Леди Защитника (ЛП)

— Я провожу вас.
— Нет, нет, все в полном порядке, — быстро запротестовала она. — Я не хочу вас отвлекать.
— Вы и не отвлекаете. Мои апартаменты в том же самом крыле, что и ваши. Леди Авилин великодушно предоставила их мне этим утром.
— О.
Гриф испытал некоторое удовлетворение от того факта, что она не смогла найти на это возражений. Сариана, как он уже узнал, очень редко теряла дар речи.
В молчании они двинулись по длинной галерее крыла, в котором располагались их комнаты. У двери Сарианы они остановились, и Гриф потянулся, чтобы прикоснуться к скрытому пружинному механизму. Она уже начала оборачиваться, вежливое прощание было готово сорваться с губ, как девушка внезапно остановилась, обратив внимание на что-то внутри комнаты.
— О, нет!
Гриф тут же влетел в комнату, бегло окидывая наметанным взглядом обстановку.
— Что случилось?
— Алоног. Он убежал. — Сариана подбежала, чтобы проверить пустую золотую клетку. Крошечная дверка была распахнута. — Как он смог выбраться наружу? Я должна его найти. Да я не засну, зная, что по моей комнате бегает ящерица!
— Алоноги очень умные, — заметил Гриф. Тревожное напряжение, охватившее его после испуганного возгласа Сарианы, исчезло. Он внимательно оглядывал комнату, пока девушка беспокойно металась вокруг, заглядывая в углы и под кресла.
С потолка на четырех толстых цепях по типичной западной моде свисала богато украшенная кровать. Она висела в полуметре от пола, но пространство под ней было скрыто постельным пологом.
Стены были выкрашены в теплый желтый цвет, тщательно выполненные архитектурные детали подчеркивались белым и позолотой. Высокие арочные окна выходили на сады возле реки. В комнате стоял изящный шкафчик, покрытый черной эмалью и украшенный цветочным мотивом. Пара висячих кресел и письменный столик завершали основную меблировку. Дверь на противоположной стороне комнаты вела туда, где подозревал Гриф, окажется богато украшенная ванная комната. Западники их очень любили. Чем богаче семья, тем более необычны в доме ванные.
— Мы должны его найти, — объявила Сариана, заглядывая в пустую вазу. — Я не смогу уснуть, пока не узнаю, что он вернулся обратно в клетку. Эй, Счастливчик. Где ты, Счастливчик?
— Алоноги безвредны, Сариана. Вы не должны беспокоиться, если мы его не найдем.
— Вам легко говорить, — пробормотала она, начав проверку всех крошечных ящичков письменного стола. — Это не вы должны спать в одной комнате с ящерицей.
— Настоящая опасность угрожает как раз алоногу, — указал Гриф, опускаясь на колено возле кровати и отводя полог в сторону. Утром, спускаясь с постели, вы можете случайно наступить на него.
Сариана застонала и открыла следующий ящик.
— Что за ужасная мысль.
— Ага. Особенно для Счастливчика, — Гриф наклонился, чтобы взглянуть под кровать и заметил в темноте вспышку алых драгоценностей. — А, вот мы где.
Сариана резко закрыла ящик и поспешила через комнату.
— Вы нашли его?
Гриф уселся на корточки.
— Вам будет легче поймать его, чем мне. Я говорил вам утром, им нравятся женщины.
— Вы серьезно? — Сариана выглядела печальной и смирившейся.
— Боюсь, что так, — он помедлил, ожидая, что она предпримет.
— Ну, я могу оставить его там, где он есть. И сойду с ума, думая всю ночь, а не шныряет ли он где-нибудь поблизости. — Она встала на колени и заглянула под кровать.
— Не делайте резких движений. Он все еще дикий. Но испытывает к вам любопытство. Очень медленно протяните руку.
— А что если он меня укусит? — прошипела Сариана. Она опустилась на живот и наполовину проскользнула под кровать. Она исчезла до пояса, предоставив Грифу любоваться видом ее очаровательного задика.
— Не укусит, — Гриф оставался на прежнем месте, наслаждаясь нежными изгибами ее ягодиц и бедер, обтянутых сбившейся в складки ночной рубашкой. — Не беспокойтесь, Сариана. Все, что он хочет, так это свернуться у вас на ладошке и согреть себя теплом вашей кожи.
— Надеюсь, вы знаете, о чем говорите, — извиваясь, она залезла под кровать еще чуть дальше.
