Землянка для эллионцев: спасти вселенную! (СИ)

— Я скучала… — выдавила я тихонько, тронутая его словами.
Платье невесомо съехало к талии. Я освободила руки и провела кончиками пальцев по мощным плечам Андара, заключенным в облегающий летный комбинезон.
Ладони Андара огладили мою грудь, губы спустились к отвердевшему соску, втянули его. Андар покатал его на языке, отчего по телу словно прошел электрический разряд. Я выгнулась навстречу мужчине и откинула голову назад. Андар подхватил меня под спину, навис сверху, упершись второй рукой в кровать. И проложил влажную дорожку из поцелуев от груди к животу и вниз.
    
Глава 40
 
Меня развеет между звезд
 
Андар коснулся губами низа моего живота — поцелуй вышел томительным, обещающим, от которого я вся сжалась в сладком предвкушении. Но уже в следующий миг он отстранился, пересел на кресло, задержал взгляд на моем лице и медленно, неторопливо начал освобождаться от одежды.
Обнаженное тело мерцало в колких лучиках далеких звезд и мерного света, исходящего от стен каюты. Андар казался выточенным из кварца! Совершенным. Надежным. Жестким. И одновременно самым нежным и ласковым во всей вселенной.
Я неспешно приблизилась, хотела налюбоваться своим мужчиной. По пути тряхнула волосами и перекинула их на одно плечо. Пряди упали на грудь, задели возбужденный сосок. Я вздрогнула, шумно вдохнула и уперлась коленями в край кресла.
Губы Андара очутились напротив моей груди. Одну очень возбуждающе щекотали собственные пряди волос — так нежно, что тело будто само просило еще. Вторую сжал Андар, втянул в рот сосок, слегка прикусил.
Я вскрикнула — от удовольствия, от неожиданности, от того, что меня пронзило горячей искрой.
Волна жара пронеслась по коже, разлилась внутри, в животе зашевелилась жадная пустота. У меня подкосились ноги, и Андар притянул меня к себе — я с глухим стоном опустилась прямо на разгоряченный член. Он скользнул по моей влажности, плотный, живой, и уперся в клитор — так резко и остро, что из груди вырвался хриплый вдох.
Андар оторвался от груди, нашел губы и завладел моим языком. Руками приподнял меня за попку, нащупал влажный вход и запустил внутрь один палец, помассировал. Его член потирался о самую чувствительную точку снаружи, и от этого у меня закружилась голова…
Я прикусила мужское плечо и застонала. Робко, нерешительно. Все-таки, установок из моей пролшлой жизни со мной оставалось хоть отбавляй — это же неприлично! Стонать! Вдруг он подумает, что я развратная, что я неправильная, что… Но тело предало меня — горячая волна растекалась все глубже, и я уже не могла сдерживать звуки. Так было приятно! И хотелось, чтобы Андар продолжал. Чтобы ни за что не останавливался.
— Со мной можно, — прошептал Андар, прервав поцелуй. — Кричи, моя хорошая.
И это его «кричи, моя хорошая» что-то со мной сделало!.. Мне вдруг стало понятно, что Андару я нужна такая, какая есть. Правильная или неправильная — не важно. Ему важна просто я.
Он выскользнул, провел влажным пальцем по по самому центру моего желания, и от этого у меня перехватило дыхание. Потом обхватил рукой член и направил его внутрь меня.
— Ах! — вырвалось из груди, сорвалось стоном… Я зажмурилась от наслаждения и всецело отдалась ритму. Вцепилась в плечи Андара и позволила телу раствориться в наслаждении. Казалось, внутри меня раздвинулись границы, и туда хлынул жар, пульсирующий в такт нашим движениям.
Он уверенно приподнимал и опускал меня за бедра, задавая темп. А потом я приноровилась и задвигалась в такт, пружиня на коленях.
Это было совершенно по-новому! Это был наш общий танец. Его сила и моя отдача. Его жар и моя жажда. Я чувствовала себя живой, желанной, нужной так, как никогда прежде.
Его напряженный член в таком положении особенно приятно задевал нужные точечки. Под особым углом цеплял складочки, и я уже не могла сдерживать рваные выдохи.
