Новый год в глуши, или Будешь моей мамой? (СИ)

  
Глава 5
 
Спать на новом месте оказалось настолько комфортно, что Лида даже не заметила, как провалилась в сон, а проснулась от негромкого стука в дверь.
- Пора одеваться к завтраку. Бабушка сказала, что совсем скоро всё будет готово, - сообщила Алёнка, не решаясь войти.
- Спасибо большое. Я быстро приведу себя в порядок.
Лида подскочила, посмотрела на часы и обомлела. Времени уже было много. И как только она умудрилась столько проспать? Почувствовав стыд за то, что не помогла хозяйке дома, женщина поняла, что должна исправляться. Ей следовало брать на себя хотя бы больше работы по дому, пока живёт в чужом месте.
  
Написав матери сообщение, что с ней всё в порядке, что она скучает и грустит, ведь не сможет быть рядом с родными людьми в праздник, Лида вышла из комнаты. Она быстренько умылась и принялась помогать Клавдии Михайловне накрывать на стол.
- Как пахнет... Ваши оладьи – это произведение искусства, - произнесла Лида с мечтательной улыбкой на губах.
- Ну и лиса. Какая же ты лиса, - покачала головой хозяйка. – Мне приятно, конечно, но не перехваливай. Не то не захочу отпускать тебя в город, как только появится возможность.
Лида тихонечко засмеялась. Алёна позвала женщину сесть рядом с ней. Максима пока ещё не было. Приступив к завтраку, Лида несколько раз хотела спросить, почему нет мужчины, но он вошёл с улицы, смахивая оставшийся на одежде снег.
- Метель прекратилась. Может быть, наша гостья покинет нас и до Нового года. Следует сходить к Иванычу и попросить его почистить дорогу раньше.
Лида покосилась на Максима. Она подумала, что мужчине уж очень не терпится поскорее отправить её восвояси. А как бы он повёл себя, если бы узнал, что девочка, которую он так долго ждал, находится рядом? Или знал и именно по этой причине спешил избавиться от неё? Оборвав себя, отказавшись от таких мыслей, Лида выдавила улыбку.
- Я буду признательна, если вы поможете мне вернуться домой до праздника.
- Но ты же обещала, что мы вместе нарядим ёлку и будем загадывать новогоднее желание, - обиженно протянула Алёнка.
Клавдия Михайловна покашляла, привлекая внимание девочки, пригрозила ей указательным пальцем.
- Лида чувствует себя здесь некомфортно. У неё есть своя семья, которая тоже хочет, чтобы она присутствовала на празднике. Нельзя быть такой эгоисткой. Если удастся уехать, это хорошо. Максим, ты садись за стол, а я пойду и поговорю с Иванычем. Попрошу его для нашей Лиды.
«Для нашей Лиды»...
От этих слов перехватило дыхание.
Женщина почувствовала, как тревожно забилось сердце в груди.
Клавдия Михайловна была к ней слишком добра.
- Как только погода наладится, я обязательно приеду к вам снова. Я уже пообещала твоей бабуле, что буду часто навещать её, - сказала Лида, прикоснувшись к руке Алёнки.
- Бабуль, ты не утруждай себя, я сам схожу к Иванычу и поговорю, - сказал Максим, присоединившись к завтраку.
- Вот и нет. Я же не только ради этого. Мне нужно с ним ещё один момент обсудить. И почему я объясняться перед тобой должна? Ешь давай и не спорь со старшими. Сколько тебе можно это повторять?
Глядя на загрустившего ребёнка, Лида ощутила боль в сердце. У них с Кириллом пока не было детей. Из-за постоянной занятости на работе они даже не задумывались о рождении ребёнка, но видя грусть маленького существа, хотелось как-то всё исправить, вызвать улыбку на детском лице.
- Если хочешь, мы можем прямо сейчас пойти наряжать ёлку. Нарядим её вместе, даже если я уеду, а в Новый год я позвоню тебе, и мы вместе загадаем желание?
Алёнка заулыбалась и закивала в знак согласия, а Максим шикнул, выражая своё недовольство. Как только с завтраком было покончено, Лида вызвалась убирать со стола, а Клавдия Михайловна пошла к соседу с просьбой расчистить дороги.
- Алён, иди пока в зал, - скомандовал Максим сухим голосом. – Я открою форточку, чтобы проветрить здесь. Ты простуду схватываешь только так.
- А если Лида заболеет? – нахмурилась девочка.
