Цикл "Идеальный мир для Лекаря". Компиляция. Книги 1-30 (СИ)
— Я бы попросил объяснить всё максимально подробно и дать время на подумать, но ведь это же не про нас с тобой, да? В нашем случае такого не бывает… — кажется, барон начал догадываться. Так что нет смысла тянуть дальше и пытаться отвлечь его мысли при помощи вкуснейшего чая с иномирскими травами.
— Ладно, нет времени объяснять. Я хочу, чтобы ты принес мне клятву верности, — от моих слов у Вениамина брызнуло два фонтана чая. Прямо через нос. Так что закашлявшись, он встал со стула и отошел в сторону. Дал ему немного времени прийти в себя, поглощая оставшиеся на столе булочки. И надо сказать, варенье из ягод, добытых в деревне лесорубов, получилось, что надо.
— А тебе не кажется, что клятва верности очень уж серьезная штука? Их просто так не дают, насколько я знаю… — прокашлявшись, барон уселся на свое место. Несколько минут он размышлял, и я пока не могу понять, о чем он думает.
— Серьезная, — кивнул я и вытолкнул из-под стола чемодан. — Здесь пятьсот тысяч рублей. Это тоже вполне серьезно. И еще…
— Оу! — опешил Вениамин, стоило ему приоткрыть чемодан. — Ладно, я согласен.
— Ага… — второй чемодан остановился на полпути. — Это хорошо… — сразу затащил его обратно себе под стул.
— Это я, выходит, продешевил? Рано согласился? — грустно усмехнулся барон.
— Я бы сказал, что наоборот, очень даже вовремя, — помотал я головой. — Там были не деньги.
Вениамин серьезно кивнул, подумав, что в следующем чемодане было что-то страшное. И это правда! Там такое вино, от которого просто так не отказываются. Но и на обычные попойки тратить такое было бы неправильно. Герцог Баловин, на радостях от своего возвращения к жизни, достал чуть ли не лучшие образцы из своих запасов. И пару бутылок мы с ним раздавили, будучи еще в винном погребе. Надо сказать, действительно достойный напиток. Поначалу, стоило мне появиться в этом мире, думал, что никогда здесь не найду, хоть что-то немного похожее на вино из моего мира. Теперь же твердо могу заявить, что ошибался, и тут встречаются напитки даже лучше, чем в моей прошлой жизни.
Барон некоторое время размышлял над тем, что же могло быть в этом чемодане, но, в конечном итоге, решил, что лучше этого не знать. Он уже успел узнать меня немного лучше, и этого хватило, чтобы желание задавать лишние вопросы сразу отпало.
— Клятву-то я дам, но у меня есть вопрос, — Вениамин серьезно посмотрел на меня. — Сможешь ли ты вылечить и моих инвалидов, как сделал это со своими?
Теперь настала моя очередь поперхнуться чаем. Но я лекарь, потому вовремя остановил приступ кашля и вывел чай из легких в считанные мгновения. Да уж, надо бы поработать над сохранением тайн. Не думал, что раскусить меня выйдет настолько быстро. Но на деле все оказалось довольно просто.
У барона есть примерно три сотни гвардейцев, что в свое время получили различные травмы и стали инвалидами. Всё, как обычно. Много кто потерял конечности, другие получили контузию, и всё в таком духе.
Этих гвардейцев барон содержал в специальных заведениях. Некоторые из них просто жили дома и получали, хоть урезанное, но пособие. В общем, своих он не бросил. А многие из них жили не в самом Северодвинске, а в его окрестностях. Потому большинство все же смогли спастись и выехать в Архангельск, где теперь сидят в одном из государственных лагерей беженцев и ждут дальнейшей своей участи.
А узнать о том, что я могу исцелять даже потерю конечностей, Вениамин смог от своих верных людей. Те в свое время также служили в имперских войсках и смогли узнать нескольких моих бывших инвалидов, а ныне вполне здоровых и крепких бойцов. А там уже сложить два плюс два не составило большого труда.
Новые гвардейцы мне не помешают. Пусть они и будут в услужении у барона, но так даже удобнее. Он сам будет управлять ими, заниматься их обеспечением, а мне можно будет просто позвонить ему и сказать, чтобы он шел туда-то и атаковал того-то. Очень удобно, как по мне. Так что на просьбу ответил согласием, но, в любом случае, первым делом клятва.
