Душа для возрождения (ЛП)

— Теперь Фавн, — ответила она, сузив на него карие глаза.
У него новое имя? Справедливости ради, он сам узнал, что такое имена, всего несколько месяцев назад — когда они с Алероном получили свои от Мериха.
У всех у них есть имена. Ему хотелось узнать их все, ему нравилось, что у них есть индивидуальность помимо черепов и вариаций рогов. Его собственное, очевидно, было лучшим, так как он был единственным, кого он встречал без клыков, зато с клювом.
  
— Лисий Мавка, — сказал Инграм, чтобы привлечь его внимание. — Твое имя. Как оно?
— Магнар, — ответил он, положив когтистую ладонь на плечо самки с темно-каштановыми волосами, стоявшей рядом с ним. — Это Делора.
Между его внушительными оленьими рогами парил маленький огонек. Присмотревшись, Инграм понял, что он выглядит как огненная женщина, у которой, как ни странно, были такие же очертания и волосы, как у самки, к которой он прикасался.
Он повернулся к волчьему Мавке и заметил, что у него между закрученными назад рогами тоже есть огненная женщина. Она повторяла очертания самки, которую он держал на руках.
Он не знал, что это значит.
— Рея, — сказала маленькая женщина, приложив руку к своей груди, а затем указала на волчьего. — Орфей. А та, что там хмурится, — Маюми.
Он снова посмотрел на миниатюрную женщину, так как она казалась самой низкой из всех, и увидел, что она уперла руки в бока. Она всё еще злилась на него, о чем свидетельствовали нахмуренные брови.
— Инграм, — жалобно протянула Эмери в его объятиях, хотя и довольно приглушенно, так как ее лицо было уткнуто ему в грудь. — Дышать не могу!
Он ослабил хватку ровно настолько, чтобы дать ей немного пространства, и опустил череп, наклонив его так, чтобы видеть поверх клюва.
— Прости, Эмери. — Он убрал руку с ее плеч, чтобы зарыться когтями в ее волосы сбоку. — Тебе больно?
— С ней всё в порядке, — твердо заявил Орфей со стороны. — Я забрал ее раны себе.
— Забрал ее раны? — с любопытством переспросил он.
— Я исцелил ее, и тем самым должен нести ее раны за нее.
Ах. Так вот почему от него пахнет кровью Мавки.
Глаза Инграма приобрели розовато-красный оттенок, когда чувство стыда закололо затылок.
— Я причинил тебе боль?
— Нет, но Демон изрядно потрепал меня, когда я была в воде. Думаю, это ты спас меня.
— Понятно, — промычал он, прежде чем перекинуться в свою более человекоподобную форму, теперь, когда он знал, что всё… в порядке.
Ему больше не нужно было бежать, и он не видел причин оставаться в своей четвероногой форме. Она никогда об этом не просила, так что это было лишь предположение, но он изменился ради ее комфорта.
— Твое имя Инграм, да? — спросил Магнар. Когда он кивнул, взгляд Магнара скользнул по лесу позади них. — А где твой близнец? Мавка с черепом летучей мыши.
Синяя вспышка в его глазах была такой быстрой и внезапной, что резанула по позвоночнику, как ледяное лезвие. Он не знал, почему отвел взгляд и посмотрел на милую самку в своих объятиях, но просто не мог сейчас смотреть ни на кого другого.
— Его больше нет, — произнес он тоном, настолько холодным от печали, что он обжигал.
— Нет? — переспросил Магнар.
— Пришла орда Демонов, — ответил он, глядя в ледяные глаза, которые сузились от скорби — по нему. — Я не смог его спасти, а Ведьма-Сова не позволила мне. Она защитила меня, чтобы нам обоим не разбили черепа.
Когда Инграм поднял глаза, он заметил, что глаза обоих Мавок стали такого же синего цвета, какой заполнял его собственное зрение. Даже взгляды трех самок вокруг него светились печалью и, возможно… сочувствием.
Той, кто выглядел наиболее опечаленным этим известием, была самка, стоявшая рядом с Магнаром.
Он не понимал, почему кто-либо из здешних людей, кроме Эмери, должен что-то чувствовать из-за потери Алерона. Они не знали его, не знали, что мир без него стал менее ярким и прекрасным.