Невероятные пальцы Андара перестали удерживать и направлять меня и отправились блуждать по позвоночнику. От прикосновений разбегались мурашки, возводя ощущения в наивысшую степень. Будто Андар знал особые местечки, куда следовало нажать, чтобы доставить еще большее удовольствие.
Я распускалась, словно цветок на рассвете. Нежный розовый бутон, напившийся росы. Лепесток за лепестком. Каждый из которых трепетал в унисон с невидимыми глазу струнами вселенной. А я наполнялась животворящей необъятной силой. Светлой и бесконечно прекрасной.
Андар был прав. Я зря спорила с ним. Зря сомневалась и не верила до конца. Именно то незримое внутри меня: божественная искра, творчество, созидание — являло жизнь в реальность. Превращало неорганические вещества в органические молекулы. Призывало в мир разум и душу.
Я снова потерялась в ощущениях и мыслях, перестала различать границы между мыслями и телом. Наши губы встречались в жадных, глубоких поцелуях. Наши тела танцевали под стук сердец. Внизу кипела лава, смешивала мужское и женское, будто у нас больше не было физических оболочек. Я больше не чувствовала себя отдельной — мы были единым существом.
А в какой-то момент меня пронзил яркий луч света. Щекотными мурашками разбежался по тому, что осталось от тела, заставил меня рассыпаться на атомы. От удовольствия. От бесконечного блаженства. От единения с мужчиной, горячие руки которого все-таки обнимали за талию.
— Вита, — повторил Андар не в первый раз. — Ты невероятная! Я чувствовал, как у тебя там все сжималось, когда ты получала удовольствие. Причем, не раз! Это очень приятно, моя сладкая.
— Мне кажется, что однажды меня развеет между звезд… — опасливо призналась я. — Во время секса. Я все меньше и меньше владею собой. Попадаю в бескрайний поток удовольствия.
— Все верно, — хрипло простонал Андар. — Потому что я не сдерживаю эмоций, и они все передаются тебе.
— А тебе передаются мои?
— Верно, но ты их сдерживаешь. — Андар слизал капельку пота с моей груди и снова обнял губами сосок, вызывая очередную волну возбуждения. — Просто выпусти себя наружу, моя девочка.
— Ка-а-ак? — простонала я, приподнимая бедра.
И вдруг меня пронзила простая мысль: все это время я жила так, будто должна быть «удобной» — тихой, сдержанной, правильной. Прятала свои чувства, свои желания. Даже здесь, в другой вселенной, я пыталась держать себя в рамках. Но Андар хотел меня настоящую. Без масок. Без страхов. И это было страшно, но невероятно освобождающе.
Внутри что-то щелкнуло. Я окончательно перестала сопротивляться, перестала думать о том, как «правильно». Просто позволила телу двигаться, чувствовать, откликаться на каждое его прикосновение. И от этого стало легко. Сладко. Почти нестерпимо хорошо.
— Ты на верном пути, — улыбнулся Андар, резко поднял меня на ноги, приобнял за ягодицы. И нашел кончиком языка ту самую точечку у меня внизу.
Я вонзила ноготки в его плечи и протяжно выдохнула.
— Чуточку громче, — поддразнил Андар и снова припал к приятному местечку. А большим пальцем раздвинул складочки, пробираясь внутрь.
— Не останавливайся! — разрешила я. — Но лучше положи меня на кровать. А то упаду.
Андар опять покосился на Розочку, которая спала, не изменив позы, и не обращала на нас внимания. Он прервал ласки, подхватил меня под колени и ловко развернул к себе спиной. Снова усадил к себе так, что обе его руки оказались свободными. Я прижалась к крепкому животу Андара, лопатками уперлась в широкую грудь и положила голову на мощное плечо.
Шершавая ладонь огладила грудь, пальцы будто невзначай задели напряженный сосок. Вторая развела в стороны колени, прошлась по внутренней стороне бедра и раздвинула влажные складочки.
  
Я протяжно выдохнула Андару в заостренное ушко, прикусила мочку и лизнула чувствительную кожу на шее. А он глухо рыкнул и заскользил пальцами, то ныряя внутрь, то дразня мое желание.
Другая рука скользнула выше — от живота к груди, а потом по шее к губам. Его большой палец очертил контур, мягко оттянул нижнюю губу. И я жадно втянула его в рот, ощутив на языке шершавость — еще ярче, чем представляла.