P.S. Я все еще твой (ЛП)

— Отвали.
— Ты же знаешь, как я ненавижу мочить волосы. По крайней мере, ты можешь поблагодарить меня.
Подождите… Кейн попросил Скара прыгнуть в бассейн?
Кейн фыркает.
— Переживешь.
Не реагируй слишком остро. Не реагируй слишком остро. Успокойся.
— Что за черт?
Кейн и Скар сразу же замечают меня, и я проклинаю вселенную за то, что лицо Кейна создано для игры в покер. Он даже не вздрагивает, когда видит меня. Не выглядит шокированным или смущенным тем, что я застала их за сомнительной сделкой.
  
Скар, с другой стороны…
На его лице чувство вины.
— Ты, блядь, заплатил ему за то, чтобы он нас с Кэлом обрызгал? — Я запинаюсь.
Инцидент с кашлем немного отрезвил меня, но не полностью. Я все еще выпила слишком много, и это дает свои плоды.
Скар выглядит таким виноватым, что уже выдал себя.
— Хэдли, привет. Мы просто...
— Свали, — говорит Кейн своему барабанщику с выражением неразрешимой загадки на лице.
Скар не спорит и выходит на задний двор.
— Я задала тебе вопрос, — настаиваю я, как только мы остаемся одни.
В ответ Кейн засовывает руку в карман джинсов и что-то достает.
Зажигалку.
Я упиваюсь его видом. Теперь на нем черная футболка, которая идеально подчеркивает его мускулистое тело.
— Что, черт возьми, с тобой происходит? Зачем тебе просить своего друга сделать что-то подобное? Зачем тебе... — Мой голос затихает, когда он направляется к входной двери.
— Эй, членоголовый, я с тобой разговариваю!
Однако ему все равно, потому что следующее, что вижу — как он распахивает дверь и выходит на крыльцо. Я стою там несколько секунд, пытаясь безуспешно осмыслить то, что только что произошло.
В конце концов прихожу в себя, следуя за ним. Я нахожу его, прислонившимся к одной из колонн дома, курящим косяк, словно ему на все плевать.
Это безразличие раздражает. Ветерок пробегает по моему влажному телу, и я вздрагиваю. На улице становится прохладно, а на мне только топ от бикини и шорты.
Я останавливаюсь перед ним.
— Ты заплатил Скару, чтобы он это сделал, да или нет?
Я уже знаю ответ, но хочу, чтобы он это ответил.
Кейн вынимает косяк изо рта, выдыхает густое облако дыма и откидывает голову на колонну, прежде чем сказать.
— Черт возьми, я ему заплатил.
От его прямоты у меня перехватывает дыхание.
— Что? Но почему?
Все так же невозмутимо, как только может, он пожимает плечами.
— Потому что Кэл не тот парень, который тебе нужен.
Я скрежещу зубами от его ответа.
— Извини? У тебя хватает наглости вмешиваться в мою жизнь, когда ты...
— Когда я, что? Зацеловал тебя до смерти за день до того, как уехал из города?
У меня отвисает челюсть.
Меня бесит, что он ведет себя так, будто не сделал ничего плохого. Мне хочется треснуть его по голове банкой, которую держу в руках. Опускаю взгляд на нераспечатанную бутылку минералки в своей руке и понимаю… Может, дело не в том, что я слишком пьяна.
Может, дело в том, что я недостаточно пьяна.
Под пристальным взглядом Кейна я открываю банку и подношу ее к губам. Сначала медленно, но, не успев опомниться, уже выпиваю все. Я вижу, что Кейн против, судя по тому, как он хмурится, но мне насрать, что тот думает.
Я почти допиваю напиток, когда он издает стон.
— Хватит.
— Ты не отвечаешь на вопрос, — говорю я, переставая пить. В его глазах все еще читается неодобрение, но теперь он смотрит на мою грудь. Я опускаю взгляд и понимаю, что несколько капель выпивки скатились с моих губ и стекают по груди.
Он снова смотрит мне в глаза.
— Грей бы хотел, чтобы я присмотрел за тобой.
— Ты же не всерьез разыгрываешь карту Грея прямо сейчас. Ты игнорировал его в течение многих лет, Кейн. Годы. Ему пришлось получить пулю в гребаную башку, чтобы ты вспомнил о его существовании!
