Восхождение язычника 5 (СИ)

Я тоже не стал стоять на месте и сделал пару шагов назад, в итоге между нами с троллем было шагов семь. Все-таки для применения магии нужно место, мне казалось, что я легко уложу этого Полджина парочкой заклинаний, вот только все пошло не по плану.
Полджин выпрямился, перестав горбиться, и оскалился, после чего сорвал какую-то косточку со своей одежки, бросил на землю перед собой и, взмахнув посохом, что-то забормотал.
Мне было интересно, чего это такое он делает, поэтому и не спешил.
На месте брошенной косточки начал проявляться силуэт. Он рос и рос, сначала он был едва видимый, почти прозрачный, но с каждым мгновением набирал цвет, и вот уже там сидит огромный зверь, так похожий на волка, только мощнее и больше, он был мне по грудь, не меньше.
— Харвей цаше, — рыкнул Полджин и взмахнул рукой в мою сторону.
Зверюга тут же угрожающе зарычала, а ее шерсть вздыбилась, и она рванула мою сторону.
— Твою ж, — вырвалось у меня, и я начал судорожно выстраивать цепочку рун в голове. Это был воздушный кулак, как самый простой, влив в него силы, я запустил им в зверюгу, надеясь откинуть подальше, что даст мне время сотворить что-то поубойней.
Вот только мое заклинание прошло сквозь эту призванную тварь, не причинив вреда. Сотворить новое заклинание я не успевал и выхватил топор из проушины на поясе.
Тварь, как следует разогнавшись, прыгнула, метя мне в шею. Шаг в сторону, и избегаю удара, тварь проносится мимо. Взмах топора, и я бью ее по хребтине, надеясь если не перерубить его, то хотя бы сильно ранить. Вот только все без столку, топор и моя рука свободно проходят сквозь тварь, будто ее и нет вовсе, словно это призрачный фантом или мираж.
«Может, она ненастоящая?» — мелькнуло у меня в голове.
От удара я провалился вперед, а, чтобы не упасть, пришлось резко тормозить с выставленным топором.
Тварь тем временем не стояла на месте и, резво развернувшись, вцепилась мне в руку, в которой был топор.
— Агрх, — вырвалось у меня, а боль стеганула по всему телу. Рукав тут же окрасился кровью, и волчара начал трепать меня, словно детскую игрушку, мотая из стороны в сторону. Казалось, еще мгновение, и он перекусит мне руку.
Кровь капала на землю, я чувствовал, как клыки твари впиваются в мою плоть.
Несмотря на боль, я смог вновь скастовать воздушный кулак и кинуть в тварь, как и предыдущее заклинание, он прошел сквозь нее.
«Да как так? Как же тебя кончить?» — быстро проносилось в голове. Заклинание и хладное железо не причинили ему вреда.
Кинжал, вдруг осенило меня. Тот самый, что даровал мне Триглав, и я потянулся к нему. Тварь же не успокаивалась, продолжая трепать меня и валять по земле, но вот я ощутил рукоять кинжала, он в моих руках. Уперев колени в землю, я замахнулся и всадил кинжал в шею твари.
— Бам, — она лопнула словно воздушный шарик, будто ее не было. Рука разодрана по плечо, сплошное месиво. Все вокруг залито кровью.
— Грх, — раздалось впереди. Это уже забытый мной Полджин рыкнул и пошатнулся, он устоял благодаря тому, что вцепился в посох. Он злобно сверлил меня взглядом, и вот потянулся к еще одной косточке, висящей на его наряде.
— Ага, счаз, — сквозь боль шепчу я.
От боли туманит разум, но я успеваю мысленно построить цепочку рун. В этот раз это было поистине боевое заклинание. Воздушный таран я его автоматически выдал в силу привычки, оно сорвалось с моей целой руки, быстрее чем косточка упала на землю.
Вокруг же Полджина начал формироваться щит, сперва едва видимый и полупрозрачный, как и волк в первые мгновения своего появления. Вот только, видимо, защитой этот синекожий ублюдок не озаботился в самом начале, и та не успела сформироваться до конца, как в него прилетел таран.
Щит лопнул, но, видимо, он успел взять на себя часть удара.
— Бам, а-а-а, — таран смел Полджина, ломая ему кости, и откинул на пять метров. Так еще и по земле протащил.
— Яромир, дружже, — раздались взволнованные голоса прадеда и Керона, которые ломанулись в мою сторону.
