Три мести Киоре 2 (СИ)

— Так и есть, Ваше Величество, — ответила она, не поднимаясь. — Святой источник в монастыре Ратаалада послал мне избавление от хромоты, мучившей меня всю жизнь.
— Что скажете, сэф? — император чуть повернул голову к кардиналу, что поднялся к трону.
— Раз баронету одарили чудом, она его заслужила, и это несомненно радостный повод, — ответствовал старик, прикрыв глаза.
— Я слышал, что вы выходите замуж? Кто же ваш избранник?
Тонкая ирония, скрытая в словах императора, не ускользнула ни от нее, ни от прочих гостей. Правильно, сама выбрала, сама окрутила, сама исцелилась… Просто невероятно самодостаточная девушка!
— Барон Ершали Ар-Фондес, — представила она его, и мужчина не замедлил появиться рядом, поклонился императору.
— Будьте и вы счастливы в столь необычном браке. Думаю, напрасно чудеса не совершаются.
— Благодарим вас, Ваше Величество!
Барон спешно увел ее в толпу и передал старой графине, которая уже любезничала с Дораном, совершенно не обращая внимания на его спутницу.
— Ниира, дорогая, представь, герцог ведь совершенно недавно тоже вернулся с севера! — качала она головой, и веер то открывал, то закрывал ярко очерченные губы. — Где же вы были, ваше сиятельство?
— В Ройшталене, ваша светлость, — ответил он, не глядя на Киоре.
— Какое совпадение! — сомкнулся с хлопком веер. — Ниира там тоже была. Удивительно, как вы не встретились. Или город столь большой?
Доран и Киоре посмотрели друг на друга, он — раздраженно, она — равнодушно.
— Баронета провела всё время в монастыре, что находится достаточно далеко от города, так что не вижу ничего удивительного, — пожал он плечами. — А сейчас я хотел бы потанцевать с моей невестой.
Он сбежал от противного общества, стоило зазвучать первым нотам музыки. Словно от чумы бежал…
— Ниира, что с тобой? — ее запястья легко коснулась графиня. — Ох, какая я глупая! Ты же теперь можешь танцевать! Подожди, я пришлю к тебе барона.
И старая графиня удалилась летящей походкой, растворилась среди потока пар, спешивших присоединиться к танцующим. Плавная, медленная мелодия закружила по залу. Непрерывном потоком шли люди поздравить императора и его супругу, гораздо меньшее количество людей искало Дорана, чтобы засвидетельствовать почтение, о баронете же вспоминали, когда натыкались взглядом. Ее чудо было незначительно по сравнению с необходимостью польстить двум сильным людям мира сего.
Не дождавшись возвращения графини, приняла приглашение потанцевать, не глядя, кто позвал, и только закружившись в танце, поняла, что этот бледный и слишком серьезный юноша — Эртор. Опустив взгляд, стала разглядывать его из-под ресниц.
— Простите, вы так пристально на меня смотрите… — робко заговорила Киоре.
Узнал? Разоблачил? Тишина служила ответом: ее вопрос просто не услышали. Когда танец закончился, Эртор проводил ее обратно на место, но прежде замер на миг перед человеком с камерой, и Киоре чуть не застонала: еще одна фотография! Избавившись от Эртора, сама нашла старую графиню, пребывавшую в несвойственной ей задумчивости, слишком глубокой для случайных мыслей.
— О чём вы печалитесь? — спросила она, пытаясь проследить за взглядом дуэньи.
— Я? Ни в коем случае, дорогая, — ответила она с теплой улыбкой. — А скажи-ка мне честно, ты с Хайдрейком и правда на севере не встречалась?
— Нет. Как мы могли встретиться? — вскинула Киоре брови, внутренне напрягаясь.
— Он на тебя смотрит. Не будь это Доран, я бы сказала, что ревнует.
И старая графиня прищурилась, раскрыв резко веер.
— Право, вам кажется…
На следующий танец ее уже пригласил барон, и она сбежала с ним от подозрительной и слишком проницательной старушки — вот кому в Тайном сыске работать надо!
Медленный танец предполагал смену партнеров, и через одну пару от Киоре стоял Доран со своей невестой… Протанцевав с бароном, который даже в трех медленных движениях запутался и дважды наступил ей на ногу, Киоре с облегчением перешла к следующему партнеру — спокойному мужичку, у которого один ус свисал ниже другого. И снова — пауза в музыке, словно замирание сердца, ее руки отпускают. Шаг, поворот, и она замирает перед Дораном. Шаг вперед, горячая рука ложится под лопатки, и она следует за мужчиной. Кажется, что между ними вот-вот ударит молния. Еще шаг навстречу, и она стоит почти вплотную. И — поворот, Доран кружит ее, направляя в танце. Музыка ускоряется, сердце сбивается с ритма, и дыхания не хватает. Говорить невозможно, но хватает взгляда — горящего, затягивающего.
 
Когда музыка закончилась, им обоим хватило самообладания на реверанс и поклон, и Киоре ускользнула от герцога, не дожидаясь, пока он проводит ее к жениху или старой графине.
Успокоившись под болтовню Афраньи, Киоре осмотрелась. С самого начала вечера она искала взглядом Соренора, но он не приходил. Не пригласили? Не смог прибыть? И как, скажите на милость, Киоре узнать что-либо об этом странном типе, если она не может прямо спрашивать?
Доран наверняка знал о нём всё, что нужно… Давно же его не навещала Киоре! Обрадованная свежей мыслью, она отдалась настроению праздника, который больше не испортили ни подозрительные взгляды графини, ни неуклюжесть ее жениха, ни пристававшие с вопросом об исцелении люди.
Сбежала Киоре от старой графини чересчур поспешно, но что поделать, если ночь казалась такой короткой, а дел было так много! Платье оставила убирать Тари, сама натянула костюм и выбралась на улицу. Туман неприятно обволок тело, и сразу возникло ощущение чего-то мерзкого, а по спине скатился страх. Киоре помнила о туманных чудовищах, но брать свечу и ей обнаруживать себя — последнее, чего хотелось. Прогнав страх, выбралась на улицу и — бегом! Город тонул во тьме, как будто фонарщики разом сговорились не выходить на работу.
Улица, еще одна, безмолвие темных дорог… Ощущая что-то противоестественное, что-то мерзкое, она побежала, полагаясь на память, поскольку не было видно ни зги! Появление чудовища она ощутила холодом, коснувшимся спины. Киоре слышала его дыхание, как наяву видела касавшиеся земли туманные лапы, чувствовала, как прожигали ее синие глаза. Хвала герцогу с его модными, резными воротами! Вскарабкавшись по ним, упала на территорию особняка, откатилась за миг до того, как чудовище врезалось в забор и зашипело, заскулило — во дворе горели свечи.
Киоре спряталась в тени, распласталась на земле и затаилась: на шум выглянула охрана, которую Доран, по-видимому, из-за опасности перевел в дом. Успокоившись, повернулась и зашипела: бок еще заживал. Переждав приступ боли, забралась через окно на первый этаж, а уж попасть в кабинет оказалось и вовсе простым делом: слуги спали, двери и полы не скрипели.
— Я так и думал, что ты придешь…
Доран сидел за столом у газовой лампы — видимо, ненамного дольше нее он задержался во дворце.
— Расскажи мне, что ты знаешь о Сореноре.
Доран отложил папку, которую до этого читал. Он сидел в белой рубашке, расстегнутой на пару пуговиц, с закатанными рукавами, но идеально зачесанными волосами. Откинувшись, он скрестил руки на груди. Красивый. Грозный.
— Назови мне хоть одну причину, по которой я должен тебе ответить.
— То есть мы больше не сотрудничаем? — удивилась она, присаживаясь на стол перед герцогом и копируя его позу. — Я, значит, тружусь на благо империи, всякую падаль уничтожаю…
— В этом и дело. Зачем было убивать Освеша? Он итак сошел с ума.
— Неужели вести так быстро дошли в столицу? Монахи что, пользуются кристаллами связи? — удивилась она.
— Я приехал в монастырь к его остывшему трупу, Киоре, — холодное, строгое замечание. — Представь, как я был рад!
— Ну-ну, меньше злости, твое сиятельство! — она слезла со стола и отошла подальше от мужчины. — Так и скажи, что я лишила тебя шанса его допросить, — она игриво качнула головой. — Я говорила, что убью всех, кто причастен к смерти посольства. Я добралась до него раньше тебя, и всё. Такова судьба!