Оружие (ЛП)
Джеффри Дивер
Оружие
by Jeffery W. Deaver THE WEAPON
© Jeffery W. Deaver , 2009
© Константин Хотимченко, перевод с англ., 2022
Все переводы, включая этот, выполнены исключительно в ознакомительных целях. Переводы считаются "общественным достоянием" и не являются ничьей собственностью. Любой, кто захочет, может свободно распространять их и размещать. Также можете корректировать, если переведено неправильно. Просьба, сохраняйте имя переводчика, уважайте чужой труд...
* * *Понедельник
" Новое оружие".
Стройный мужчина в консервативном костюме подался вперед и понизил голос:
— Это будет что-то ужасное. И наши источники уверены, что оно будет использовано этим субботним утром. Это проверенная информация. Ошибки быть не может.
— Значит четыре дня, — сказал полковник в отставке Джеймс Дж. Петерсон, его голос был серьезным, под стать ситуации. — Четыре дня.
Было уже пять часов вечера понедельника.
Эти двое мужчин сидели в неприметном офисе Петерсона, в неприметном здании в пригородном городке Рестон, штат Вирджиния, примерно в двадцати пяти милях от Вашингтона, округ Колумбия.
Существует ошибочное мнение, что операции по обеспечению национальной безопасности проводятся в высокотехнологичных бункерах, заполненных кованной сталью и конструкционным бетоном, видеоэкранами высотой в десять футов и привлекательными парнями и девушками, одетыми от Armani, которые суетливо бегают от одного стола к другому. Помещение заполняют звонки телефонов и щелчки клавиатур.
На самом деле все не так. Иногда, жизнь проще и банальней, чем этого ожидают другие. Ничем непримечательный, серый офис, вполне могла бы занимать страховая компания или тур-агентство.
Худой мужчина, работавший на правительство, добавил:
— Мы не знаем, идет ли речь об обычных, ядерных бомбах или о чем-то совершенно новом. Биологическом оружие. Но аналитики пришли к выводу что речь идет о массовом уничтожении. Кто-то даже использовал термин — "непоправимый ущерб".
— И кто стоит за этим оружием? Аль-Каида? Корейцы? Иранцы? Может, не дай бог Русские?
— Один из наших врагов.
— Не очень сузился круг.
— Это все, что мы знаем на данный момент... Итак, нам нужно, чтобы вы узнали об этом первым.
— Есть зацепки?
— Да, хороший человек — алжирец, который знает, кто создал ЭТО оружие. Он встречался с ними на прошлой неделе в Тунисе. Он профессор и как бы это назвать... независимый журналист.
— Сумасшедший?
— Почти. Блогер.
— Террорист?
— Насколько нам известно, то нет. Его заметки в блоге носят умеренный характер. Он не является открытым боевиком. Не призывает к свержению власти, не использует религию или нецензурные слова. Не привлекает спонсоров, и даже не размещает рекламу и репосты.
— Но! Всегда есть но...
— Но наши местные источники уверены, что он контактировал с людьми, которые создали оружие и планируют его использовать.
— У тебя есть фотографии?
Как по волшебству, из портфеля стройного мужчины появилась фотография и, словно ящерица, скользнула по столу.
Полковник Петерсон остановил ее скольжение большой ладонью и склонился вперед.
Вторник
Из соседнего кафе доносилась музыка чабби, которая периодически терялась в звуках тяжелых грузовиков и юрких мотороллеров, бешено несущихся по этой торговой улице Алжира.
Водитель белого фургона, смуглый местный житель, скорчил кислую гримасу, когда музыка сменилась на американский поп. Не то чтобы он предпочитал старомодные, мелодраматические мелодии чабби или считал их более политически или религиозно корректными, чем западная музыка. Просто ему не нравилась Бритни Спирс. И то как она выглядела, и то что она пела.
Затем крупный мужчина напрягся и постучал по плечу сидящего рядом с ним американца. Их внимание тут же переключилось на кудрявого мужчину лет тридцати в светлом костюме, выходящего из главного входа школы культурной мысли "Аль-Джазир".
Мужчина на пассажирском сиденье удовлетворенно кивнул. Водитель произнес "Приготовиться!" на английском языке, а затем повторил команду на арабском языке с берберским акцентом. Двое мужчин на заднем сиденье мотнули головами, словно китайские болванчики. Разумеется, они все поняли и были готовы.
Фургон — потрепанный "Форд", на котором арабскими буквами было написано, что в городе предоставляются лучшие сантехнические услуги, — двинулся вперед, следуя за человеком в светлом костюме. Водителю не составляло труда двигаться медленно, не бросаясь при этом в глаза. Таков был характер движения в старой части города, недалеко от гавани. Здесь все было плавным, неспешным и умиротворенным. Когда они приблизились к хаотичному перекрестку, пассажир заговорил в мобильный телефон.
— Сейчас. Работаем!
Водитель почти поравнялся с человеком, за которым они ехали, как вдруг второй фургон, темно-синего цвета, ехавший по встречной полосе, внезапно перескочил бордюр и сопровождаемый страшным грохотом врезался прямо в стеклянную витрину пустого магазина, осыпав тротуар дождем из осколков стекла.
К тому времени, когда толпа на улице Ахмеда Бурзина помогла водителю синего фургона вытащить его машину из разбитой витрины, белого фургона уже не было видно.
Не было и человека в светлом костюме.
Среда
Полковник Джеймс Петерсон устал после ночного перелета из Далласа в Рим, и теперь держался исключительно на кофеине и собственных волевых качествах. Больше всего болели глаза. Поэтому, он частенько проводил по ним руками, надеясь смахнуть тяжесть.
Пока его водитель мчался из аэропорта Да Винчи на предприятие компании к югу от города, он читал обширное досье на человека, чье похищение он только что организовал. Жак Беннаби, журналист и по совместительству профессор, действительно поддерживал прямую связь с Тунисской группировкой, разработавшей "оружие", хотя Вашингтон до сих пор не был уверен, что это именно та самая группа, которую они ищут. В докладе значилось — "высокая степень вероятности". Губы полковника непроизвольно разошлись в улыбке. Интересно где обучают этому языку секретных операций?
Петерсон нетерпеливо посмотрел на часы. Он сожалел, что пришлось потратить целый день на транспортировку Беннаби из Алжира в Гаету, к югу от Рима, где его пересадили в фальшивую машину скорой помощи, чтобы доставить сюда. Но в наше время перелеты на самолетах слишком строго регулировались. Петерсон сказал своим людям, что они должны держаться в тени. Его предприятие здесь, к югу от Рима, официально, специализировалось на реабилитации людей, пострадавших в результате несчастных случаев на производстве. Итальянское правительство не догадывалось, что это была фикция, принадлежащая в конечном счете, главной компании Петерсона в Вирджинии: Intelligence Analysis Systems.
IAS была похожа на сотни малых предприятий по всему Вашингтонскому региону, которые поставляли все — от тонера для копировальных аппаратов до консалтинга и компьютерного программного обеспечения для огромного правительства США.
Однако IAS не занималась продажей канцелярских товаров.
Единственным продуктом компании была информация. Очень специфический продукт. Он должен быть всегда свежим, всегда проверенным и как можно больше полным. В конце концов — кто владеет информацией — владеет миром. И пока IAS справлялась безукоризненно. Опыт, стаж авторитет — вот три кита, на которых держалась эта маленькая с виду фирма. IAS получала информацию не с помощью высокотехнологичного наблюдения, промышленного шпионажа, или шантажа а, как любил говорить Петерсон, старым добрым способом: