Выход из тени (СИ)

— Нам Русь не так уж была нужна — разве что ваше богатство. Нам нужна Степь. А вы тогда вышли и сражались за половцев, значит, ударили бы по всем нашим путям, когда мы пошли бы захватывать остальную степь. Нельзя оставлять за собой тех, кто скоро станет врагом и ударит в спину.
— А почему было не договориться? — спросил я, даже несколько обрадовавшись тому, что наконец получил ответ, и чуть развернулся в его сторону.
  
— А с кем? С одним князем? Потом с другим? И это после битвы на Калке, где я убил многих. А еще вы слабы. А со слабыми не разговаривают, — сказал он
Субэдэй замолчал, но его слова эхом отдавались в моей голове. «Со слабыми не разговаривают…» Значит, наша задача — перестать быть слабыми.
— Мы уже не слабы. Ты проиграл, ты в моей власти? Где тут слабость? — сказал я.
— Это ты… и твой колдун Коловрат. Иные нам нипочем. Ты же дал оружие защитникам Вщижа? — спрашивал Субэдей.
Он все еще говорил с акцентом, но я почему-то прекрасно понимал старика. Но пришло время и мне помолчать. Зачем признаваться хоть в чем-то? Кто он нынче такой, чтобы спрашивать меня?
Проехали еще часа два в молчании а потом…
— Воевода, отряд русичей впереди. Белой тряпицей машут, — сказал Лихун, подскакав ко мне.
— Свои, — не трогайте. Думаю, что ты узнаешь кого из них, — сказал я.
Уже догадывался, кто это пришел.
— Я рад видеть тебя, Мирон, — говорил я, обнимая не самого молодого воина.
— Я должен говорить с тобой, — серьезно сказал он.
Мы отошли подальше, в поле, да так, чтобы и от деревьев быть на отдалении. И правильно сделали.
— У меня были свои люди… и те половцы, что пошли со мной, ряженные под монголов… Они все мертвы. Я убил их. А они…
— А они убили Ярослава? — не сложно было догадаться.
Мирон кивнул головой.
— Ты уверен, что он уже договорился с монголами? — спросил я.
— У него золотая пайзца, — привел мне весомый аргумент Мирон и…
— Спрячь! — сказал я, увидев ту самую табличку, при демонстрации которой даже Субэдей должен поклониться.
Ну хоть так. Отлегло от сердца.
— А кто с тобой? — сказал я, указывая на не менее чем полторы сотни тяжеловооруженных воинов.
— Дружина князя распалась. Кто пошел к Александру Ярославовичу в Новгород, кто к Михаилу Всеволодовичу Черниговскому. А иные к тебе пришли, мстить за князя своего хотят, монголам коварным, убившим Ярослава, — сказал Мирон.
Я посмотрел на него и понял… Теперь этот человек для меня становится слишком опасным. Думаю, что и он так считает.
От автора: