Это спецназ, детка (СИ)

Давление в голове усиливается. Я все терплю, терплю, но в итоге подрываюсь на горящем пердаке.
—А что за реакция у тебя, словно я тебе сказал, что венеричкой болею? — не выдерживаю всё-таки и, как истеричная баба, начинаю пилить мозг красотке самым тупым тесаком в арсенале.
Маша хмурится, откладывает блинчик. Губы смачно так облизывает, на что у меня реакция однозначная, но я держу себя в узде.
  
Не надо мне тут шевелиться, разговор крайней серьезный. Я не догоняю, хочу догнать!
Понимающий взгляд сейчас ещё больше бесит. Ты заставляешь меня вопрос повторить?
А хера с два!
—Я жду ответа, как соловей лета, епт, — рычу и сжимаю губы в прямую линию.
Надо бы успокоиться, но как?
—Максим, а я не очень понимаю, что именно ты хочешь услышать. Ты человек праздник, у тебя все быстро, мы сразу начали жить вместе, к этому и то привыкнуть надо, а ты мне про детей и женитьбу. Ты ведь даже…не знаешь меня. Ничего обо мне, мы с тобой только начали отношения, и это конфетно-букетный, как бы там ни было. Ничего серьезного ещё.
Ах, ничего серьезного.
Меня только что облили говном. А я сижу и обтекаю, сопли жую и вдыхаю не самый приятный аромат.
—На хихоньках и хахоньках с потрахушками далеко не уехать, понимаешь? РазуметЕся, я подхожу к вопросу серьезно, реакция совершенно нормальна.
  
