Я бог. Книга XXXIX (СИ)

— Но ведь…
— Данила!
— Понял, понял…
Я забежал в дом, забросил в пространственное кольцо пару вещей и написал СМСку Маше со Светой: «Еду в Кремль. Нас решили собрать заранее. Все в порядке. Целую.»
Через десять секунд пришел ответ от Маши: «Будь осторожен! У нас все хорошо. Передавай привет Катюхе.»
Я улыбнулся и кивнул офицеру.
Зачем ему говорить, что уж если на нас и нападут МОИ враги, то гвардейцы меня точно не спасут. А будет, скорее, наоборот.
  
* * *
Австралия.
Городок Брум. Западное побережье.
Городок вымер.
Не в том смысле, что все уехали. В том смысле, что никто уже не хотел уезжать. Людям было все равно.
Нечто-Буслаев стоял на крыше единственного трехэтажного здания и смотрел вниз. Жители бродили по улицам города с пустыми глазами. Некоторые неподвижно стояли посреди дороги. Другие дрались. Третьи рыдали. Мужчина в фартуке фармацевта бил витрину собственной аптеки. Женщина сидела на тротуаре и, улыбаясь, ела камни.
Хаос.
Не тот хаос, что приходит с войной. А тот, что рождается внутри. Когда разум перестает отличать нормальное от безумного.
Буслаев смотрел на это без удовольствия. Просто наблюдал.
— Впечатляет, — раздался голос за его спиной. — Хотя я предпочитаю более изящные методы.
Он обернулся. Существо стояло в тени водонапорной башни. Высокое, тощее, с непропорционально длинными руками. Вместо лица была гладкая поверхность цвета слоновой кости.
— Ты опоздал, — сказал Буслаев.
— Я пришел вовремя, — возразило существо. — Опоздавший это тот, кто не приходит совсем. А я всегда прихожу.
Буслаев посмотрел на него абсолютно черными глазами.
— У меня к тебе дело, — произнес он голосом, в котором переплетались два тембра: собственный, чуть надтреснутый, и второй, глубокий, вязкий, словно текущая смола. То был голос Нечто. — У одной из дочерей Романова, Анастасии, есть две близняшки-телохранительницы. Альфа и Омега. Они способны к мгновенной телепортации.
Существо наклонило безликую голову.
— И?
— И если их подчинить, — Буслаев сделал паузу, — они станут рычагом давления на Анастасию. А через нее на всю царскую семью. Романов привязан к своим детям. Это его слабость. Это слабость всех людей.
Существо некоторое время молчало. Потом его безликая голова чуть повернулась, словно оно оценивало предложение с другого угла.
— Телепортация, — повторило оно. — Редкий дар. Они могут перемещать объекты или только себя?
— Себя и тех, к кому прикасаются.
Безликая поверхность лица чуть подернулась рябью. Если бы у этого существа был рот, оно бы улыбнулось.
— Мне нравится, — сказало оно. — Но у меня вопрос. Почему ты до сих пор прячешься? У тебя достаточно силы, чтобы выйти открыто.
Существо обвело рукой творящийся вокруг хаос.
Буслаев покачал головой.
— В прошлый раз я недооценил противника. Петр Первый был силен, а Кузнецов… — Буслаев сжал кулак, и вокруг его пальцев заплясали черные искры. — Кузнецов теперь получил статус божества и может меня убить. Не ослабить и не запечатать, а именно убить. Рано показывать всю мощь. Мне надо подготовиться основательно.
— Разумно, — кивнуло существо. — Терпение. Редкое качество для Хаоса. Но тогда он может и меня убить?
— Не путай терпение с трусостью, — голос Буслаева стал холоднее. — Я жду момента. А момент будет скоро. Тебе же не надо с ним пересекаться. Только с близнецами.
Существо отступило к краю крыши. Его длинные пальцы зацепились за бетонный парапет.
— У меня тоже есть новость, — произнесло оно. — Австралийский король вылетел на встречу в Кремль. С ним мой человек. Он один из слуг. Если тебе нужны глаза и уши, они у тебя будут.
— Замечательно, — ответил Буслаев и повернулся к городу. Женщина, которая ела камни, теперь кидала их в фонарный столб. Мужчина рядом делал кувырки и бил себя по лицу ладонями. — Держи меня в курсе.
Существо соскользнуло с крыши и бесшумно исчезло. Буслаев остался один.
— Хочешь проверить? — спросил Нечто. Два голоса слились в один.
— Проверить что? — ответил Буслаев самому себе.
— Новые силы. Ты ведь ради этого не спал третью ночь.
Буслаев поднял руки и развел пальцы. Из ладоней потекла черная дымка — тонкая, еле заметная. Она пошла вниз, заструилась по улицам, окутывая каждое здание. И там, внизу, люди начали меняться.
Мужчина, спокойно сидевший на лавочке, вдруг встал и без предупреждения ударил проходящего мимо старика. Две женщины у колодца вцепились друг другу в волосы. Подросток, рисовавший на стене неприличное слово, сломал фломастер и побежал, крича во весь рот.
Безумие расползалось по городку, как круги по воде. Буслаев смотрел на это без удовольствия. С холодным, расчетливым интересом.
— Работает, — сказал он.
— Разумеется, — ответил Нечто. — Ты же мой лучший сосуд.
* * *
Москва.
Кремль.
Кремлевскую стену я видел не в первый раз, но каждый раз они производили впечатление. Они были одними из тех вещей, к которым невозможно привыкнуть. Высоченные красные стены, башни со шпилями, золотые купола за ними. Красная площадь была пуста. Гвардия разогнала всех туристов и прохожих для обеспечения безопасности. Хотя магазины в ГУМе были открыты.
Нас пропустили через ворота Боровицкой башни без всякого досмотра. Видимо, были предупреждены о том, что едет не простой Вася.
— Пижонство, — заявила Лора, разглядывая стражников в парадных мундирах. — Зачем им алебарды? Что они ими собираются делать? Ловить голубей?
— Традиция, — пожал я плечами. — Но красиво же. Я алебарды ни разу не видел.
— Ну да, ну да… Традиция, это когда делаешь что-то бесполезное, но при этом выглядишь серьезным.
Автомобиль остановился у Кремлевского дворца. Офицер открыл дверь, и я вышел.
И тут же наткнулся на Анастасию Романову. Она стояла у входа, одетая в черный мундир без знаков различия, руки сложены за спиной. Короткие волосы, ярко-голубые глаза, родинка над губой. Рядом с ней маячили личные помощницы, Альфа и Омега. Обе в одинаковых серых костюмах, обе с абсолютно одинаковыми лицами и абсолютно одинаковым выражением полного пофигизма.
— Кузнецов, — Анастасия кивнула. — Добро пожаловать.
— Анастасия Петровна. Рад видеть.
— Отец занят, — сразу перешла она к делу. Нет, с этой девушкой светских бесед вести не получалось. — В Караване, в котором ехали представители Монголии, Халифата и Османской империи, произошел конфликт. Какой-то идиот из монгольской охраны оскорбил османского генерала, тот вытащил саблю, монгол достал лук…
— Лук? Серьезно? Лук?
— Да. И пустил стрелу в османского генерала, но промахнулся. Дальше слово за слово, вынули мечи. Генерал не остался в стороне и с саблей наперевес побежал на монгольскую группу. Его перехватила охрана Халифата, потому что генерал по дороге чуть не снес голову их представителю. Дальше можешь себе представить.
— Могу, — кивнул я. — И чем закончилось?
— Пока ничем. Отец сейчас разводит их по углам. Рафик бегает между всеми тремя делегациями с переводчиком. Так что пока ты в моих руках.
— Звучит угрожающе.
Анастасия посмотрела на меня. В ее глазах мелькнуло что-то — слишком быстрое, чтобы разобрать.
— То ли еще будет, Кузнецов, — фыркнула она. — Идем. Я покажу твои апартаменты.
Мы вошли во дворец. Внутри было прохладно, пахло старым деревом, воском и чем-то цветочным. Наверное, царица Ольга постаралась.
Альфа и Омега шли позади нас. Шагали они в ногу, и настолько точно, что казалось, будто за нами идет не две девчонки, а один единственный здоровяк.
  
— Лора, — обратился я к помощнице, — просканируй близняшек. Мне нужна полная картина по их способностям. С этого момента собирай вообще всю информацию, какую сможешь.
— Уже, — ответила она.
Надо собрать информацию о способностях каждого правителя на встрече. Так же неплохо бы обезопасить всех от непредвиденного появления разных непрошеных божественных гостей.