  
В это время Гриф сражался с почти непреодолимым порывом накрыть ладонью пышный изгиб ее бедер.
— Просто поверьте мне, Сариана. Он не желает причинять вам боль. Он хочет, чтобы вы владели им, прикасались и ласкали. Сейчас он просто не вполне понимает, как приблизиться к вам, вот и все. Нужно показать ему, что вы его принимаете.
— Ненавижу прерывать вашу речь, — ее голос прозвучал приглушенно, — но я совершенно не мечтала завести в качестве домашнего питомца ящерицу. Я просто не знала, как сказать об этом Лури.
— Вы не узнаете, что на самом деле чувствуете, пока не приблизите его к себе, — тихо произнес Гриф, все еще изучая нежные холмики, оказавшиеся так близко к его руке. — Не выносите поспешных суждений.
— Это не поспешное суждение. Я никогда не испытывала нежных чувств к ящерицам. И даже не знаю людей, которые бы испытывали.
— Алоног кажется вам сейчас странным и чужим. Вы осторожничаете, потому что он не знаком вам. Точно так же, как и я.
Ее извивающееся тело затихло.
— Я и не думала, что у вас с алоногом столько общего, — в конце концов, произнесла Сариана.
— Мы оба с запада, — с легкой насмешкой заметил Гриф.
— И у вас обоих есть зубы.
Гриф моргнул, не уверенный, как это понимать.
— Сариана…
— А! Держите его! — ее тело быстро метнулось вперед, и мгновением позже она уже выскользнула из-под кровати. Она села, триумфально показав свою добычу. — Вот он. Давайте клетку.
Гриф изучал, как осторожно она держит маленькую красную ящерицу.
— Нет необходимости сажать алонога в клетку. Особенно после того, как он познакомился с вами.
— Но он определенно останется в клетке, — твердо отрезала Сариана. — Я не могу рисковать с чем-то, у кого столько зубов, как у этой твари. — Она поднялась и быстро прошла через комнату, чтобы поместить маленькую ящерку внутрь ее золотого разукрашенного домика. После чего заперла дверцу на защелку. — Вот так. Цел и невредим. Утром я попытаюсь убедить Лури, что его подарок предпочтет весело бегать по берегу реки.
Гриф медленно поднялся, наблюдая, как девушка склоняется над клеткой.
— Не думаю, что утром он решит убежать, Сариана. Я считаю, что связь уже появилась. Счастливчик не захочет покидать вас.
— Чепуха. Любое дикое существо предпочтет свободу.
— Из каждого правила есть исключения.
Сариана ухмыльнулась и обернулась, чтобы поспорить.
— Но не в восточных провинциях. Там, откуда я родом, мы не отклоняемся от правил, не говоря уже о введении исключений.
— Вы не дома, — напомнил Гриф. Он медленно направился вперед, приближаясь к ней, как она приближалась к алоногу. — Тут немного по-другому.
Она не двинулась, но часть ее веселья испарилась. Казалось, она, наконец, поняла, что в комнате происходит намного больше, нежели успешная поимка красной ящерицы. Она вопросительно взглянула ему в лицо, в широко раскрытых глазах отражалась неуверенность.
— Гриф?
— Не бойтесь различий между нами, — он чуть подвинулся, обрадовавшись, что она все еще не пытается увильнуть от его медленного, осторожного сближения. Еще шаг-другой и он сможет прикоснуться к ней. Он хотел этого. Очень сильно желал.
— Я не боюсь вас, Гриф.
Он слабо улыбнулся, обрадованный ее словами.
— Думаю, потребуется немало, чтобы вас напугать. Нервная малышка-трусишка не предприняла бы путешествие в западные провинции, когда дома дела пошли не так, как надо.
Сариана легко покачала головой, ее губы дрогнули в нерешительной улыбке.
— У меня не было выбора.
— У вас был выбор. Вы выбрали самый многообещающий и самый рискованный вариант. С таким темпераментом, как у вас, в Серендипити вы можете чувствовать себя как дома больше, нежели в Рандеву. Вы когда-нибудь думали о таком?
— Нет, — решительно заявила она. — Не думала.
Гриф рискнул. Он поднял руку и коснулся складки ее одеяния там, где оно спало с плеча. Его ладони оставалось только пара сантиметров до нежного выступа ее груди. Он почувствовал, как ее дыхание прервалось, и начал судорожно искать способ, чтобы снова успокоить ее.