- Не заболеет. Иди уже.
Лида улыбнулась и кивнула. Она понимала, что настоящая причина крылась не в желании Максима открыть форточку – он хотел остаться с женщиной наедине. Догадался ли он, что она та самая? А если догадался, то теперь не жалел ли, что столько времени ждал встречи с ней и не строил свою личную жизнь? Вопросов в голове роилось немало, но отыскать на них ответы казалось невозможным.
- К чему всё это? Зачем давать обещания, которые всё равно не сдержишь? Алёнка ещё ребёнок, да и бабушка быстро привязывается к людям, - прямо заявил Максим, не подбирая более осторожные слова и выражения.
- Кто сказал, что я не собираюсь сдержать обещание? Я буду приезжать сюда и навещать Клавдию Михайловну. Или вы запретите мне это?
- Я не собираюсь ничего запрещать тебе, но прошу не играть с чувствами других, если не хочешь причинить им боль. Алёна... она слишком чувствительная. Она будет тосковать по тебе.
Лида развернулась, и отшатнулась, потому что Максим стоял слишком близко. Она совсем не ожидала, что расстояние между ними окажется столь ничтожным. Теперь сердце колотилось где-то в районе горла, а широко распахнутые глаза покалывало от сухости. Даже дыхание перехватило, когда до неё донёсся тонкий шлейф мужского парфюма с сандаловым деревом в основе.
- В-вы...
Растерявшись, Лида не могла подобрать правильные слова. Она и не знала даже, что там можно сказать.
- Вы подошли слишком близко. Держитесь от меня подальше, - всё-таки заявила она, собравшись с силами.
- Конечно. Именно так я и поступлю, а ты... Ты лучше держись подальше от людей, которые мне дороги и не проникай в их душу. Когда приходит осознание, что человек забыл тебя, становится несколько... неприятно.
- Я не забыла, - прошептала Лида. Максим дрогнул, сосредоточив на ней взгляд. – Точнее, не забуду. Как можно забыть такую доброту? Вы вправе запретить мне общаться с вашей дочерью, но ваша бабушка... Я не смогу нарушить данное ей слово. Я стану ей названной внучкой, и вы никак не сможете повлиять на моё решение.
Покачав головой, Максим ушёл. Лида чувствовала, как до сих пор дрожали её руки. Вибрации проходились по всему телу, а голова шла кругом, будто бы от недостатка кислорода. Она не нашла в себе сил, чтобы признаться и рассказать, что сумела сложить два и два. Пока ещё не понимала, как отреагирует Максим, поэтому опасалась. Лида решила, что если получится расчистить дорогу сейчас и уехать, то она оставит ему письмо, попросит Клавдию Михайловну передать. А если нет... следовало держать всё в себе, чтобы ненароком не вышвырнул на улицу. Впрочем, слабо верилось, что он способен так поступить.
Войдя в зал, где Алёнка и Максим уже начали наряжать ёлку, Лида присоединилась к ним. Чувствуя себя частью семьи, время от времени Лида ловила на себе наполненные нежностью взгляды, но стоило хотя бы немного повернуться, и казалось, что всё это мираж... Максим увлечённо протягивал дочери игрушки, улыбался и что-то говорил ей, а Лида думала... Неужели обвинил её в том, что она не дождалась? Но ведь сам тоже был женат... даже если не был, то завёл дочь. Не так уж он был верен собственным клятвам.
Пушистая красавица вскоре заиграла яркими красками, а как только включили гирлянду, появилось ощущение приближающегося праздника. Хотя пальцы, перепачканные смолой, слипались, но радость, царившую в душе, сложно было описать словами. Забытые чувства из детства подкрались, даря умиротворение.
- Красиво же, да?
Алёнка подбежала к Лиде и взяла её за руку. Опустив взгляд, женщина на мгновение ощутила, как у неё перехватило дыхание. Этот ребёнок доверился ей. А она дала обещание, которого не могла сдержать. Пусть и звучало это совсем не как обещание, но ведь она и есть та самая девочка. А если нет? Вдруг Максим в детстве был ещё тем ловеласом? Дал обещания многим девчонкам, а теперь искал одну из них?
  
Клавдия Михайловна вернулась в хорошем настроении, но как только встретилась взглядами с Лидой, развела руками и будто бы погрустнела.