— Что ж, тогда клянусь тебе в верности, — пожал плечами Вениамин. — Это всё? Могу идти? — он подхватил чемодан с деньгами и встал со стула, но я его остановил.
— Не так быстро. Садись, — теперь уже я поднялся, и активировав свои Дары, начал сооружать в воздухе сложную магическую печать.
Вениамин завороженно смотрел на истинную магию. Он еще не видел ничего подобного, и для него всё это выглядело, словно чудо. В воздухе появлялись витиеватые узоры, сотканные из концентрированных энергетических нитей. Они переплетались друг с другом, плавно и казалось, что не спеша перетекали с одного места в другое, занимая свои места в сложной печати клятвы верности.
Это одно из древнейших заклинаний. Причем, степени клятв бывают разные. Есть те, что попроще, и ее может заключить маг ранга ученика. Но они имеют срок годности и продержатся от силы пару лет. Более сложные уже можно создавать на длительный срок, но они также будут отличаться по степени воздействия на нарушителя. Какая-то просто будет вытягивать силы на протяжении некоторого срока. Неделя, месяц, а то и год. Человек будет лежать пластом и думать о том, что зря он нарушил клятву. Другие клятвы нанесут сильнейшую боль. Это тоже заставит нарушителя клятвы поразмышлять над своим поведением.
Есть и высшая клятва. Но с ней я заморачиваться не хочу, очень уж сложно его создание. На это придется потратить никак не меньше пары дней, но мало того, потребуется специальный клятвенный артефакт, и пусть совсем мелкая, но частичка души. И да, такая клятва уничтожит не только тело, но и душу нарушителя. Хуже ничего не может быть. Но я решил не заморачиваться и выбрал вполне себе средненькую клятву верности. Как по мне — это золотая середина. Создается легко и просто, а эффект отличный.
— Вот, теперь повторяй, — кивнул Вениамину, и тот, пожав плечами и положив руку на магическую печать, повторил свои слова.
— Клянусь в верности… Ему! — кивнул он на меня, и в тот же миг печать взорвалась тысячами ярких искр.
— Всё, — улыбнулся я. — Теперь, если предашь меня, лишишься своего Дара. А через год умрешь. Но это только в том случае, если я не найду тебя раньше.
— Ой, да хватит тебе. Не предам, не переживай, — махнул рукой барон. — Я свое место знаю, и помню, сколько ты для меня сделал. Причем, мы знакомы всего ничего, но даже так ты успел меня удивить. И кстати, с тобой весело, как мне, так и моим людям, — улыбнулся он.
— Аргумент, однако, — согласился с ним. Когда интересно — обычно не до предательств.
— На самом деле причин согласиться на клятву куда больше… — почесал затылок Вениамин. — У меня, в принципе, веселая жизнь была и раньше.
— Да по тебе видно. Веселья хоть отбавляй, так и светишься от счастья, — съязвил я.
— Ну, баронства у меня сейчас нет, так что и часть проблем с ним ушла, — усмехнулся тот. — Врагов у меня было, конечно, поменьше. Но всё равно хватало. Надеюсь, они там все передохли. И это чудо, что они до сих пор про меня не узнали. Но! Клятву верности я принес, и теперь не отвертишься.
— То есть, опять все шишки на меня, да?
— Ну, вот так, — пожал плечами барон.
— А чего раньше не говорил? — удивился я. Были подобные разговоры, вот только Вениамин рассказывал о парочке агрессивных соседей. Нет, это не проблема, двумя врагами больше, двумя меньше. Наоборот, скорее, плюс. Говорит о том, что мой новый вассал умеет держать удар.
— Боялся, что ты меня не возьмешь, — виновато усмехнулся барон.
Впрочем, совершенно наплевать на его врагов. Что, если объявятся и будут нападать? Так Владимир с удовольствием выкупит их технику, а я на этом только заработаю. Да и в скором времени у Вениамина будет серьезная и прекрасно оснащенная армия. Куда более весомый аргумент в спорах со старыми врагами, чем его немногочисленная гвардия.
Мы обсудили с ним дальнейшие планы, определили пути развития. А развиваться ему теперь придется в любом случае, без этого с таким количеством врагов попросту не выжить. Теперь барон будет искать и привлекать новых людей в наши ряды. Как бойцов, так и всех прочих. Также на его плечи ляжет немалая часть работы с документами. Виктория попросту не справляется сама, да и ей нужны передышки. Про обучение магии тоже нельзя забывать, графиня просто обязана быть сильной.