— Фавн рассказывал мне о вас двоих, — сказала Маюми, прямо перед тем, как он почувствовал ее деликатное и нежное прикосновение к округлому суставу своего плеча. — Мне очень жаль. Я знаю, что вы были неразлучны и что ты, должно быть, очень по нему скучаешь.
Инграм впервые нормально разговаривал с Орфеем и Магнаром, но они с Алероном провели много дней и часов с Фавном. Он был их любимым Мавкой, потому что всегда был готов играть с ними и учить новым вещам. Он всегда был с ними терпелив и иногда даже предпочитал отдыхать, прислонившись спиной к их сплетенным в объятиях сородичам.
Фавн был для них чужаком, но они и не подозревали, что ему было по-настоящему… не всё равно. Не настолько, чтобы в подробностях рассказывать о них кому-то еще, как этой самке.
Была ли это та самая связь, которую пыталась объяснить ему Ведьма-Сова? Что, хотя он их не знает и не остается рядом с ними, между всеми Мавками есть место привязанности из-за того, кто и что они такое?
Для его разума сейчас это было слишком сложно понять. У него были вопросы, но он не знал, с чего начать или в чем они на самом деле заключались.
— Вот почему мы здесь, — сказал Инграм, слегка приподнимая Эмери.
Он не стал бы говорить, что всё в порядке, или отмахиваться, когда его грудь постоянно ныла от исчезновения Алерона.
— Прежде чем мы перейдем к этому, — сказала Маюми, делая шаг назад и убирая от него свое незнакомое прикосновение. — Мне нужно пойти к Фавну. Здесь сейчас слишком много крови Эмери, чтобы мы могли остаться, даже если мы убрали большую часть.
— Ей бы, наверное, не помешала настоящая ванна, — добавила Делора, прижимаясь к боку Магнара и указывая рукой на Эмери. — И немного отдыха. Выглядит так, словно она бежала несколько дней.
— У нас есть свободная кровать, — предложила Рея. — Однако ей понадобится ванна, скрывающая запах. У нас дома нет оберега, так как Орфей не сможет установить новый еще восемь лет. Соляной круг в последнее время часто нарушают из-за большого количества шныряющих Демонов, поэтому мы стараемся не навлекать на себя лишнее внимание, если можем.
— Ванна, скрывающая запах? — спросила Эмери, нахмурив брови.
Рея отвела свои зеленые глаза и потерла шею сбоку.
— Одному из Сумеречных Странников придется вымыть тебя, чтобы втереть свою магию в твою кожу и скрыть, что ты человек. Но, полагаю, всем нам было бы довольно некомфортно от этого. Так что, если бы Инграм соглас…
— Нет, — быстро перебила Эмери. — Я… не могу этого сделать, извините.
Рея опустила руку и пожала плечами.
— Тогда ты не сможешь остаться с нами, а ни у кого другого нет свободной кровати.
Инграм заметил, что щеки Эмери покраснели, и она слегка заерзала в его объятиях. Он знал, почему она против. Как бы он ни был рад наложить на нее заклинание, предварительно узнав, сможет ли он вообще это сделать, он не стал с ней спорить.
— Я могу просто поспать на улице. — Она улыбнулась, и он знал, что улыбка фальшивая. — Я выживала в суровых условиях с Инграмом больше двух недель. Еще несколько дней мне не повредят, если вы дадите мне одеяло. Я Истребительница демонов, так что мне не привыкать спать под открытым небом.
— В этом нет необходимости, — со вздохом сказала Маюми, убирая несколько прядей волос с лица. Она цокнула языком. — У нас есть оберег. И хотя наш дом не вместит еще одного Сумеречного Странника, у меня есть военная палатка, которую я украла из «Заставы Кольта» и которую мы использовали во время строительства. Ты можешь остановиться там.
Казалось, они понимали, что Инграм устроит драку, если они попытаются разлучить с ним Эмери. Возможно, дело было в том, как он ее сейчас держал, или в чем-то, что знали они, но не знал он. Если не считать Маюми, которая стояла одна, два других Мавки держали своих самок довольно близко.
  
И они определенно были их самками. Он чувствовал это по запахам меток, которые на них лежали.
Глаза Эмери просияли, а губы изогнулись в более искренней улыбке. Она повернулась к Маюми.