложить отдельные факты в более полное повествовательное описание — на деле этот его замысел передает слово account, финансовая коннотация которого наводит на мысль о символическом подведении итогов жизни человека. [2]
Подход, удовлетворивший Роу, был в какой-то степени новым. Как «трепетно», говорит он, люди «относятся к открытию любых мелких свидетельств, связанных с личной историей славных людей прошлого, с их семьями, с общими случайностями их жизни, и даже их фигура, склад характера и черты лица становятся предметом пристального изучения. Какой бы мелочной не могла показаться такая любознательность, она, конечно, очень естественна…» Сегодня мы принимаем подобную любознательность как должное, но в начале XVIII века искусство биографии еще находилось в зачаточном состоянии. Его первый расцвет состоялся несколько десятилетий спустя, с появлением таких работ, как «Жизнь поэтов» (англ. Lives of the Poets) (1779–1881) Сэмюэла Джонсона и «Жизнь Сэмюэла Джонсона» (англ. The Life of Samuel Johnson) Джеймса Босуэлла (1791). Именно в этот более поздний период и в этом литературном кругу появилась первая подробная научная биография Шекспира — труд Эдмонда Мэлоуна, опубликованный в 1790 году.
Биография, написанная Роу, не идет ни в какое сравнение с биографией Мэлоуна, но ее значение в другом: она важна благодаря соединению разрозненных сведений и впечатлений в нечто похожее на портрет человека и также как образчик стиля и языкового изящества своего времени. Это отнюдь не формальный панегирик великого человека, а нечто более непринужденное, разговорное, понятное. Когда Роу писал этот текст, ему было около тридцати пяти: известный литератор, профессиональный драматург (издание пьес Шекспира само по себе было для него профессиональным предприятием, за которое издатель Джейкоб Тонсон заплатил ему 36 фунтов 10 шиллингов) и друг поэта Поупа, тепло отзывавшегося о его «живости и веселом нраве». Он написал серию благозвучных трагедий, одна из которых, «Джейн Шор» (англ. Jane Shore; 1714), является прямым подражанием Шекспиру. В его самой популярной пьесе «Кающаяся красавица» (англ. The Fair Penitent; 1703) изображен серийный соблазнитель, «надменный, галантный, распутный Лотарио», имя которого будет оставаться в языке еще долго после того, как сама пьеса окажется забыта. Вряд ли стоит спорить с тем, что Роу был второстепенным автором, но им восхищался д-р Джонсон, включивший его биографию в свой многотомник «Жизнь поэтов» и похваливший «приятность» его стиля. Джонсон имел в виду пьесы Роу, но слово «приятность» точно подходит и для описания живого, свободного стиля «Сведений».
Появление Призрака в постановке Гамлета, из издания Роу. Актер «в неподвязанных чулках», играющий Гамлета, вероятно, Беттертон, который исполнял эту роль более сорока лет. Его выступления опирались на традицию и воспоминания об оригинальных шекспировских постановках (см. с. 22 [3] ); опрокинутый стул, подчеркивающий потрясение Гамлета, может быть частью сценического образа, созданного первым Гамлетом, Ричардом Бёрбеджем.
Литературная карьера Роу объясняет ключевую особенность этой новаторской биографии — это жизнь Шекспира, написанная человеком театра и опирающаяся на традиционные представления о Шекспире, имевшие хождение в театральных кругах. Подтверждением этого является случайно появившаяся у Роу информация, что Шекспир играл роль Призрака в ранних постановках «Гамлета». Данный факт уникален для Роу, но он связан с ранней легендой, что Шекспир играл Адама в «Как вам это понравится»: в обоих случаях речь идет о скромных ролях для немолодых людей, именно таких, какие мог бы дать себе занятой, преждевременно лысеющий актер-драматург.
Гравированный портрет Томаса Беттертона, выполненный Михаэлем ван дер Гухтом с портрета кисти Неллера и использовавшийся в качестве фронтисписа к «Жизнеописанию Беттертона Чарльза Гилдона» (1710). Латинская фраза, которая переводится как «Весь мир — театр», считается девизом «Глобуса»
Еще одной стороной этого театрального контекста является важный вклад, сделанный ветераном сцены Томасом Беттертоном, коллегой Роу, который недавно сыграл главную роль в его «Улиссе» (1705). «Должен признать, — пишет Роу, — что я определенным образом обязан ему за основную часть эпизодов, касающихся жизнеописания Шекспира… почитание памяти Шекспира заставило его совершить путешествие в Уорикшир, чтобы собрать все возможные свидетельства…» В Стратфорде Беттертон изучил метрические книги и другие «казенные документы, касающиеся этого города». По меркам того времени это расследование достойно восхищения, хотя в некоторых аспектах оно и было сделано довольно небрежно. Стоит отметить ошибочную информацию, которая затем попала в «Сведения». Шекспир являлся не одним из десяти детей, а одним из восьми; и у него было не три дочери, а две дочери и сын. Беттертон, очевидно, пропустил запись о погребении сына Шекспира Хемнета, который умер в 1596 году в возрасте одиннадцати лет. Однако он обратил внимание на детали брака Шекспира, и Роу стал первым биографом, установившим личность жены поэтапоэта: она «приходилась дочерью некому Хэтуэю, который, как утверждают, был заметным йоменом в окрестностях».
