Выбирая жизнь (СИ)
Из складок плаща показалась темноволосая встрёпанная головка, и на девушку настороженно посмотрели большие прозрачно-зелёные глаза.
— Светлого Неба, малыш, — тихо обратилась Элге к неожиданному гостю.
Дарриел осторожно развернул складки плаща и поставил на землю мальчика лет четырех-пяти, очень маленького и худенького, в рубашечке не по размеру, в которой просто утонул, коротковатых штанишках и стареньких ботиночках. Тот сразу же прижался к ноге герцога и из-под отросшей лохматой челки посверкивал глазёнками на рыжую девушку.
— Это Эрриг, — вздохнул герцог. — Нужно приготовить ему удобную комнату и позаботиться… ну, ты сама видишь, какой он.
— Я распоряжусь. А его родные..?
Муж покачал головой, на мгновение прикрыв веки.
— Эрриг, добро пожаловать в наш дом. Ты голоден? Как насчет пирога с черникой и молока? Или ты больше мясо любишь?
Опустившись на корточки возле застывшего мальчика, Элге ласково улыбалась и аккуратно отводила длинные непослушные прядки с его лица. Малыш вздрогнул, но не отстранился.
— Я всё люблю, — простуженным голоском отозвался он.
— Ну и замечательно. Сначала купаться, с дороги-то: вон вы какие оба пыльные, чумазые. А потом ужинать!
Элге протянула мальчику ладонь и тот, мгновение поколебавшись, вложил в неё свои пальчики. Второй ладонью немедленно завладел муж и, склонившись к её уху, обдал горячим дыханием:
— Спасибо, родная.
В замке Элге поручила маленького гостя заботам прислуги. Вновь присела перед малышом, оказавшись взглядами на одном уровне с ним.
— Эрриг, ты здесь осваивайся и никого не бойся, здесь живут очень добрые люди, тебя никто-никто не обидит, обещаю. Сейчас тебе помогут искупаться, переоденут и покормят. А мы с… Дарриелом заглянем к тебе чуть позже. Хорошо?
— Вы точно придёте? — закусив губу, Эрриг серьёзно смотрел на взрослого.
— Обязательно, — заверил Дарриел.
— Тебе…тоже надо искупаться и переодеться?
— Мне тоже. Мы же с тобой, считай, в одной грязи извозились, — со смешком подтвердил взрослый.
— Я буду ждать.
Элге погладила его по тёплой щечке и ободряюще улыбнулась.
Его светлость, как самый последний подросток, мечтал урвать хоть пару мгновений уединения, чтобы снова прижаться к её губам — измучился, истосковался не меньше, но по длинному коридору туда-сюда сновали слуги, а демонстрировать весь свой пыл под чужими взглядами он не хотел категорически, боялся не остановиться вовремя. Только захватил в плен её ладошку, переплёл пальцы со своими и поскорее потащил в сторону супружеских покоев. Хотя бы десять минут полной тишины он заслужил.
— Ну что, водные процедуры и ужин? — с провокационной улыбкой его маленькая жена заглянула в глаза своими невозможными зелёными с золотистыми искрами глазищами. — Как насчет отдыха? Только отдых и ничего кроме. Я всё приготовила…
— Мечтаю о нормальной ванне, походная опостылела до искр в глазах, — согласился он и тут же вздохнул: — А вот отдых и твой искусительный ужин при свечах придётся чуть-чуть отложить. Сначала совещание, а потом я весь твой, обещаю.
Элге погладила его предплечье и заменила выражение сожаления на понимающую улыбку, от которой у герцога заныло сердце.
— Как я всё это не хочу, Эль! — обиженно пожаловался с высоты своего роста Дарриел. — Но сначала дело, это срочно и важно, и…
Тёплые пальцы накрыли его губы, и он немедленно прижался к ним поцелуем.
— Надо — значит надо, — согласилась Элге. — Но спать приходи, пожалуйста, в нашу спальню. За рабочим столом, быть может, тоже удобно, но я бы предпочла тебя в своей постели.
Он почти успел наклониться и ещё раз поцеловать её, как мечталось все эти долгие дни, но за его спиной раздалось деликатное покашливание. Дарриел мысленно издал длинный протестующий стон и выпрямился, разворачиваясь к своему кастеляну.
— Добрый день, милорд! Счастлив видеть вас в добром здравии.
