Это спецназ, детка (СИ)

Моя сестра геморрой! Родители беснуются, потому что не понимают, что с дочкой происходит. Она молчит как партизан, и я молчу, потому что меня попросили языком не молоть.
Кто я такой, чтобы делать наоборот?
С Шишкой мы на ножах до тех пор пока он, по крайней мере, не помирится с Ниной так, чтобы она снова улыбалась.
А как вы понимаете, пока что этого нет, вот и ходим недовольные.
  
В целом я не доволен, что у них отношения! Да с кем угодно, но не с ним. Что я? Не нашел бы адекватного мужика?
Нашел бы, провел бы проверку по всем фронтам, да может и женили бы Нино!
Меня только Маша и успокаивает, вот прижмусь к ее жопке, и сразу легче становится, а она та ещё заноза в заднице иногда.
Не хочет со мной жить. Вот ни в какую, а я что? Что я рожей не вышел? Ворчу как дед старый, это да, но так у меня и причины для этого есть.
До трясучки напрягает, когда она уходит, а уходит она часто! Каждый раз как серпом по причиндалам, хоть на луну вой!
—Макс, отпустиии, у меня собеседование сегодня! — вырывается из моего захвата, а я ее перехватываю и накрываю собой.
Лбом упираюсь в её и в глаза всматриваюсь, а у самого аж дыхание перехватывает. Пиздец. Какая красивая девочка у меня, даже самому себе не верю.
Она смеётся и пытается увернуться. Прижимаюсь губами к губам и слизываю сладкий мед.
Ну какое собеседование? Я же лучше собеседования…
Маша пальчиками по плечам водит. Вспыхиваю и бедрами подаюсь вперёд. Член колом стоит, а Маша подо мной голенькая.
Ладно, в трусиках. Я против того, чтобы спать в одежде, но она напяливает все то модное, что купила по подаренному сертификату.
—Маш, я ругаться буду, — проезжаюсь головкой по бёдрам и приземляюсь в мягком пульсирующем местечке.
Ну вот. Утренний секс омрачняется уходом!
А я так быстро привык к тому, что она встречает меня дома, ещё и готовит что-то. Нет, я не прошу, ведь я в состоянии купить готовую жрачку, но это непередаваемое ощущение, что у тебя дома борщ и девушка в твоей майке, сводит с ума!
—Максим, ну правда, мне пора. Ещё покушать приготовить.
—Хуйня, давай закажем и лучше займёмся чем-то более приятным, упираюсь в нее всем телом и кайфую от стоящих от возбужденных сосков, упирающихся в мою грудь.
Охуеть искры перед глазами.
—Мне купаться ещё, да и на восемь, не успеем, — шепчет в губы. Взгляд темнеет.
—А мы быстро, как бы смешно это ни звучало, догонимся вечером…
Утром у нас всегда быстро, где схвачу, там и будем пошляками.
—Душ, Максим, — упирается ладошками и пытается выбраться из-под меня. Ну хорошо, душ, так душ. Там у нас ещё не было, да?
—Секс в душе — мой любимый. И попотел, и помылся, — смеюсь и упираюсь лицом в шею, втягивая сладкий аромат.
—Пошляк!
—Эстет в области секса, — перехватываю малышку и на руки поднимаю. По дороге в душ я торможу у каждой стенки, прижимаю Машу к себе и стягиваю белье рывками.
Нахер то белье. Нахер! Ни разу ещё не рассмотрел и толку от него не вижу.
Ходи передо мной голая.
Дурею с каждым разом всё сильнее и сильнее, у меня аж слепота расползается, как смотрю на нее.
Яркий свет просто одурманивает.
Вожу руками по бархатной коже и впитываю в себя разряды тока. Искрит не по-детски.
Стекаю взглядом по пухлой спелой груди и аж трясет от желания поцеловать, провести губами, слизать. Что и делаю, собственно, остервенело, жадно. Понять не могу, почему меня только сильнее клинит.
Вообще не понимаю. Но только с радостью касаюсь и трогаю, жмякаю и растекаясь. Пздц заводит.
Маша цепляется руками за плечи и извивается в моих руках, пока я пальцами пробираясь между складочек и вваливаюсь в душ, локтем врубая воду.
—Максим, ох, —слышу полустон, когда языком провожу от груди к шее и прикусываю мягкую кожу.
Цепляю мочку и одновременно надавливаю большим пальцем на пульсирующую горошину между складочек.
Хочу без резинки, одуреть как сильно. Впиваюсь в раскрытые губы и пожираю ее, а вода все стекает, обтекает нас.
Боковым зрением ловлю мурашки у нее на коже.
Приятно, ведь от меня у нее мурашки. Членом вожу у входа и целую, целую, пока дышать оба не можем.
За волосы перехватываю и тяну вниз, намакатываятна кулак.
—Хочу без резинки, малыш, — шепчу в ущо, слегка надавливая на складочки. Бам-бам-бам, лупит по затылку и в огонь кидает.
Я впервые умоляю не пользоваться резинкой, скажи мне кто о таком, заржал бы в голосину, но по факту…
Хочу без резинки. И это не меняется в мыслях. Хочу, бляха, и все.
—Макс, это не шутки, — шепчет в губы, взглядом мажет томным. Уже изнывает.
Я сжимаю пальцами розовый сосок и оттягиваю, а ответа жду. Малышка обмякает и упирается затылки в стенку.
Опускаю ее на пол и разворачиваю к себе спиной.
Сейчас столько идей, как дожать, но не силой же? Я мог бы слегка.
Дурак, что ли?
Не смей.
Вот и стою, вожу пальцами по позвоночника я размазываю гель для душа. Тяжесть в Фаберже мешает дышать, стоять и существовать.
Членом упираюсь в ягодицы и массирую манящее тело. Прикусываю плечико и просовываю пальцы между половых губ и не дышу. Ощущение, что тягаю железо сотку без остановки.
А по факту, сдерживаюсь, чтобы не трахнуть без защиты и без ее на то согласия.
—У меня женские дни через пару дней. Но осторожно, Макс. Не в меня.
Одуреть, от неожиданности жму ее к себе сильнее. Упираю в стенку в удобной позе, а бедра на себя тяну. Раздвигаю ягодицы и ввожу член рывком в изнывающее лоно.
Маша вскрикивает и опадает, а я ее за талию держу и вхожу глубже.
Черт. Рычу и снова вхожу, рывки все сильнее, зрение плывет. Ладонью жму грудь, сминаю сосок и к чертовой матери уплываю.
Фейерверк перед глазами метается.
Я все думал, что это херня без резинки, мол, ярче. Не верил. Но черт, я был не прав. Это взрыв!
—Малыш, ты просто ааа, — удаляюсь бедрами сильнее, Маша постанывает, замирает передо мной и ослепительно сильно кончает, я следом.
Выйти успеваю, но тяну до последнего.
Впервые у меня словно инсульт хватил.
Маленькие ручки сжимаю в руках и прижимаю к стене. Так и стоим.
Вид зашибезный!
Эмоционально штормит.
Я понимаю, что всё идёт совсем не так, как я думал. Это все чертовки сильнее, чем казалось.
Губами упираюсь в затылок и глаза закрываю.
Вот и покупались.
Я не смогу тебя отпустить, малыш.
Мне надо сделать так, чтобы ты была всегда со мной.
Бабские мысли, блять, откуда эти бабские мысли?
У бабника!
  