Глава 42 
 
Маша
Максим на меня смотрит как баран на новые ворота. А я что? В чем я соврала? Где ошиблась?
Как обозначить наши отношения, если он только шутит и отменно трахается?
Я бы в жизни на такое не подписалась, однако вот вам знак: я вляпалась.
Кажется, начинаю понимать, что влюбляюсь. Но с таким гороховым шутом это сложно, практически невозможно. И ОЗНАЧАЕТ ТОЛЬКО ОДНО: он отнесется ко всему совсем не так, как я.
Жую губы и отворачиваясь к окну. Щеку жжет огнем, что логично.
Мекс в ярости, но на правду обижаться не стоит, да и испытывать гнев немного странно.
Если отношения быстро завязываются, то и быстро заканчиваются. Воспламеняются, горят и гаснут.
Теперь, когда я начинаю об этом думать, становится даже как-то не по себе.
Мы мало знакомы, мы сразу начали вместе жить. А тут он мне мало того, что про жениться ляпнул, ещё и про беременность. Да и в шутку же, а получив в ответ не ту реакцию, сразу же спрыгивает.
Ты что думал? Что я от счастья лопну? Да фиг ты угадал.
А я может сижу сейчас и понимаю, что злюсь на всю ситуацию. Это какой-то бред выходит, но так и есть, да. Я бешусь, он бесится.
Сидим молчим.
Потом Мекс встаёт из-за стола и уходит, как будто ничего не случилось, и мы вовсе не дискутировали на тему наших отношений.
И я вам скажу, что в этом весь спецназ. Он как спичка, воспламеняется моментально, все вокруг огнем накрывает как одеялом.
А я остаюсь. Ну вот и поговорили, да?
Слышится хлопок двери, и я остаюсь в квартире одна. Серьезно? просто взял и свалил? Интересно!
И что мне тут делать? Ну уж нет, спасибо, конечно, но я пас! За такое умение обсуждать проблемы стоит и обидеться.
Я не то чтобы любительница выносить мозг, но здесь хочется, потому что я понимаю, что мы заходим в тупик.
И это только начало отношений, самое-самое.
Чтобы прийти в себя, топаю в душ и встаю под струи горячей воды. Плакать не буду, вот честно. Хоть жилы и выкручивает, но тело продолжает выполнять простые движения.
Провожу в таком занятии много времени, отчего аж пальцы гармошкой.
Уже и дышать нечем, и я выхожу, обмотавшись полотенцем.
Вода стекает по волосам, а в отражении зеркала вижу перепуганную девицу с распухшими губами. Их часто целует Мекс, их сжимают пальцами и упираются в них носом.
А вот как только выхожу, от неожиданности вскрикиваю.
—Дурак, да. Извини, — Мекс стоит с пышным букетом цветов. Очередным.
Голову склоняет и на меня смотрит с особой нежностью, приправленной похотью.
Типичный блядский взгляд, за который бабы готовы простить все и вся, но не я.
Коммуникация да, нужна.
Это один из главных пунктов в отношениях.
Но…сердце екает, конечно.
—Максим, ну давай нормально и без скачков настроения. Мне не хочется ругаться, серьезно, — шепчу, пока Макс с жадностью рассматривает влажное тело, поблескивающее от остаточной влаги.
—Ну ты просто так сказала, как будто я писькина радость, а мне не понравилось. Ну вот. Такие дела. А я ж не только писькина радость, я ж ещё и обаятельная сволочь, да? А ещё такой классный, что пиздец, — он медленно подходит ко мне за руку перехватывает и к себе прижимает.
Трепет скользит по спине, а полотенце вот-вот и соскользнет. Спецназ даже не разделся, вот прямо в куртке стоит и меня прижимает, пока я цветы едва удерживаю.
—А ты делай что-то, чтобы не только писькина радость. Чтобы серьезно было, — шепчу в грудь спецназу и глаза прикрываю. Ощущение такое, что жилы вытягивают.
Он меня обхватывает крепко и держит.
—Ты же первая моя…я не умею, вот пытаюсь. У меня уже скидка в цветочном, говорят, что я их лучший клиент.
—Еще бы, ты там среднестатистическую ЗП оставляешь каждый день, — смеюсь, краснея.
Так приятно же, что столько цветов, и кажется в такие минуты, что ничего более серьезного быть и не может.
—Короче вот так вот. А ты одеться не хочешь? А то мне выходить на работу через час, а тут ты такая красивая и голенькая, ну в самом деле, — протестующе заявляет. Отхожу от спецназа с букетом наперевес, ныряю лицом во вкусно пахнущие бутоны и растекаюсь.
—Может и хочу, не знаю, — кокетливо заявляю, поправляя узелок на груди. Как на него злиться, а? Ну вот как? Понятия не имею!
А вообще надо бы, потому что мои слова не перестали быть правдой от извинения спецназа.
—Нина звонила, сейчас придет. Наверное, тоже будет извиняться за то, что она сучка, — хмыкает, шагая за мной. Я вот планирую переодеться, а Нина планирует поругаться. Уверена.
Захожу в комнату и понимаю, что Мекс за мной следует.
Наблюдает за каждым моим движением с особым вниманием.
—Так ты ж на работу через час, уже при параде, — поправив ещё раз узелок, поднимаю на Мекса влажный взгляд Бэмби.
Он напрягается, поправляет стойку флиски на шее и за моими пальцами следит, пока я переминаюсь с ноги на ногу.
Кокетливо, скажу я вам, чего во мне никогда не было.
На носочки поднимаюсь и танцую на месте.
Голова у Мекса как у китайского болванчика на приборке авто во время движения качается в такт моим движениям.
Интересно.
Пальцы цепляют край полотенца, и я медленно опускаюсь ниже, чтобы…почесать икру.
Прямо за мной огромное зеркало, в котором мы со спецназом отражаемся в нужном ракурсе. А если податься чуть вперёд, то полотенце откроет все самое интересное…
—Я думал, что босс любит издеваться надо мной, а оказалось, что ты, — неживым голосом шепчет.
Переводит взгляд то в зеркало, то на меня.
Замираю на месте.
Ну ладно, ускорим. Я сбрасываю полотенце. Оно стекает по телу и оседает на полу.
Эффект разорвавшейся бомбы гремит в пространстве.
Максим губы поджимает и смотрит с грустью на меня, на мою грудь, покатые бедра…
Я понимаю, что ему нравится то, что он вид, но у меня другие планы. И у нас тоже, ведь кому-то на работу, да и гости на пороге.
Медленно поворачиваюсь спиной и от бедра топаю к стулу, на котором сложены мои вещи.
Начинаю с носков. Ладно, это носки вовсе не мои, я их нагло стыбзила у спецназа. Они и правда классные, мне как гольфы.
—Носки удобные, да?
—Пф, ещё бы, это ж какой размер?
—Сорок шестой, мля…— голос низкий, утробный.
  
До мурашек пробивающий. Я медленно поднимаюсь и беру трусики, чтобы снова наклониться. Одна нога. Вторая. Со спины звучит жадный вздох. Медленно надеваю белье. Резинка хлопает по телу.
Раздается громкий стук в дверь.