Герцог усталым жестом потёр переносицу и несколько раз медленно моргнул.
— Добрый, Менгард. Собери всех на совещание в малом зале через час.
Сайттенский смотритель Менгард нахмурил брови, пытаясь сообразить, не ослышался ли. Час — это очень мало. То есть людей-то собрать успеет, но его светлость, кажется, еле на ногах стоит. Ему бы ванну горячую, согревающего вина со специями, да ужин, да на боковую. А уж с утра, на ясную голову…
Герцогиня незаметно вздохнула и поднырнула под локоть Дарриела — поближе к тёплому боку. Он немедленно обвил её талию, уголки губ дрогнули в готовой проявиться улыбке. Хорошо-то как! Кастелян проследил за действиями её светлости и рискнул:
— Слушаюсь, милорд, я прослежу за всеми приготовлениями к совещанию. Через два часа все будут на месте.
— Через час, Менгард, — поправил герцог.
Но тут Элге обхватила его пояс и прижалась щекой к груди, и даже потёрлась едва ощутимо, едва заметно стороннему глазу. А у Дарриела дыхание сбилось.
— Через два так через два, — кивнул он невозмутимо и быстро направился к лестнице, не разнимая объятий.
Едва поднявшись наверх и миновав первый поворот, маг стрельнул взглядом по сторонам и, поняв, что удача наконец-то улыбнулась им, прижал Элге к стене, и она немедленно оплела его руками и притянула голову поближе к себе. Они целовались, словно разлука длилась минимум год, и не могли оторваться друг от друга.
— Как же я скучал по тебе, Эль, — признался Дарриел, скользя жадным взглядом по её порозовевшему лицу и припухшим губам.
До дверей покоев пара добралась едва ли не бегом. За закрытыми дверями их встретили тишина и отсутствие прислуги.
— Так что у нас за мальчик? — вновь вернулась она к насущному, когда муж был вымыт, вытащен из воды и завёрнут в мягкий халат.
И норовил утащить её в спальню — раз им дали в два раза больше времени, чем он распорядился — надо использовать его с толком. Шутка ли — три недели без драгоценной супруги под боком!
— Эрриг сирота, я нашёл его на обратном пути. Посёлок почти полностью опустел, жители расселились по окрестным деревням и городкам, осталось всего два-три дома, где ещё живут, но и те семьи планируют переезд. — Устроив Элге на своей груди, Дарриел лениво перебирал огненные пряди и поглаживал её по спине. — Мальчишку подкармливали и сообща делали, что могли — одеждой помогали, пускали переночевать, но…
— Ни у кого не нашлось для него места возле очага? — полуутвердительно закончила его рассказ Элге.
Под её ладонью билось его сердце, и ощущать его так казалось самым правильным, как и рассматривать его смягчившиеся, расслабленные черты, прикрытые глаза и блуждающую по губам тихую улыбку. Элге тронула пальчиком тёплую кожу губ, поводила из стороны в сторону, словно выпрашивая лёгкое касание. Выпросила.
— Я не мог оставить его там.
— Всё правильно, родной, в Сайттене ему будет лучше. Надо подумать, куда его пристроить, и… что?
Дарриел приподнялся и устроился на подушках повыше, не выпуская жену из объятий.
— Эль, скажи…
Её муж так очаровательно нерешительно замялся, что она только улыбнулась, тепло и таинственно. Он в ответ нахмурился и зачем-то потрогал собственный нос.
— Я не буду настаивать, если ты не хочешь, но мне кажется, мы могли бы…
— Могли бы что?
Зелёные глаза дразнили и смеялись, пальцы гладили крепкое широкое плечо. Смотреть на него, такого большого, сильного и вместе с тем неуверенного и смущённого было ужасно приятно.
— Ты утверждаешь, что я могу иметь детей, — глухо, из-под локтя бухнул своё признание герцог. — А если всё-таки нет? Эль, в этом случае мы могли бы… как ты думаешь?.. Что?..
Нежная женская рука в этот момент провокационно переместилась на его бедро. Дарриел прикрыл глаза. Наверное, когда-нибудь он привыкнет и будет не так остро реагировать на каждое её касание. Но пока всё ещё реагировал так — огненными всполохами, вспышками желания, иголочками удовольствия.
— Эль… Эрриг — чудесный ребёнок, ты сама в этом убедишься, когда познакомишься с ним поближе. Просто…подумай, хорошо?