Чужак-2: Рейнджер. Боевик-универсал. Мэтр

– Стой, Пушок.
Я спрыгнул с почти мгновенно остановившегося драка. Опаньки. Конт, план мангуста сработал. Операция «Богатый живец» подходит к своему концу. Я еще раз присмотрелся к тропе. Так и есть. По моему следу кто-то шел. Шел сначала за мной, а потом обратно. Вру: шли. Моя метка на следе потревожена дважды. Так, какие у нас по пути в поселок удобные места для засады? Думать не надо, и так знаю. Есть три места, и в одном из них меня начнут убивать. Ну, по крайней мере попытаются это сделать. Не зря я у профа со скандалом забрал цепь-хамелеон. А как он кричал! Как ругался! Радоваться ему нужно было моему точному приземлению, а не так себя вести. Я перебросил себя в окрестности своего замка. Я заглянул на огонек – буквально на пару часов. Поприветствовал всех после почти месячной разлуки. А проф, как узнал о цели моего визита, такой шум поднял… Ладно.
  
– Пушок, – я погладил ноздри драка, – скоро будет бой.
Обрадованная четвероногая помесь крокодила и зебры радостно зашипела. Мол, давно пора. Сколько времени я притворяюсь обычным конем. Хватит. Хочу стать вновь честным драком, тогда никто не попытается кормить меня овсом. Я заскочил на довольную скотину. Посмотрим на местных работников ножа и топора. Я активировал амулет связи, настроенный на один короткий сигнал.
– Вперед.
Как там говорил мангуст?
– Влад, тут такое дело есть. В пограничных поселках за год пропала пара сотен людей. Большинство тел или их останков рейнджеры нашли, остальные – нет. Обычное дело. Здесь нет безопасных мест за стенами поселений, да и сами поселения с большой натяжкой можно так назвать. Такое бывает. Разный народ здесь обитает. Тысяч тридцать наберется, и из них только полторы тысячи – это рейнджеры. Мало ли на кого могут нарваться любопытные. Даже местные, которые живут здесь не одно поколение, тоже погибают. Но дело в том, что часть пропавших – те, кто хвастался добычей или будущей добычей. Пропадали приезжие хвастуны. Пропадали те, кто приезжал в поселки через порталы, а не добрался обычным путем.
Йерк замолчал и потянулся к кубку. Так. Если я правильно его понял, то дело грязное. Здесь не Белгор. Здесь на огромной территории в самых безопасных местах расположены семь поселков. Рядом с каждым есть небольшие крепости ордена Алых. Есть порталы – я сам так сюда добрался. У поселков нет даже названия. У них есть ополчение, у них есть рейнджеры, которые и владеют всем этим. Если называть вещи своими именами, то мангуст – король. Рейнджеры – знать этого странного королевства. Королевства, в котором никто не сеет и не пашет. Королевства, в котором живут только воины и те, кто работает на гильдию рейнджеров. Королевства, где приезжих мало: слишком негостеприимные тут места. Мангуст здесь власть, и власти не нравится то, что происходит на ее территории. Так, а почему молчит мангуст? Я покосился на него. Хитер. Мангуст хитер. Ничего ты по моему лицу не прочитаешь.
– Дальше будешь излагать? – поинтересовался я.
– Буду, – мангуст улыбнулся. – Гильдию заинтересовало подобное совпадение. Почему одни приезжие погибают, а другие остаются живы? Почему из десяти богатых погибают пять, а из десяти бедных – три? Почему из пяти погибших богатых приезжих два тела были не обнаружены? Сам понимаешь, что цифры примерные. Полгода назад Руки гильдии начали проверку. Ничего не нашли, но статистика гибели богатых и бедных приезжих в процентном соотношении опять пришла в норму. Что думаешь по этому поводу?
Блин. И тут проверка. Мангуст пытается понять, как у меня с мозгами. Логично: кроме нескольких фактов и слухов, он ничего не знает. Какие бы ни связывали отношения две гильдии, это не причина для отсутствия секретов друг от друга. Изображать валенка я не хочу, да и не нужно мне это. Незачем.