Глава 36 
 
Маша
У меня ощущение, что мои мозги превратились в кашу.
Мекс просто взбил их венчиком и все, я перестала подавать признаки адекватности. Иначе как описать, что я остаюсь со спецназом в его квартире на ночь, а потом сбегаю в надежде, что в этот раз точно останусь дома.
Но нет, лишь брызгаю водой на букеты, в одном меняю ее, а второй и поднять не смогла бы, так что не пытаюсь. И снова сбегаю. И так два дня. Сейчас я снова пришла домой.
С грустью просматриваю на бутоны. Жалко будет, когда завянут.
В отражении зеркала наблюдаю не себя, а какую-то зацелованную девицу с горящими глазами. Кажется, я и в шестнадцать такой не была, когда впервые влюбилась в мальчика из соседнего дома и в тайне от всех бегала к нему за гаражи целоваться.
А тут словно огнем обожгло, впервые такое ощущение. Провожу пальцами по ноющим после полученных ласк губам и фантомно ловлю те же эмоции, что и при поцелуях с Мексом.
Тело предательски ноет.
Мне уже начинает казаться, что спецназ мне вколол что-то, отчего я становлюсь зависимой от него.
  
Стыдно признаться, но я залезла все-таки в шкаф к нему и увидела форму. Прикрываю глаза порой и вижу момент, как он меня “арестовал”. В пот бросает тут же, и становится совсем жарко.