Я не обратил внимания на них, мой взгляд полностью прикипел к Полджину, который так и лежал сломанной куклой, но вроде как был живой, шевелился и хрипел.
 
— Как ты? — раздался голос прадеда, а из-за него выглядывал взволнованный Керон. Рознег начал осматривать меня со всех сторон, а после приподнял мою покалеченную руку, заставив меня зашипеть и скривиться от боли. Боль накатывала волнами, видимо, адреналин притупил ее. Рука плохо чувствовалась и слушалась, шматы мяса висели, но кровь остановилась, да и виден был зелёный оттенок силы жизни. Видимо, ее я на рефлексах применил и сам не заметил. Пришлось напрячься и остановить лечение, а то мясо и мышцы срастутся неправильно, разбирайся потом. Лучше будет обрезать все, да и перемешено там все с тканью.
— Так, пойдем к Снежане, лечить тебя будем. Аника-воин наш, — пробурчал прадед.
— Позже! Помирать я пока не собираюсь, надо здесь все решить, — глухо ответил я. Все-таки небольшая слабость от потери крови чувствовалась, да и силой жизни я пользоваться перестал.
На мои слова Рознег нахмурился, но ничего не сказал.
— Керон, что черт возьми это было, что за зверь, откуда он взялся, это магия ваша? — обратился я к троллю и тихонько двинулся в сторону лежащего Полджина.
— Ага, ага, — закивал Керон. — Яромир друж-жу, я говорить. Полдж-жин старый мудрый тролле и ш-шамана. Духи предков знать и звать, — пояснил мне синекожий.
— Шаман, значит, — пробормотал я себе под нос. Что-то я не припомню, что Венетий о такой магии сказывал, вроде про гоблинских шаманах был разговор, но там другая магия у них и ни каких призванных тварей.
Тем временем мы приблизились к Полджину, который лежал на земле и пускал кровавые пузыри. Переломало его неплохо, руки и ноги раздробило. Даже видны открытые переломы, ребра наверняка тоже, и это на первый взгляд.
Хотелось добить его за фокусы, но они же меня и останавливали. Такой знаток мне пригодится, даже если людей учить не будет, наверняка многое расскажет Керону. И иметь подобных «шаманов» в будущем мне не помешает, опять же, новая школа магии, если Венетий узнает, что я убил его, меня с потрохами сожрет, а уж этого Полджина наверняка сможет раскрутить хоть на частичку знаний.
— Керон, Рознег подтвердите, что поединок закончен и я победил. Отныне я вождь для тролле! — произнес я.
— Ты победил в поединке, — торжественно произнес прадед.
— Ты вож-ждь, — сказал Керон и склонил голову.
— Брейм ван. Ан вис тролле. Крейм, велас кос, — неожиданно раздалось от лежащего Полджина, я вопросительно глянул на Керона, и он тут же перевел нам:
— Сильный вождь, сильное племя, а ему можно уйти к предкам.
— Ага счаз. Ты у меня жить будешь, скотина ты синекожая, я тебя с Венетием познакомлю, мучиться будешь у меня, но жить. Рано тебе к предкам уходить, — пробормотал я и нагнулся к Полджину, рассматривая его внимательно. Крепкий старик, кости переломаны, да и наверняка еще внутренние повреждения, не стонет и не плачет, о своих соплеменниках думает.
Прикосновение к его голове, всплеск силы жизни, и я погружаю его в сон, а после немного под лечил, должно хватить, чтобы до вечера продержался и не помер.
Разогнувшись и осмотрев дело рук своих, я заговорил:
— Его не трогать и не будить, вернусь подлечу, ясно?
— Да, друж-же вождь Яромир, Керон сделать, — закивал синекожий. Он бы явно рад, что я не убил Полджина.
— Вот и хорошо. Пойдем, деда, до Снежаны, — уже не так бодро проговорил я.
Рознег подошел ко мне и со старческим кряхтеньем закинул одну руку к себе на плечо. Я хотел сначала отказаться, ведь и сам мог дойти, но решил не обижать прадеда отказом, и таким образом мы неспешно направились к Снежане.
Зайдя на подворье, мы увидели ее, сидящую на земле и перебирающую травы в корзине, а вокруг парили светлячки.
— Эй, старая, сюда иди, — замахал ей прадед, и мы двинулись в ее сторону.
— Тебе надо, ты и иди, — сразу откликнулась Снежана, но с земли поднялась, отряхнув руки.