Бесстрастное выражение лица Кейна на секунду исчезает, и под ним?
Это боль.
Может быть, даже чувство вины.
Он снова напускает на себя бесстрастный вид.
— Это к делу не относится.
Это бесполезно. Мы просто ходим по кругу.
— Хочешь знать, что я думаю? — Подхожу ближе. — Я думаю, ты сделал это, потому что знал, что когда-то я была влюблена в тебя, и твое хрупкое эго не смогло смириться с тем фактом, что больше нет.
Он притворно вздыхает.
— Подожди, ты была влюблена в меня?
Блядь.
— Ты такой самовлюбленный, знаешь об этом? — Тычу указательным пальцем ему в грудь.
Он приподнимает бровь.
— Самовлюбленный, да? Это то, что позволяет тебе спать по ночам? — Моя уверенность сдувается. — Так и есть, не так ли? Ты цепляешься за эту дерьмовую историю, потому что легче сказать себе, что я ушел, потому что мне ни до кого нет дела, чем признать, что мне просто было наплевать на тебя.
Ладно, это больно.
— Пошел ты, — выплевываю я, поворачиваясь, чтобы уйти, и чуть не спотыкаюсь. Мне удается удержаться на ногах, но как раз в тот момент, когда я собираюсь открыть дверь, Кейн хватает меня за запястье и тянет к себе.
Он разворачивает меня и властным и требовательным голосом произносит:
— Мы едем домой.
— Ты с ума сошел? Я никуда с тобой не пойду. — Я пытаюсь освободить руку, но он не разжимает пальцы.
Выхватывает у меня из рук стакан с содовой.
— Это я тоже забираю.
— Эй! — Я протестую, но он уже сжимает в руке почти пустую банку и швыряет ее на газон.
— Ты пьяна, — говорит он.
— Нет!
Он стискивает зубы.
— Начинай идти. Сейчас.
— У тебя даже машины нет, — возражаю я.
— Я возьму машину Винса.
Не успеваю я опомниться, как он открывает входную дверь и берет ключи от машины Винса с вешалки для ключей, висящей на стене.
— Я хочу остаться.
— Дерьмово. — Он нажимает кнопку на брелоке Винса, и машина издает звуковой сигнал.
Я скрещиваю руки на груди, как маленький ребенок.
— Я сказала, что не уйду.
Кажется, я замечаю, что его взгляд снова опускается на мою грудь, но он не задерживается надолго, придвигаясь ко мне так близко, что чувствую его дыхание у себя на губах.
— Тащи свою задницу в машину, пока я не заставил тебя.
Не собираюсь сдаваться.
— Отсоси у меня, Уайлдер.
— Хорошо.
Тошнота подкатывает к моему животу, когда мои ноги отрываются от земли. Он, блядь, просто перекидывает меня через плечо.
— Отпусти меня. Я не ребенок. — Эта перевернутая ситуация не помогает справиться с тошнотой.
— Мне не пришлось бы обращаться с тобой как с ребенком, если бы ты не вела себя как ребенок.
Мы на полпути к машине, когда мой желудок подает мне предупреждение, игнорировать которое было бы глупо.
— Кейн, подожди, я не… Я что-то нехорошо себя чувствую.
Что-то в моем голосе, должно быть, говорит о том, насколько я напугана, потому что он немедленно ставит меня на землю.
Не знаю, может, из-за выпивки изменилось что-то в моем лице, но, клянусь, в его глазах мелькает беспокойство. Как только мои ноги касаются земли, Кейн обеими руками обхватывает меня за талию, не давая мне упасть.
А потом меня тошнит прямо на его ботинки.
* * *
Кейн
За всю мою жизнь многие девушки бросались мне в ноги. Несколько девушек даже целовали мои ботинки, как будто гигиены не существовало, благословляя землю, по которой я ходил. Несмотря на все это, никто ни разу не блевал у моих ног.
Хотя это совсем не значит, что я не сталкивался с рвотой.
Однажды беременную фанатку стошнило на себя, при виде меня. Я все равно обнял ее, потому что мне было жаль, что она провела семь часов под проливным дождем, ожидая возле моего отеля.
  
А еще был случай, когда фанатка принесла мне шляпу на подпись, и ее вырвало в нее, как раз когда она была следующей в очереди.