– Замешаны местные. О проверке наверняка не кричали на всех углах, значит, они имеют доступ к информации общего плана, доступ к которой имеют все рейнджеры. Друзья, любовницы, да кто угодно. Хоть трактирная служанка могла подслушать разговор двух рейнджеров. Я так думаю, что недавно богатых опять стало больше пропадать без вести, иначе бы ты не завел этого разговора.
– Ты прав, – согласился мангуст. – Замешаны местные, и недавно опять начались странные смерти. Народу здесь мало, и все на виду. Почти все в поселках друг друга знают. Ты прав, но не во всем. Ты не знаешь того, что знаю я. Если бы это были обычные местные, мы бы их вычислили. Это кто-то из своих. Это рейнджер с гнилью или рейнджеры.
– Рейнджеры? – слегка удивился я по полной программе.
Ответом мне стал кивок Йерка и глухая матерщина Конта.
– Это он или они, – продолжил мангуст после паузы. – В одном случае тела погибших нашли быстро. Их еще не успели сожрать измененные или обычные хищники. Нашли совершенно случайно. Команда рейнджеров возвращалась из похода в Закрытый лес и заинтересовалась необычно интенсивным применением магии на лесной поляне в нескольких десятках километров от поселка. Заинтересовалась полным отсутствием следов крови и тел. Прошло не более получаса со времени боя, и следы примененных заклинаний не успели рассеяться. Они нашли восемь тел метрах в ста от поляны. Останки были великолепно замаскированы. Никаких следов вокруг тел обнаружено не было. Да и сами погибшие считались бы пропавшими без вести, если бы команда проходила через поляну на час позже. Эти приезжие прибыли в пограничье, но не смогли договориться о стоимости услуг проводника. Решили пойти без него. Убийца или убийцы – это рейнджер или рейнджеры.
Мангуст замолчал. М-да. Вот это ситуация.
– А что ты планировал сделать до моего появления? – поинтересовался я.
– Да ничего особенного, – спокойно ответил магистр. – Это не первый случай и не последний, к сожалению. Постепенная проверка все равно позволит выявить эту сволочь. Быстро это сделать невозможно. Половина рейнджеров всегда в походах. Лично мной уже были проверены все мастера внутреннего круга. Ими были проверены почти все мастера и часть обычных рейнджеров. Мы обнаружим гниль или заставим ее удрать из пограничья, если она почувствует запах паленой шкуры. Своей шкуры.
Ничего себе! Проверка всех мастеров на гниль. Мангуст – параноик в квадрате.
– Это не Белгор, – усмехнулся мангуст, все-таки заметив мои эмоции. – Охотникам тяжелее. Они находятся рядом с клокочущим гнойником, из которого выплескиваются твари. Охотникам легче. Этот гнойник вытягивает всю гниль на много километров вокруг себя. А в пограничье нет такого места. Гниль разлита в воздухе тонким слоем и может проявиться в разумном существе очень поздно.
Понятно. Две гильдии похожи друг на друга, но есть и отличия. Много отличий. У рейнджеров нет амулета ученика. У рейнджеров в мастера принимают не на общем сборе, а после решения мастеров внутреннего круга. Много отличий у наших гильдий, но есть и общее.
– Как я могу помочь, брат? – спросил я.
Пушок всхрапнул и окатил меня вихрем эмоций.
– Спокойно, – потрепал я его по шее. – Я их вижу.
Эмоции драка сменили окрас. Теперь в них превалировала не тревога и ярость, а ярость и жажда крови. Отлично, и мне давно нужно было поработать с опасным противником. Один против пяти. Прости, Пушок: двое против пяти. Два рейнджера и трое местных воинов. По крайней мере об этом говорят следы. Шли за мной двое, а ждут пятеро. Спрятались именно там, где я и рассчитывал найти засаду. Раньше и я бы там спрятался, но не хочу быть стандартным. Одного урока мне хватило. Двое против пяти. Плохой расклад. Для них плохой. Рейнджер слабее охотника в открытом бою. Немного, но слабее. Нет здесь таких тварей, как в Белгоре. Я сейчас наверняка поднялся с последнего места в списке мастеров-охотников по силе. Я не обманываю себя – в этом нет смысла, но я и не лучший. Далеко не лучший. Сейчас я середняк, а Конт входит в первую десятку мастеров-рейнджеров. Он провел со мной пять тренировочных боев сталью. Очень просил, и я один раз согласился. Мы развлекались недолго.